Цинь Ю снова на миг замолчал.
Он мысленно переспросил Систему: — Ты уверена, что это реплики первоначального владельца тела?
—…… — Система промялась добрую полдоли секунды и честно ответила: — Реплики составлены и отредактированы Системой на основе прошлых высказываний и привычек словоупотребления оригинального персонажа в книге.
Цинь Ю отрезал окончательно: — Больше ничего не сочиняй.
—…… — Система проявила покладистость, уступая: — Хорошо, но ты ведешь себя слишком холодно. Нужно добавить хотя бы одно обращение, причем от этого обращения нельзя отказываться, иначе без имени и фамилии совсем не останется ощущения близости, образ персонажа отклонится от нормы, а это неблагоприятно для задания…
Тут она пошла на компромисс, словно делая одолжение: — Эх! Если тебе действительно не нравится А-Шэнь, возьми варианты из оригинальной книги: можно звать его Шэнь-шэнь или Шэнь-эр.
Цинь Ю: — …
Ладно, пусть будет А-Шэнь.
Кратчайший мысленный диалог завершился, и стоявшая рядом с ним поблизости машина подала голос: — Молодой господин Цинь, у меня в багажнике есть аптечка, я сейчас же ее принесу!
— Пошли вместе.
Цинь Ю бросил взгляд на дерущихся неподалеку на земле телохранителя и бандита, после чего сказал мужчине: — Здесь все еще небезопасно, а тебе нужно обработать рану, я помогу тебе дойти.
Однако мужчина ответил холодно: — Спасибо, не нужно. У меня есть еще пара дел, требующих внимания, так что ступайте.
Цинь Ю расслышал в его словах вежливое указание на дверь.
Помощник Янь Тиншэня сначала разберется с потерявшим сознание Янь Тиншэнем — это вполне естественно.
Раз уж сама цель не заботится о собственных ранах, ему нет нужды настаивать.
Связанный статусом «поклонника», перед уходом он бросил напоследок:
— Будьте осторожны.
—
Телохранитель был полностью сосредоточен на напавшем Ли Цзяньхане. Лишь когда он, обливаясь потом, накрепко связал того галстуком, он заметил, что спасший людей молодой господин Цинь уже ушел довольно далеко.
Он тут же оглянулся и, увидев, что боз стоит к нему спиной на прежнем месте, поспешно проговорил, тяжело дыша:
— Господин Янь, человека поймали!
Взгляд Янь Тиншэня все еще был прикован к удаляющейся фигуре, а в зрачках таилась глубинная темнота: — Мм.
Цинь Ю — преемник, которого семья Цинь в спешке отозвала на родину и которого срочно требовалось вырастить.
Досье уже вчера легло ему на стол.
Никчемный мешок с рисом, знающий толк лишь в развлечениях, совершенно бесполезный человек.
И тем не менее, именно такой человек спас его уже дважды.
Однако при личных встречах Цинь Ю оказался вовсе не так плох, как описывалось в документах.
И еще… А-Шэнь?
Если память его не изменяла, они с Цинь Ю пересекались лишь в детстве, когда семьи поддерживали тесные контакты, да и тогда их отношения не были близкими.
— Все эти годы я так сильно по тебе скучал.
С чего бы ему говорить такое?
— Господин Янь, помощник Пэй все еще без сознания, но я слышал от водителя молодого господина Цинь, что они уже вызвали полицию и скорую помощь. Мне нужно звонить еще раз?
Янь Тиншэнь отвел взгляд.
На земле Ли Цзяньхан, которого насильно прижали к асфальту, судорожно дергал жилами на шее и лице, хрипло и яростно выкрикивая ругательства в отчаянной борьбе.
Янь Тиншэнь опустил на него взгляд, неспешно вытащил из левого нагрудного кармана платок, двумя пальцами прикоснулся к саднившей ране на лбу, а затем небрежно вытер испачканные кровью пальцы.
Ли Цзяньхан прекрасно знал методы этого человека. Стоило ему встретиться взглядом с этим отрешенным, смотрящим свысока взором, как он физически ощутил, как изнутри просачивается леденящий холод, а страх неотступно следовал по пятам.
Его затрясло мелкой дрожью, и он забормотал проклятия сквозь стучащие зубы.
— …Янь Тиншэнь… ты сдохнешь в мучениях!
Он попытался сказать что-то еще, но заметил, что Янь Тиншэнь уже повернулся к нему спиной.
Белоснежный платок, испачканный ярко-алыми следами крови, порхнул из воздуха и опустился ему прямо на лицо.
Налетевшая тень заставила его задохнуться, чуть не потопив в липком страхе полумрака.
— …Я —
Телохранитель точным резким ударом вырубил Ли Цзяньхана, обрывая его грязную ругань, и уже собирался вновь обратиться к бозу за указаниями, как услышал спокойный голос шефа:
— Не нужно. Пусть с этим разбирается семья Цинь. А остальное поручи людям, пусть всё уладят.
Телохранитель сначала ответил согласием, но, вспомнив услышанный в машине разговор, настороженно огляделся по сторонам, шагнул ближе и понизил голос: — Господин Янь, а сегодняшний инцидент… не связан ли он с семьей Цинь?
Янь Тиншэнь ответил лаконично: — Проверьте всё разом.
Здравый смысл подсказывал, что у семьи Цинь нет причин враждовать с кланом Янь, как нет и личной злобы к нему самому, так что до подобного они бы не опустились.
Даже если бы решились, то точно не выбрали бы для этого день рождения главы семьи Цинь, и уж тем более не позволили бы Цинь Ю оказаться в эпицентре происшествия.
Что же до личности кукловода, стоявшего за этой фарсовой постановкой…
Янь Тиншэнь на мгновение прикрыл глаза, собирая мысли воедино.
Клан Янь сейчас неизбежно переживает не лучшие времена, и в некоторых вопронах нельзя полагаться лишь на одни догадки.
Стоит ему хоть чуть-чуть оступиться на своем пути, и его ждет участь недавнего нападавшего.
— Слушаюсь. — Телохранитель никогда не задавал лишних вопросов и сразу перешел к следующему пункту: — А помощник Пэй?
Янь Тиншэнь посмотрел на Пэй Шэня, которого в спешке укладывали под присмотром других людей: — Как он?
Телохранитель доложил: — Снаружи полно повреждений, но все неглубокие. Подробности станут известны только после осмотра в больнице.
Янь Тиншэнь чуть кивнул.
Затем он на секунду замер и снова перевел взгляд в сторону Цинь Ю.
Тот лениво прислонился к открытому багажнику, его верхняя одежда уже валялась у ног, и он как раз закатывал рукава рубашки, в одиночку обрабатывая рану.
Расстояние было приличным, и выражение лица Цинь Ю разобрать не удавалось.
Однако саму рану он видел собственными глазами в момент ее появления — не такая уж она и мелкая.
Хотя, не будь внезапного движения Цинь Ю, прервавшего его действия, этот нож вряд ли нанес бы ему серьезный вред.
Больше всего его удивило то, что Цинь Ю тогда бросился прикрывать его, не раздумывая.
— Какая причина могла заставить Цинь Ю предпочесть травму ради того, чтобы вытащить его из неприятностей?
Янь Тиншэнь пристально всматривался в смутный силуэт под лунным светом.
В прошлых контактах он никак не мог отыскать достаточно разумного объяснения.
Тут телохранитель вдруг произнес: — Господин Янь, водитель семьи Цинь идет сюда.
В этот момент спешивший к ним водитель крикнул издалека: — Молодой господин Цинь велел мне принести аптечку!
Телохранитель перевел взгляд на Янь Тиншэня.
Янь Тиншэнь распорядился: — Иди к Пэй Шэню, позаботьтесь о нем.
Телохранитель бросил взгляд на его ранение, собираясь что-то сказать, но так и не посмел ослушаться приказа: — Слушаюсь.
С этими словами он направился навстречу водителю.
Когда он, выразив благодарность, протянул руку за аптечкой, водитель отстранился.
— Прошу прощения, наш молодой господин велел… —
Водитель обошел его и, подойдя вплотную к Янь Тиншэню, закончил: — …передать это лично в ваши руки.
Телохранитель замялся, оглянулся на шефа за инструкциями и заметил, что тот смотрит на аптечку в руках чужака, погруженный в какие-то раздумья.
— Позвольте мне обработать вам рану? — услужливо осведомился водитель, остановившись перед Янь Тиншэнем.
Янь Тиншэнь ответил: — Спасибо. Я сам.
Водитель все еще сомневался, но, подняв глаза и столкнувшись с привычно-холодным и властным взглядом мужчины, почувствовал, как у него перехватило дыхание, и машинально открыл крышку аптечки.
Янь Тиншэнь взял оттуда пару упаковок и скользнул взглядом по телохранителю.
Тот сразу же потянул водителя за собой к Пэй Шэню.
По мере того как оба удалялись, вокруг постепенно воцарялась тишина.
Сама собой возникшая странность заставила Янь Тиншэня снова посмотреть на эту почти незнакомую фигуру.
Словно что-то почуствовав, сидевший на краю багажника человек вдруг обернулся и посмотрел в ответ.
Янь Тиншэнь уже собирался отвести взгляд, как вдруг увидел, что этот силуэт коротко поднял руку в знак приветствия.
И тут же, замерши на миг, опустил ее обратно.
Жест был непринужденным, но не легкомысленным.
И совсем не вязался с образом распутника из досье.
Янь Тиншэнь рассеянно потирал в пальцах медицинские материалы.
Этот молодой господин Цинь производил впечатление человека, живущего исключительно по собственному желанию.
Тогда сколько же из всего сегодняшнего шоу было простым порывом сиюминутной прихоти?
—
— Почему хозяин позволил кому-то другому отнести лекарства цели? Данные показывают, что подобная ситуация — идеальная возможность поднять уровень благосклонности.
Цинь Ю пояснил: — Если проявлять такую активность при знакомстве, это легко вызовет подозрения. Ты разве никогда не слышала поговорку: без причины услужлив — либо вор, либо мошенник.
Система озаринённо протянула: — Хозяин все-таки умеет мыслить наперед!
Однако ей все равно казалось, что вышло не идеально: — Но хозяин проявил к цели слишком много нежности, что идет вразрез с властным характером персонажа. Это может навредить заданию, поэтому я рекомендую вести себя жестче, чтобы ускорить развитие романтической линии. Ниже представлен текст для примера.
На виртуальной панели тут же всплыло несколько абзацев.
— Цинь Ю вцепился в запястье Пэй Шэня и свирепо втянул его в объятия. Сталкиваясь с вялым сопротивлением Пэй Шэня, он чувствовал, как на лице мелькают три части ностальгии, три части страха за пережитое и три части осторожности, а руки смыкались еще крепче: — А-Шэнь, не отвергай меня! Отныне позволь мне защищать тебя, клянусь, я больше никогда не позволю причинить тебе подобный вред! —
—…… —
— Прочитав первый абзац, Цинь Ю закрыл глаза и смахнул панель взмахом руки.
Странно было бы ожидать, что подобная чушь хоть капли ускорит развитие отношений.
Система все еще недоумевала: — Хозяин, ты уже дочитал? Я могу продолжить сочинять.
Цинь Ю ответил: — Твои сочинения опираются на первоисточник и заведомо обречены на провал, так что прекрати генерировать это дерьмо.
Система не нашла что возразить: — Поняла…
Цинь Ю отложил бинт.
Если бы цель велась на такие дешевые трюки, как Система, то это задание щелкалось бы как орехи.
Получить производственную травму и тут же рваться пахать?
Побывав на том свете, он точно не собирался надрываться.
Работа — не волк, никуда не убежит, и никто за тебя ее не сделает, так что ловить момент и халтурить — самое разумное решение.
К тому же, он заблокировал удар ножом, а отношение цели осталось прохладным — судя по всему, Янь Тиншэнь ни капли не ценил его сегодняшнее «спасение жизни». С такими людьми сколько ни старайся сейчас, всё равно воспримут как должное.
При этой мысли Цинь Ю глянул на раненую руку и тихо усмехнулся.
Неужели цель и вправду холодна снаружи, но горяча внутри?
Глядя на происходящее, здесь явно царил мороз и снаружи, и изнутри.
В голове мелькнуло то нечитаемое лицо, и Цинь Ю перевел задумчивый взгляд туда, где стоял «Майбах».
Или, может, цель изначально просчитала, что даже от падения со склона смертельной угрозы не возникнет?
Судя по изначальному сюжету книги, главные герои впоследствии и впрямь скакали горными козлами — казалось, та автокатастрофа ни капли не отразилась на их здоровье.
http://bllate.org/book/31218/3805751
Готово:
