Юй Ао придвинулся к самой его шее, будто и впрямь занимался исключительно служебными делами — вынюхивал следы феромонов. Выражение его лица при этом было предельно серьезным.
Впрочем, на деле в каждом движении полковника сквозило нетерпение: он походил на хищную кошку, почуявшую сладковатое и мягкое лакомство, и, подгоняемый инстинктами, так и норовил прильнуть к Чэнь Ши.
Его спина была натянута струной, словно он отчаянно сдерживал себя, а дыхание сделалось едва слышным и частым.
Горячее дыхание овеяло заднюю сторону шеи, и Чэнь Ши невольно сжал пальцы в кулаки, чувствуя, как по всему телу от самых желез растекается легкое онемение.
Долгое время спустя полковник разжал пальцы, удерживавшие его подбородок, отстранился, и негромко, приятным хрипловатым голосом произнес: — Запаха феромонов нет.
— Твои феромоны не бушуют.
Чэнь Ши машинально хотел расспросить о происходящем Гэ Жун, но, скосив глаза в сторону, обнаружил, что того и след — простыл.
Глава 9. Сон
Чэнь Ши припомнил, что незадолго до этого проходил сканирование организма на диагностическом оборудовании в центральном научно-исследовательском институте. Будь у него хоть малейшая склонность к бунту феромонов, приборы непременно подали бы сигнал.
Если альфы-солдат сталкивались с приступом бунта феромонов, в них усиливалось отторжение сородичей и враждебность, что легко могло привести к междоусобицам, а потому армия вела за этим строжайший контроль.
Чэнь Ши немного успокоился.
Полковник, стоявший перед ним, долго и тяжело всматривался в него, будто собирался что-то сказать.
Следом Юй Ао провел Чэнь Ши в комнату, где обнаружились лишь одинокий стул и железная панцирная кровать без матраса и постельного белья — помещение явно пустовало и долгое время не использовалось.
Кажется, сюда давным-давно никто не заглядывал, и в тот момент, когда Чэнь Ши перешагнул порог, его едва не свалило с ног густое облако пыли.
Он капризно откашлялся и, прищурившись, перевел взгляд на Юй Ао, отчетливо заметив в глазах того явное брезгливое выражение.
Чэнь Ши: «...»
Юй Ао хмыкнул, и в его голосе прорезались знакомые нотки неисправимого негодяя — к нему вернулся прежний язвительный полковник: — Даже обычной пыли вынести не можешь, а вот на передовую рвался с таким энтузиазмом.
Даже при всей своей неизлечимой медлительности Чэнь Ши уловил в этих словах едкую иронию.
Он на миг растерялся, а затем сообразил, что собеседник, судя по всему, сердится.
Ведь он пообещал полковнику не покидать военную базу и ограничиться поддержкой раненых в тылу, но в конце концов всё равно увязался за войсками и вышел за главные ворота.
Правда... ушел недалеко — вскоре отбился от них и до самой линии фронта так и не добрался.
Полковник небрежно присел на железную кровать и поднял на него взгляд из-под ресниц — в полумраке его глаза казались особенно глубокими: — Еще легко отделался, раз ума хватило последовать к сигнальной башне за помощью, стоило заблудиться.
На нем была форменная одежда, верхние пуговицы расстегнуты — чуть виднелись ключицы, а во всей фигуре сквозила расслабленность.
Чэнь Ши придвинулся к стулу, аккуратными, бледными пальцами легонько вцепился в спинку и жалостливо посмотрел на Юй Ао, приняв самый невинный вид.
Юй Ао, собиравшийся высказать еще что-то, при виде такого взгляда кадыком дернул вверх-вниз и проглотил все упреки.
В конце концов жаждавший устроить выволочку полковник потерпел поражение, и на этом их разговор быстро завершился.
Едва они вышли из пустой комнаты, дорогу Юй Ао преградил боец. Его взгляд на мгновение метнулся между Чэнь Ши и полковником, после чего он доложил: — Полковник, вы слишком спешно ушли, на передовой еще остались недобитые ксеноморф, с которыми нужно разобраться. Прошу вас немедленно вернуться.
Судя по всему, он направлялся прямиком к Чэнь Ши — на его военной форме еще чернели пятна чужеродной крови, и он даже не удосужился привести себя в порядок.
У Чэнь Ши шевельнулось странное подозрение.
Ему показалось, что полковник бросил все дела и сорвался на базу лишь потому, что услышал о пропаже человека в пустыне, даже не дождавшись финальной зачистки поля боя.
Впрочем, он тут же загнал эту мысль подальше: они с полковником были знакомы всего ничего, и их отношения еще не достигли подобной степени близости.
Юй Ао кивнул солдату, затем покосился на Чэнь Ши и бросил: — Больше не смей покидать базу. Тебе не каждый раз будет так везти с поиском сигнальных башен, понял?
Он слегка подался вперед, навис над Чэнь Ши и негромко добавил: — Жди меня здесь.
Чэнь Ши послушно кивнул полковнику.
Он заметил, что военное руководство строго засекретило тот факт, что он в одиночку прикончил ксеноморфа уровня А, из-за чего даже Юй Ао понятия не имел, что именно он и есть тот самый человек, о котором судачили как о втором чуде Империи.
Именно поэтому полковник так переживал, что за пределами базы его разорвут монстры.
По всей видимости, когда происшествие с его спасением описывали в рапортах, обстоятельства сгладили: все знали лишь то, что его подобрали у сигнальной башни, но не догадывались, что он расстрелял там ксеноморфа из ружья.
К сигнальной башне то и дело стягивали заблудившихся или тяжелораненых альф-солдат, так что сам он казался совершенно заурядным.
Он казался таким хрупким — со всех точек зрения. Чэнь Ши был уверен, что, кроме знавших правду транспортерщиков и профессоров, никто в целом свете не связал бы его с тем прогремевшим на весь мир героем, способным за полдня одолеть ксеноморфа уровня А.
…
Вскоре из штаба доставили партию леденцов.
Вдохнув густой, сладкий аромат конфет, разлитый в воздухе, Чэнь Ши не удержался и облизнул губы.
Украдкой вытащив из выданного солдатом полного мешка одну конфету, он быстро сорвал обертку и сунул её в рот.
Стоило леденцу оказаться во рту, как по нему разлился нежный фруктовый привкус: идеальная сладость приятно оттенялась легкой кислинкой, вызывая искреннее удовольствие.
Чэнь Ши с хрустом раскусил конфету и проглотил её.
Двое альф-солдат провели его в обширное подземное помещение — судя по всему, это была заброшенная тренировочная площадка. Специальное покрытие на стенах и потолке успело покрыться ржавчиной, а тусклые белые лампы наверху то и дело мигали, заливая пространство неравномерным светом.
В этот момент заброшенный плац был буквально завален телами альф, доставленными с поля боя.
Бесчисленные сильные альфы погибли от рук ксеноморфов самой лютой смертью: у одних головы были оторваны от тел, другим пробили грудь навылет, а третьи и вовсе превратились в бесформенную кровавую машу, в которой невозможно было разобрать даже черты лиц.
Глядя на эти жалкие, истерзанные останки, Чэнь Ши на секунду ощутил, будто его самого пронзило невидимое лезвие: удар не причинил боли, но вмиг высосал из него все силы.
Холод и жестокость Девяносто шестой звезды предстали перед ним во всей своей кровавой изнанке.
Чэнь Ши, еще мгновение назад упивавшийся сладким вкусом конфеты, резко пришел в себя. Какая-то зловещая, серая тоска окутала его целиком, и сердце недобро предчувствовало грядущее.
А предчувствия Чэнь Ши почти никогда не обманывали.
Он сжал губы и оставил горстку леденцов прямо перед телами.
Воздух был насквозь пропитан едким, въедливым запахом крови, от которого некуда было деться. На полуразрушенном заброшенном плацу мигали тусклые светильники.
Чэнь Ши закрыл глаза — отрешенный и безмятежный, он казался совершенно чужеродным элементом в этом унылом подземном склепе.
Вскоре, завершив молитву, он открыл глаза, но, к несчастью, среди множества тел признаки жизни подали лишь единицы альф-солдат.
Остальные так и не шевельнулись, окончательно превратившись в безмолвные, ледяные трупы, навеки лишенные права на жизнь.
Лицо Чэнь Ши заметно посмертнело. Сегодня он и впрямь потратил слишком много сил, а давящая атмосфера смерти и крови лишала его возможности нормально дышать.
К тому же исцеление других, похоже, тоже требовало немалых энергозатрат — Чэнь Ши почувствовал, что в голову уже начинает подниматься туман головокружения.
Его прекрасное лицо побелело настолько, что на нем не осталось ни капли крови, приобретя болезненную, изысканную красоту — словно вырезанная из слоновой кости фигурка. Выжившие благодаря ему альфы в упор смотрели на него, и в их глазах полыхал неукротимый жар.
Взглянув на изуродованные тела перед собой, Чэнь Ши выждал пару секунд и снова закрыл глаза для молитвы.
Он почувствовал, как какая-то энергия течет от сердца к кончикам пальцев, а затем расходится волнами наружу. С дрожью распахнув ресцы, он обнаружил, что его и без того лишенное красок лицо стало еще белее.
В следующий миг, глядя на по-прежнему неподвижные тела, Чэнь Ши пошатнулся и рухнул на пол.
Чэнь Ши погрузился в долгий-долгий сон.
В этом сне он словно бы перестал быть человеком и превратился в ксеноморфа.
Он томился в холодной стеклянной капсуле, заполненной отвратительной, тягучей зеленой жидкостью, и его терзало жуткое одиночество.
Сковывающее его сознание с самого зарождения, у него не было сородичей, и он в полном одиночестве прошел через чудовищно долгий отрезок времени.
Самыми счастливыми моментами для него стали встречи с тем человеком в белоснежном халате.
Женщина обладала поразительной внешностью, её прямые темные волосы падали на плечи, она неизменно носила белый халат, а от ауры вокруг неё веяло леденящим холодом.
Она никогда не улыбалась, но стоило ей заговорить с Чэнь Ши, как голос её невольно смягчался, наполняясь нежностью.
Во время их последней встречи она сказала ему: — Ты — последний щит человечества.
Тяжелый груз скорби навалился на Чэнь Ши, ему захотелось заплакать, но в сновидении он был лишь безымянным монстром и не умел проливать слезы, как люди.
Он изо всех сил распрямил тело, пытаясь удержать уходящего человека, но мог лишь бессильно смотреть, как она поворачивается спиной.
Пока не прогремел оглушительный взрыв: он воочию видел, как женщину разрывает на мелкие кусочки, а сам он чудом вырывается наружу из стеклянной колбы, державшей его в заточении столько лет.
Он всегда ненавидел эту узкую, тесную пробирку, полную промозглой зеленой слизи, которая годами держала его в плену и сковывала любые движения.
И всё же, дождавшись свободы, он почему-то не почувствовал радости.
Он попытался отыскать хотя бы частицы плоти женщины, но чудовищная мощь взрыва давно обратила её в пыль и микрочастицы, разлетевшиеся по всему космосу.
Она не оставила после себя ничего.
Странствуя по бескрайнему космосу долгие годы, он наконец добрался до одной из рядовых планет Первой звездной системы, воспользовавшись оставленным ею генератором частиц.
Он принял человеческий облик из костей и плоти и, дабы беспрепятственно затеряться в человеческом обществе, на целых двадцать лет запечатал собственные воспоминания.
…
Очнувшись вновь, Чэнь Ши обнаружил себя в подземном научно-исследовательском комплексе посреди снежной равнины. Куда ни падал взгляд, повсюду виднелись сложнейшие приборы, а в воздухе парили голографические экраны с переплетенными паутиной красных графиков.
http://bllate.org/book/31219/3806227
Готово:
