Звезда моя, что с тобой случилось?!
Это что, сила амнезии? Какое-то всё странное.
Ой-ой-ой, братец!
Чжу Иньхан попытался спасти созданный Му Чи образ холодного и неприступного красавца-мужчины и, кашлянув, невнятно произнес:
– Угу-угу-угу.
Му Чи неожиданно перевел:
– Один миллион, – и добавил: – …
Ладно, образ неприступного красавца нельзя было разрушать, и Му Чи тут же принял бесстрашный вид:
– Раз уж мы все друзья, пожалуйста, представьтесь, чтобы я мог познакомиться с вами заново.
Чжу Иньхан довольно кивнул: именно такого эффекта он и добивался.
Ци Ляо подал голос первым:
– Я тебе не друг, делайте что хотите.
Му Чи окончательно вывел Ци Ляо из себя.
Устройте драку, поддеритесь!
Му Чи, впрочем, ничуть не смутился — крутой парень и должен быть таким. Остальные гости с непроницаемыми выражениями лиц представились, и все вместе, каждый со своими мыслями, сели в машину съемочной группы, направляясь в горы.
Перед отправлением Чжу Иньхан трижды повторил напутствие:
– Миллион, миллион, миллион, запомнил?
Му Чи скривил губы:
– Запомнил.
В результате Му Чи, таща за собой чемодан и усаживаясь в специальный розовый микроавтобус съемочной группы, всё еще слушал этот зубодробительный мотив.
К нему подошел хрупкий на вид юноша с миловидным лицом и изогнутыми дугой бровями:
– Му Чи, можно я сяду рядом с тобой?
Му Чи ответил:
– Миллион.
Хао Вэньжоу удивилась:
– А? Сесть рядом с тобой стоит миллион??
Му Чи пришел в себя. Остальные, услышав это, один за другим повернули головы, а Ци Ляо бросил на него взгляд и насмешливо усмехнулся.
Мда? Му Чи совсем обезумел от нищеты?
Он же не это имел в виду.
Хао Вэньжоу с неловким видом села напротив Му Чи.
Му Чи тут же произнес:
– Сесть рядом со мной можно бесплатно.
Хао Вэньжоу только было поднялась, как мимо прошел Lucas и уселся прямо рядом с Му Чи.
Хао Вэньжоу: !
Му Чи: ?
У Lucas были черты лица, характерные для жителей Востока, но при этом глубокая европейская посадка глаз. Его кожа имела здоровый медовый оттенок, торс был коротким, а ноги — длинными. Он был одет по последней моде, запястья и шею украшали аксессуары, а от него самого исходил шлейф густого и чувственного мужского парфюма.
– Раз бесплатно, тогда я сажусь, – с хулиганской ухмылкой произнес Lucas.
Трансляция в чате взорвалась воплями и восторгом. Предыдущее поведение Lucas создавало впечатление, будто его интересуют другие участники, но в итоге он сел рядом с Му Чи, да еще и намеренно бросил фразы бесплатно и сажусь, что давало простор для самых разных фантазий.
Му Чи бесстрастно кивнул, а затем подался вперед и через промежуток между сиденьями продолжил разговор с Хао Вэньжоу:
– У тебя есть вода?
Хао Вэньжоу улыбнулась, достала из рюкзака еще не открытую бутылку минеральной воды и протянула Му Чи.
Lucas перехватил инициативу на полпути и сказал Му Чи:
– Давай я открою.
Му Чи молча забрал бутылку:
– Я тебе не девчонка.
Lucas с извиняющимся видом произнес:
– Я и не принимал тебя за девчонку.
– Вот и отлично. – Му Чи поблагодарил Хао Вэньжоу, запрокинул голову и принялся жадно делать большие глотки, словно какой-нибудь атлет после долгого бега.
…
Это он так пытается доказать, что он настоящий мужик?
Да Му Чи и так мужчина!
Осушив воду, Му Чи почувствовал себя бодрым и свежим, у него вновь появились силы клеить парней. Он поднялся на ноги и даже не подумал попросить Lucas подвинуться: интуиция подсказывала ему, что этот тип отпустит пару шуточек, поэтому Му Чи просто встал и широким шагом перешагнул в передний ряд.
Lucas удивленно посмотрел на него и спустя мгновение хмыкнул:
– А ты забавный.
Дорога в горах петляла, и микроавтобус неизбежно потряхивало. Придерживаясь за спинки сидений, Му Чи направился к передней части салона, где помимо Ци Ляо располагался еще и небольшой чайный столик.
Му Чи прикинул про себя, что может сделать вид, будто заваривает чай, а заодно устроиться рядом с Ци Ляо.
Добравшись до передних рядов, Му Чи сохранил прекрасное равновесие, уперся рукой в край чайного столика и встретился взглядом с сидевшим в полуметре от него дерзким и надменным Великим Владыкой.
Взгляды встретились и тут же разошлись: Ци Ляо отвернулся к лобовому стеклу.
Сидевший впереди кинозвезда Ин Сюань мягким голосом произнес:
– Чайные листья в нижнем выдвижном ящичке, вода только вскипела, так что немного горячевата. Тебе помочь?
Му Чи вежливо ответил:
– Спасибо, дядя, я сам справлюсь.
Ин Сюалю, которому едва исполнилось тридцать пять, на секунду показалось, что у него слуховые галлюцинации. Голос юноши звучал так приятно, словно нефритовые подвески при ударе друг о друга — почему же он назвал его дядей?
Он ведь старше всего на десяток лет.
Однако, столкнувшись с абсолютно серьезным выражением лица Му Чи, Ин Сюань почувствовал, как на его лице трескается маска невозмутимости: Му Чи действительно назвал его дядей.
………………
………………
Гнетущая до удушья тишина.
#Ужас! Му Чи назвал Ин Сюаня дядей!# — уже через десять минут взлетело на второе место в трендах.
Это же романтическое шоу, а не встреча дальних родственников!
Сам же Му Чи совершенно не осознавал, какую оплошность совершил: в его семнадцатилетней системе координат Ин Сюань как раз годился ему в дяди. Впрочем, внезапно повисшее молчание всё же заставило его удивиться:
– Что случилось?
Никто не ответил.
В этот момент водитель резко вывернул руль, и всех пассажиров, включая съемочную группу с камерами, сильно качнуло. Му Чи потерял равновесие и с размаху рухнул прямо в чьи-то крепкие, широкие объятия, тотчас уловив тонкий аромат жимолости и мыла.
!!!!!!!!!!!!!!!!
Му Чи поднял глаза и снова встретился с ошеломляюще красивым лицом Ци Ляо.
Ци Ляо инстинктивно подхватил затылок упавшего на него парня, не давая его перевязанной голове удариться о стекло, а когда автобус выровнялся и он осознал в каком положении они находятся, его лицо мгновенно почернело.
Это же выглядело точь-в-точь как классическое свадебное подхватывание на руки!
От Ци Ляо исходил очень чистый запах: мыльный аромат говорил о том, что тот утром принял душ, а жимолость — это, судя по всему, был репеллент от насекомых, который смешался с теплом кожи и создал неповторимый гормональный шлейф.
Сидя на тех крепких и длинных ногах, Му Чи ощущал напряжение мышц. Его сердце забилось чаще, глаза-персиковые лепестки расширились, а уголки рта грозили расползтись в счастливой улыбке.
Матушка моя, таких сюрпризов он бы стерпел и побольше.
В объятиях крутого парня было невероятно уютно.
Камера в салоне была всего одна, и зрителям транслировался лишь тот ракурс, который попадал в ее объектив. Оператор помотал головой, поправил камеру вместе с остальным оборудованием и направился в переднюю часть салона.
http://bllate.org/book/31063/3785820
Готово:
