Получив утвердительный ответ, Шэнь Чэнь немного приподнялся и, взбодрившись, произнес:
— Завтра нам ведь еще не нужно ехать на этот безымянный необитаемый остров, может, сходим куда-нибудь прогуляться? В этой глуши вообще есть туристические достопримечательности?
— …
— Мм?
— …
Долго не дождавшись ответа, Шэнь Чэнь озадаченно повернул голову. Цзи Ань опустил голову и снова спал.
На его лице промелькнуло брезгливое выражение, но уже через секунду он снова принял привычный вид — если не считать те десять лет пустоты, он, по правде говоря, давно уже привык к этой странности Цзи Аня.
В средних школах, пока учитель успевал впопыхах разобрать какое-нибудь задание с ошибкой, Цзи Ань успевал подпереть подбородок рукой и подремать минуты две; стоило же учителю перейти к объяснению нового материала, как он чудом пробуждался, протирал сонные глаза и в ту же секунду погружался в учебный процесс. Когда они скуки ради резались в гомоку на уроке самоподготовки, пока Шэнь Чэнь обдумывал следующий ход, Цзи Ань тоже засыпал много раз.
Шэнь Чэнь то и дело подозревал, не занимается ли тот какой-то ночной работой, но эти подозрения рассеялись во время одной из совместных поездок.
Цзи Ань просто очень любил спать — точно так же, как любил кибергадания.
Размеренное дыхание мужчины смешивалось с гулом мотора и прочим шумом, и Шэнь Чэнь сам не понял, как обратил на него внимание. Способность концентрироваться поистине тонка и неподвласна контролю: стоило ему уловить этот тихий звук, как он словно прилип к его уху, неотступно следуя за ним повсюду.
От этого монотонного звучания веки Шэнь Чэня тоже начали слипаться.
Он уперся локтем в оконную раму, подпер ладонью щеку и вскоре окончательно смежил глаза.
Дорога от аэропорта до вокзала представляла собой прямую широкую магистраль со скромным количеством светофоров и машин. Водителю было скучно, и он то и дело поглядывал в зеркало заднего вида на пассажиров. Оба иноземных путешественника сладко спали каждый в своем углу, и атмосфера абсолютной дремоты беспрепятственно разливалась по салону автомобиля, отчего шофер не удержался и сладко зевнул.
Вдруг машина проехала по каменистому участку дороги, и началась череда сильных толчков.
Водитель снова бросил взгляд назад: высокий мужчина завалился на своего соседа и спал всё так же крепко, в то время как второй пассажир, сжавшись, прислонился к окну, слегка хмурился, но тоже не просыпался.
А еще говорили, что они не парочка, — подумал про себя водитель.
*
В первой половине восьмого класса Цзи Ань неожиданно перевелся в их класс.
В те времена, когда средний рост мальчишек составлял едва ли метр шестьдесят восемь, Цзи Ань со своими метром семьюдесятью восьми возвышался у доктрины, будучи на голову выше низкорослого и пухлого классного руководителя.
— Меня зовут Цзи Ань: «цзи» — как время года, «ань» — как морской берег.
Лицо Цзи Аня оставалось бесстрастным — ни смущения, ни неловкости, выглядел он прямо как взрослый. Шэнь Чэнь, сидевший за одиночной партой на самом последнем ряду, со всех сторон находил этого новенького ужасно напыщенным. Классный руководитель между тем взял да и усадил Цзи Аня рядом с ним, так что новичок стал его соседом по парте.
Как бы сильно он ему ни нравился или не нравился, общительный и живой Шэнь Чэнь, следуя правилам местного гостеприимства, все же приветливо представился:
— Меня зовут Шэнь Чэнь, «чэнь» означает душевный жар… Если чего-то не будешь понимать, можешь смело спрашивать меня.
Цзи Ань достал только что выданные новые учебники и стал аккуратно выводить на форзаце свое имя:
— А у тебя в прошлом семестре были тройки на итоговых экзаменах?
Шэнь Чэнь ничего не понял и с чистой душой ответил:
— Были, по китайскому языку, я терпеть не могу писать сочинения. А у тебя…
— Я не разговариваю с теми, у кого плохие оценки по китайскому.
— Чт…о?
Цзи Ань невозмутимо повторил:
— Я не разговариваю с теми, у кого плохие оценки по китайскому.
— !
Раздался резкий визг тормозов, машину дико тряхнуло, и погруженный в полусон Шэнь Чэнь камнем полетел вперед, со всего маху врезавшись лбом в подголовник переднего сиденья.
— … — потирая ушибленную голову, он медленно приподнялся. Перед лобовым стеклом простиралась вовсе не бесконечная лента шоссе, а раскидистое дерево.
Он ошеломленно спросил:
— Что происходит?..
— Не знаю… — голос Цзи Аня был хриплым, он явно очнулся лишь от недавней тряски. — What happened? (Что случилось?)
Водитель потряс головой, что-то зачастил нараспев на местном наречии и снова завел мотор.
Двигатель с трудом прохрипел несколько секунд, напоминая дряхлого старика, который пытается встать с постели ради утренней зарядки, но, так и не дойдя до пола, валится обратно.
Шофер с тревогой попытался завести машину снова, но на этот раз старик испустил дух окончательно.
Парень обернулся, неловко улыбнулся и через приложение-переводчик произнес:
— Въехали в дерево, машина сломалась.
— С чего это мы вообще врезались в дерево?.. — Шэнь Чэнь огляделся по сторонам. — Тут же, мать вашу, прямая дорога, как угодить в дерево на обочине?..
Как бы он ни злился, водитель всё равно не понимал по-китайски и мог лишь жалобно, беспомощно и жалко смотреть на него. Вот за что Шэнь Чэнь ненавидел поездки за границу, так это за языковой барьер, из-за которого даже поскандалить нормально не получалось. Чертыхаясь, Шэнь Чэнь вытащил телефон, намереваясь обрушить на шофера всю мощь машинного перевода, но в этот момент Цзи Ань на беглом английском дословно повторил его реплику.
— … — Водитель донельзя смутился, на его смуглом лице даже не разберешь, покраснел он или нет. Пробормотав что-то невнятное, он наконец признался через переводчик: — …Я немного задремал, случайно… свернул не туда.
Шэнь Чэнь нахмурился и покосился на Цзи Аня:
— И что эта хрень перевела?
— Он говорит, что немного задремал, нечаянно заснул и руль в сторону увел, — ответил Цзи Ань.
Шэнь Чэнь удивился еще сильнее:
— Ты даже это смог разобрать? А я ни черта не понял.
Цзи Ань изрек:
— У тех, кто завалил китайский язык, так всегда.
— …Ты будешь припоминать мне это всю жизнь?
— Смотрю, ты и сам ничего не забыл.
— Я всё забыл, я ничего не знаю, я ничего не понимаю.
Пока они пикировались друг с другом, молодой водитель попытался исправить положение:
— Я умею чинить машины, сейчас всё починю.
Они по-прежнему находились посреди диких полей, и в поле зрения не было заметно ни малейшего намека на город. Перед ними лежало лишь длинное шоссе, по обе стороны от которого тянулись желтая земля, дикая трава да редкие одинокие деревья. Если вглядеться вдаль, открывался вид на гряду холмов — они громодились друг за другом слоями, переливаясь разными оттенками. Тяжелые, мрачные грозовые тучи нависли над самыми верхушками гор, грозя разразиться ливнем в любой момент.
Пока водитель возился с починкой автомобиля, оба спавших всю дорогу спутника вышли наружу и встали плечом к плечу, прислонившись к дверям машины и закуривая.
Между ними сохранялось ровно такое расстояние, будто их разделяла невидимая перегородка.
http://bllate.org/book/31107/3791150
Готово:
