На третий день после перемещения в иномир, ранним вечером первого дня учебы в этой аристократической академии, Цяо Юй присел на корточки за огромным скульптурным фонтаном и лишь высунул голову, уставившись на худенького белого котенка с голубыми глазами, сидевшего напротив.
Холодное флуоресцентное свечение циферблата на его запястье мигало, издавая низкий электронный механический звук:
— Цель Цяо Юй будет непрерывно проходить здесь сегодня и в часы досуга на следующей неделе, направляясь в библиотеку, чтобы «случайно встретить» трех добрых омег, подкармливающих того белого кота молоком и сушеными рыбками.
— Согласно данным, Цяо Юй — человек добрый, отзывчивый и искренний, и он с некоторой долей вероятности может проявить интерес к столь же добрым людям. Пожалуйста, пресеките возникновение этих трех событий для завоевания расположения.
В это время на дорожке у фонтана туда-сюда снучали студенты, а белый кот забился под самый край придорожной клумбы, прижав ушки и всем телом напрягшись. Перед ним на корточки присел изящный юноша с пушистыми пепельными кудрями и голубыми глазами; сначала он поставил две тарелочки, а затем положил в них молоко и вяленую рыбку.
Хрупкого телосложения, с нежным сладким голосом, он произнес:
— Не стесняйтесь, идите кушать, кошечка.
В лучах заходящего солнца эта картина казалась еще более тихой и безмятежной, и многие проходившие мимо высокие крепкие студенты заглядывались на этого омегу с восхищением и любовью.
Цяо Юй посмотрел на по-прежнему сжавшегося в комок белого кота, а затем на омегу, который ни на кого не обращал внимания и кормил животное. Морг, и он произнес:
— Это и есть тот самый омега, о котором ты говорил?
На вид он ничем не отличался от молодых людей мужского пола, к которым тот привык в своем прежнем понимании.
Система только собралась ответить, как Цяо Юй уже поднялся на ноги и направился к противоположной стороне людского потока. Вскоре он остановился под свисающими ветвями огромного дуба, наклонился и похлопал омегу по плечу.
Омега вздрогнул всем телом, обернулся и, столкнувшись с невероятно безобидным, невинным и миловидным лицом Цяо Юя, выдохнул:
— Ах?
На его лице читалось искреннее недоумение:
— Т-ты кто…
С этими словами он оглянулся на снующих туда-сюда людей, словно лихорадочно пытаясь кого-то отыскать и опознать.
Цяо Юй не стал отвечать на этот вопрос. Он просто присел на корточки рядом с омегой с самым непринужденным видом, загородив тому обзор.
Стоило подойти ближе, как от омеги повеяло сладковатым запахом черного чая. В отличие от парфюмерии или чего-то подобного, этот аромат казался исходящим прямо из самой кожи.
Цяо Юй:
— Это и есть так называемый… омега?
Он не стал зацикливаться на подобных мелочах и совершенно естественно завел новую тему:
— У тебя такое доброе сердце, парень, даже бродячих кошек подкармливаешь.
Лицо омеги виновато покраснело, он неловко заводил глазами и, промямливив «я-я», больше ничего не смог выговорить.
Цяо Юй не стал разоблачать его, бросил взгляд на белого кота и произнес:
— Но он, скорее всего, тебя не слышит.
Наивный омега, разумеется, клюнул на удочку, склонил голову набок и с милой улыбкой спросил:
— А? Почему?
Цяо Юй:
— Белые коты с голубыми глазами с большой долей вероятности имеют генетические дефекты и обычно страдают нарушениями слуха. К тому же, — он с чрезвычайно мягким и безобидным выражением лица указал на коробочку с молоком и пакетик с рыбными снэками в руках юноши, — у кошек непереносимость лактозы. От молока у них расстроится желудок, и они станут еще тоньше. Кроме того, такие предназначенные для людей сушеные рыбки слишком соленые, в них полно добавок, что увеличит нагрузку на кошачьи почки, поэтому кошкам их обычно давать не рекомендуется.
Омега:
— Ой, простите, у меня дома запрещено держать кошек, я-я не знал этого…
Цяо Юй предложил с виду крайне заботливую идею:
— Разве не проще купить кошачий корм или консервы и прийти покормить завтра?
Омеге эта мысль показалась очень здравой, тем более что человек, которого он ждал, всю предстоящую неделю будет проходить здесь по пути в первую библиотеку.
Поэтому он вежливо поблагодарил Цяо Юя, после чего удалился с наивным и радостным выражением лица. Когда он поднимался, Цяо Юй невольно заметил на его груди сияющий золотой значок с гриффоном, в пасти которого была зажата красная серповидная луна.
Цяо Юй же обреченно принялся собирать оставленные омегой тарелочки.
Разобравшись с первым событием для завоевания расположения по прибытии в этот мир на редкость успешно, он перевел дух и посмотрел на жалко сжавшегося в комок белого котенка.
Система в этот момент подала голос:
— Рекомендуем хосту забрать его с собой.
Поблизости от скульптурного фонтана бродил лишь этот единственный кот, а забрав инструмент для завоевания, он разом избавится и от двух оставшихся событий.
Цяо Юй подумал об этом заранее. Он поднялся и направился к беглому, умирающему от голода белому коту, чтобы ловко и точно подхватить его и засунуть в прихваченный с собой парусиновый мешок, прежде чем тот взъерошит шерстку и сбежит.
Стоя спиной к людскому потоку, он достал телефон, чтобы поискать поблизости ветеринарную клинику, как вдруг замер на полуслове и повернулся к прохожим:
— В кампусе уже зажглись украшенные узорами уличные фонари, и студенты в дорогой форме, пышущие юношеской энергией, всё так же сновали туда-сюда, но никто из них не обращал на него внимания — в конце концов, как уверяла Система, в этом мире насчитывалось шесть полов, а он, переместившийся сюда, по классификации считался совершенно незаметным бетой-мужчиной.
Но только что…
Система:
— Что такое?
Цяо Юй пожал плечами:
— Ничего, должно быть, показалось.
Непонятно почему, но мгновение назад ему показалось, будто чей-то тяжелый, полный присутствия взгляд задержался на нем.
Однако шел лишь первый день его учебы в этой аристократической академии; весь день ушел на процедуры по зачислению и суету с вмешательством в это событие по указке Системы, и у него еще не было возможности познакомиться хоть с кем-то из студентов, включая цель, так что вряд ли кто-то мог уделять ему особое внимание.
Цяо Юй не стал ломать над этим голову. Закинув за спину парусиновый мешок, он потянулся и зашагал к выходу из кампуса.
Это аристократическое заведение было частной школой для мальчиков, причем студентам категорически запрещалось подрабатывать вне кампуса и отлучаться в учебное время, а для выхода наружу ради прохождения практики требовалось оформление единых пропусков через руководство соответствующих факультетов.
Узнав об этих порядках, Цяо Юй тогда мысленно поиронизировал над вопиющим диссонансом и жутковатой атмосферой подобных заведений: например, какого черта делить учебные заведения по половому признаку, если они уже в университете? Какой вообще смысл в мужской школе при наличии шести полов?
Или взять другое: пусть это и университет, хоть и с аристократическим уклоном, но почему помимо обязательного проживания в общежитии действует запрет на выход в город? Если студентов мариновать взаперти все четыре года в столь важный период формирования личности и социальных связей, они же деградируют!
Он специально проверял: в других университетах этого мира дела обстояли иначе, особенным было лишь это учебное заведение.
Правда, местоположение здесь оказалось отменным: квартал, где стоял вуз, отделяла от королевского дворца всего одна река. И хотя история основания была короткой, а многие специальности еще не успели развиться, материально-техническая база и преподавательский состав отличались высочайшим качеством, а различные знатные семьи, сотрудничавшие с академией, щедро осыпали студентов стипендиями и льготами. Поэтому, несмотря на вызывавшие бурные споры странные правила, здесь собиралось огромное количество одаренных простолюдинов.
http://bllate.org/book/31142/3794987
Готово:
