— Папа, — вдруг позвал Аньань, а затем, опустив голову, пробормотал что-то неразборчивое.
— М? — Жэнь Чжоуюань придвинулся ближе. — Что ты сказал, Аньань? Папа не расслышал.
Аньань внезапно крепко обхватил Жэнь Чжоуюаня за шею и, немного грустно капризничая, спросил:
— Дядя Фань Вэньфэн… Дядя Фань Вэньфэн хочет стать моим новым папой?
— А? — Жэнь Чжоуюань на мгновение опешил.
В словах Аньаня было столько неожиданного, что он даже не успел осмыслить этот вопрос, и голова на миг пошла кругом.
Прежде всего, он подумал: почему дядя Фань Вэньфэн должен стать папой?
Он никогда не говорил Аньаню, что родил его сам. С момента рождения сына он не внушал ему никаких представлений о «жене» или «муже», а скорее намеренно избегал подобных тем. Хотя во время работы в археологической экспедиции у него и возникали споры с коллегами, Аньань был совсем маленьким, и Жэнь Чжоуюань не считал, что мог тогда выдать себя. Поэтому, когда Аньань спросил, не собирается ли Фань Вэньфэн стать его «папой», он подумал, что воображение у сына разыгралось не на шутку.
Но это было не самое важное. В конце концов, можно сказать, что он наполовину «мама» для Аньаня, но почему именно Фань Вэньфэн?
— Аньань, почему ты так решил? Дядя Фань Вэньфэн просто хороший друг папы.
Аньань заерзал, но рук, обвивающих шею отца, не разжал. Он уткнулся лицом в плечо Жэнь Чжоуюаня, скрывая выражение своего лица.
— Папа, ты врешь! Дядя Фань Вэньфэн точно любит тебя, я всё понял!
Жэнь Чжоуюань в растерянности подумал: какую степень любви имеет в виду ребенок? И вскоре понял, о чем речь.
— Сегодня вечером он всё время подкладывал тебе еду и наливал суп! Он постоянно улыбался тебе и отдавал все кусочки мяса!
Жэнь Чжоуюань не знал, смеяться или плакать: такая любовь в виде подкладывания еды была, право,… весьма глубокой.
— Аньань, — он разжал маленькие ручки ребенка, обнимавшие его за шею, и повернул к себе его личико с надутыми губами. — Папа и дядя Фань Вэньфэн — хорошие друзья. В те времена, когда нам жилось тяжелее всего, дядя Фань Вэньфэн очень помог папе. Мои отношения с ним похожи на… похожи на…
Он не сразу подобрал пример и спросил:
— А с кем из ребят в детском саду ты дружишь больше всего?
— Аньань вообще с ними не дружит, — высокомерно ответил мальчик.
Жэнь Чжоуюань покрылся испариной от такого ответа, осознав, что с его воспитанием явно что-то не так. Отложив в сторону проблему нежелания Аньаня заводить друзей, он решил сосредоточиться на недопонимании насчет Фань Вэньфэна:
— Дядя Фань Вэньфэн для папы как старший брат. Он подкладывал еду и наливал суп, потому что папа был занят, заботясь о тебе, и дядя боялся, что, когда ты закончишь есть, папе уже ничего не останется.
— А… — Аньань, казалось, поверил его словам. — А почему он всё время улыбался тебе? Разве Аньань некрасивый? Почему он не смотрел на Аньаня, а только на тебя?
Что за мысли у него в голове? Жэнь Чжоуюань не знал, смеяться или плакать.
— Дядя Фань Вэньфэн просто радуется за папу. Работу папе помог найти именно он. Он не такой, как ты, маленький проказник: ты узнал, что папа нашел работу, и даже не обрадовался, а еще и вредничал.
Стоило это сказать, как Аньань тут же надул губы и замолчал. Он украдкой взглянул на Жэнь Чжоуюаня, а через некоторое время обнял его и, прижавшись к груди, прошептал:
— Аньань радовался за папу.
Жэнь Чжоуюань наконец выдохнул. Ума не приложу, что вечно творится в голове у этого не по годам развитого мальчишки.
Леонид: Наконец-то удалось поговорить с женой!
Роэн: Не позорься!
Глава 7. Признание
В первый же рабочий день у Жэнь Чжоуюаня разболелась голова.
Накануне вечером, отбиваясь от вопросов Аньаня, он провозился до полуночи, а сегодня с самого утра пришлось отвозить сына в детский сад, затем бежать в компанию, где менеджер Хэ водил его по отделам и знакомил с кучей людей, пока наконец не привел в отдел разработки учебных курсов, где ему предстояло работать первое время.
Вчерашние расспросы Аньаня выбили его из колеи, и, оглядываясь назад, он понял, что в них было слишком много вопросов.
Он промучился всю ночь, не понимая, как Аньань мог узнать, что он, по сути, наполовину мать, и лишь перед самым сном сына смог вытянуть из него правду.
Вспоминая вчерашний разговор, Жэнь Чжоуюань не знал, смеяться ему или плакать.
Не имея возможности прямо спросить: Почему ты знаешь, что я твоя мама?, Жэнь Чжоуюань долго размышлял и решил снова поднять эту тему.
— Аньань, ты сказал, что дядя Фань Вэньфэн хочет стать твоим папой. Но ведь папа — мужчина. Почему ты не спрашиваешь, когда я найду тебе маму?
Стоило Аньаню услышать об этом, как его личико снова сморщилось, но, вспомнив недавние заверения отца, что они просто друзья, он немного расслабился.
Он посмотрел на Жэнь Чжоуюаня взглядом, который говорил: это же очевидно, — и, вздохнув, как маленький взрослый, принялся рассуждать:
— Аньань никогда не видел маму. Наверное, потому что папа её не любит. Аньань совсем не похож на папу, значит, он похож на маму. Но папа так сильно любит Аньаня, что точно не может ненавидеть мамино лицо. Раз папа расстался с мамой, значит, папа просто не любит женщин. Поэтому папа не будет искать Аньаню маму, а найдет ему еще одного папу.
Жэнь Чжоуюань: «…» Логично и обоснованно, он и сам почти поверил.
Он потер глаза, чувствуя, как голова идет кругом. Долго подбирая слова, он наконец произнес:
— Папа не то чтобы не любит… М-м, папа действительно не любит женщин, — он сделал паузу, решив, что скрывать это от сына нет смысла, — но Аньань лишился мамы совсем не поэтому.
Он увидел, как Аньань широко раскрыл глаза. Поколебавшись, Жэнь Чжоуюань решил, что сейчас самое время открыть сыну правду.
С необычайно серьезным выражением лица он посмотрел прямо в глаза Аньаню:
— Папа для Аньаня — и папа, и мама.
Затем он рассказал сыну, как когда-то носил его под сердцем и родил, объяснил, что обычный мужчина не смог бы этого сделать. За исключением истории с Леонидом, он пояснил всё до мельчайших подробностей.
http://bllate.org/book/31181/3800107
Готово:
