Конечно, Пэй Ханьшэн ни за что не стал бы думать или признавать, что он проявил мягкосердечие или о ком-то беспокоится.
Он нашел для себя вполне разумное оправдание: нынешнее состояние Ши Миня таково, что того можно сокрушить легчайшим движением, и если напасть прямо сейчас, то что подумают об этом окружающие?
— Я буду осторожен, — спокойно ответил Пэй Ханьшэн Цзян Нинсиню.
Когда они оставались вдвоем, если Цзян Нинсинь не заводил разговор первым, атмосфера вокруг мгновенно остывала.
Впрочем, они были близкими друзьями, знакомыми уже много лет, так что даже молча сидя рядом, они не чувствовали никакой неловкости.
Каждый из них уткнулся взглядом в экран своего смартфона.
Вскоре Цзян Нинсинь уже собирался поторопить официанта с подачей блюд, но, подняв голову, случайно заметил, как в уголках губ Пэй Ханьшэна заиграла легкая улыбка.
Это была искренняя эмоция, вовсе не насмешка.
Цзян Нинсинь украдкой бросил туда взгляд и обнаружил, что Пэй Ханьшэн, судя по всему, просматривал страничку Ши Миня в социальной сети. Картинка замерла на одной из фотографий: на ладони лежала упаковка леденцов, без какого-либо текста, красовался лишь одинокий рисунок солнца.
Цзян Нинсинь не знал, какая история скрывается за этими конфетами, но раз это смогло поднять Пэй Ханьшэну настроение, значит, это было к лучшему.
Пока он размышлял об этом, к ним подали дымящийся горшочек с куриной кашей.
— Давай я тебе наложу, поешь как следует, — Цзян Нинсинь взял маленькую пиалу и зачерпнул кашу.
Однако в конце концов Пэй Ханьшэн так почти ничего и не съел. Видя, что времени уже немало, они перекусили на скорую руку и вернулись в отель.
Следующие три дня Пэй Ханьшэн с головой ушел в работу. Глядя на расписание этого трудоголика, Цзян Нинсинь невольно начал за него тревожиться.
И это беспокойство было вовсе не напрасным: по дороге в Город Наньюнь Пэй Ханьшэн слег с температурой.
У Цзян Нинсиня дома возникли срочные дела, остаться и приглядеть за другом он не мог, поэтому ему пришлось попросить Тан Цэня уделить Пэй Ханьшэну побольше внимания.
Но сам Пэй Ханьшэн счел, что Цзян Нинсинь поднимает панику из-за пустяков. Он сказал:
— Стоит мне только выспаться, и все пройдет.
— Жар — дело серьезное, тут не угадаешь. А вдруг твой выдающийся интеллект перегорит от высокой температуры?
Тот момент, когда Пэй Ханьшэн чудом вернулся с того света, выбравшись из-под обрыва, до сих пор заставлял сердце Цзян Нинсиня сжиматься от холода при одном лишь воспоминании.
Именно поэтому у него и выработалась привычка трепетно заботиться о здоровье Пэй Ханьшэна.
У Пэй Ханьшэна не было привычки нанимать семейного доктора, да и пускать в свой дом посторонних людей он не любил.
Ехать в больницу Пэй Ханьшэн отказался, так что Тан Цэню пришлось бежать в аптеку за жаропонижающим. Приняв лекарство, Пэй Ханьшэн лег отдыхать.
Тан Цэнь не остался в доме Пэй Ханьшэна, и Цзян Нинсинь, зная, что больной остался совсем один и некому за ним ухаживать, все равно не находил себе места.
Он периодически писал Пэй Ханьшэну, требуя, чтобы тот был на связи, стоить ему только проснуться.
Цзян Нинсинь торопился навестить бабушку: она плохо себя чувствовала, и ему необходимо было ее проведать.
К счастью, ничего серьезного не произошло.
Увидев внука, бабушка настояла на том, чтобы пойти на рынок купить продуктов и приготовить ему поесть. Не в силах сопротивляться упорству пожилого человека, Цзян Нинсиню пришлось составить ей компанию.
Однако прямо на рынке Цзян Нинсинь столкнулся с Ши Минем, который тоже выбирал овощи.
Удивленно уставившись на него, он произнес:
— Ши Минь, ты как здесь оказался?
Ши Минь отвел глаза и ответил:
— Просто проходил мимо, здесь овощи дешевле.
Цзян Нинсинь бросил взгляд на пакет, который только что купил Ши Минь: лежавшая внутри пекинская капуста явно была не первой свежести, зато стоила сущие гроши.
У Цзян Нинсиня сжалось сердце, и он сказал Ши Миню:
— По Побудь здесь с моей бабушкой, я скоро вернусь.
Вскоре Цзян Нинсинь вернулся, прихватив пакет с ребрышками, нежирным мясом и полвинки курицы. Сообразив, что Ши Минь вряд ли унесет слишком много, он не стал набирать лишнего, а затем сунул пакет ему в руки:
— Возьми, приготовишь дома.
Зная, что Ши Минь наверняка начнет отказываться, Цзян Нинсинь решил действовать на опережение:
— Если не возьмешь, я просто выброшу это вон в ту урну.
Ши Миню ничего не оставалось, кроме как подчиниться.
В то же самое время Цзян Нинсинь мысленно поборолся сам с собой и все-таки не удержался, осторожно спросив Ши Миня:
— Пэй Ханьшэн заболел, у него жар. Ты не хочешь съездить к нему домой и приготовить ему поесть?
Глава 12. В этой каше чувствуется знакомый вкус
Стоило только услышать, что Пэй Ханьшэн заболел, как на лице Ши Миня тут же отразилось глубокое беспокойство.
Возможно, потому что в присутствии Цзян Нинсиня он чувствовал себя более расслабленно, его первая реакция была самой искренней и неподдельной.
— Как же он заболел? — встревоженно переспросил Ши Минь. Он не отличался красноречием, и все его волнение целиком отражалось на лице.
Цзян Нинсинь тяжело вздохнул и ответил:
— Наверное, из-за разъездов в последние дни, совсем переутомился.
Сначала Ши Минь собирался навестить Пэй Ханьшэна, но потом, словно из него вмиг выпустили весь воздух, он сник и равнодушно произнес:
— Тогда побеспокойтесь о нем, господин Цзян.
Цзян Нинсинь озадаченно спросил:
— Выходит, ты не хочешь навестить его и позаботиться о нем?
Ши Минь выдавил из себя горькую усмешку, покачал головой и ответил:
— У меня еще есть дела.
Теперь это уже было неуместно.
Цзян Нинсинь не стал настаивать и сказал:
— Ну хорошо, занимайся своими делами, а продукты не забудь сварить, пока они свежие.
Ши Минь еще раз поблагодарил его, а затем попрощался.
Когда Ши Минь ушел, Цзян Нинсинь пришел в себя и встретился взглядом со многозначительной улыбкой бабушки.
Цзян Нинсинь снова взял ее под руку и спросил:
— Бабушка, чему ты улыбаешься?
Старушка мягко похлопала внука по тыльной стороне ладони и произнесла:
— Тот парень, что только что ушел, очень неплох.
Цзян Нинсинь не совсем понял смысл ее слов, но с удовольствием согласился:
— Да, он хороший.
Тогда бабушка спросила снова:
— Так почему же… почему ты только что уговаривал его поехать позаботиться о другом? Глупый мальчишка.
Постепенно до Цзян Нинсиня дошло, к чему клонит бабушка. Он хотел было возразить, но из-за чувства вины всегда такой красноречивый молодой человек вдруг лишился всех слов и молча погрузился в глубокие раздумья.
Как старший человек, искренне любящий своего внука, бабушка наставительно произнесла:
— Ты с самого детства ни с кем не спорил и не боролся, а еще всегда был верен дружбе. Но бабушка все же надеется, что, встречаясь лицом к лицу с тем, кто дорог твоему сердцу, ты будешь следовать велению собственной души. Человеку, знаешь ли, вовсе не обязательно всегда быть бескорыстным...
Цзян Нинсинь горько улыбнулся и попытался отмахнуться:
— Бабушка, я совсем не понимаю, о чем ты говоришь.
После этого, указав на стоявшие неподалеку ряды с овощами, он перевел тему:
— Я хочу баклажанов, приготовь мне их чуть позже.
http://bllate.org/book/31087/3788720
Готово:
