Никнейм Бай Кайшуй в сети — Бай Кайшуй, и он действительно великий бог. Доходы от его произведений исчисляются миллионами космических монет в мгновение ока, это та недосягаемая высота, до которой новичкам-одиночкам не дотянуться, как ни вытягивай шеи. И хотя никто так и не смог раскрыть истинную личность великого бога, это нисколько не мешало ему почивать на лаврах с тремя тысячами учеников за спиной, книга за книгой выпускать романы, экранизировать их один за другим и покорять мир своими играми.
Ся Шу с удивлением и досадой смотрел на время публикации, в точности совпадавшее со временем выпуска глав великого бога. Это же надо было так угодить прямо в яблочко, чистое самоубийство!
Даже самый невозмутимый человек неизбежно позавидует успехам великого бога, и Ся Шу не был исключением. Впрочем, Ся Шу всегда превращал зависть в стимул: чем сильнее было раздражение, тем больший прилив энергии он ощущал. Сжав кулаки, Ся Шу открыл роман великого бога. Как бы плохо он ни привыкал к стилю литературы будущего, произведения этого бога ему нравились. Литературный талант великого бога был безупречен: даже ограничиваясь этими механическими прилагательными, он умел создавать захватывающие дух сюжеты. Ся Шу был преданным фанатом Бай Кайшуя и всегда ставил его перед собой в качестве главной цели.
Прочитав новую главу великого бога, Ся Шу почувствовал, как все его недовольство испарилось без следа, уступив место легкой эйфории. Он никак не ожидал, что их мысли с великим богом совпадут столь удивительным образом. Он только что открыл черновик о попаданцах и перерождении, как великий бог тоже заставил своего главного героя переродиться на несколько сотен лет в прошлое. Ся Шу был уверен, что подобных тем в будущем не существовало, потому что каждый был твердо убежден в ненаучности подобного. Так откуда же великий бог взял эту идею? Он был уверен, что великий бог — коренной житель будущего, и уж точно знал, что не подсылал ему вещих снов, да и вокруг не было никого, кто хотя бы отдаленно напоминал великого бога и мог бы услышать от него об этой концепции. Великий бог полностью оправдывал свое прозвище, придумывая то, до чего не додумались другие, и совершая то, на что другие не осмеливались.
Для человека будущего, который, говоря о призраках, видел в них лишь ужасных зверей, придумать столь дивную концепцию было поистине невероятно. Восхищаясь, Ся Шу одновременно мысленно сопоставил оба произведения и заметил, что великий бог тоже старался совершить прорыв в выборе слов и построении фраз — именно из-за этого отсутствия опыта текст казался несколько сыроватым. Но зачатки мастерства уже проглядывали.
Пролистывая раздел комментариев у великого бога, Ся Шу мысленно отметил разницу между ним и безвестным новичком: если его собственный текст канул в лету, словно брошенный в воду камень, то столь необычная тема великого бога утопала в хвалебных отзывах. Ся Шу даже не знал, чего в нем сейчас больше — любви к великому богу или ненависти. Если говорить о любви, то роман великого бога словно служил скромным вкладом, призванным вызвать богатый отклик — он проверил вкусы читателей и как раз доказал, что у жанров фэнтези и сянься в будущем есть свой рынок. Если же говорить о ненависти, то великий бог напоминал многоваттную лампочку, чье сияние погружало мир новичков-невидимок в абсолютную тьму, и Ся Шу казалось, что его мечта о больших заработках снова отодвинулась куда-то вдаль.
Однако Ся Шу не пал духом. У него было свое уникальное преимущество: великий бог лишь нащупал порог, ведущий в этот мир фантазий, тогда как он сам прожил внутри него долгие годы. Он досконально знал устройство иномирных континентов и при этом владел сокровищами, накопленными за пять тысяч лет цивилизации Хуася. Великий бог, возможно, и осознал, что нынешняя литература сбилась с пути, но, блуждая в одиночку во тьме, он оставался лишь малышом, делающим первые неуверенные шаги — разве мог он соперничать с тем, для кого все это было привычным и знакомым?
Раз уж великий бог закинул удочку и раздразнил аппетит читателей, ему стоило просто воспользоваться попутным ветром великого бога, чтобы взмыть ввысь. Сейчас от него требовалось лишь одно: успокоиться, уткнуться носом в работу и обеспечить себя достаточным запасом написанных глав.
Ся Шу набросал подробный план и принялся строчить с бешеной скоростью, сам не заметив, как закончил две главы. Он уже собирался приступить к третьей на сегодня, когда Пикачу радостно напомнил: Хозяин, пришли новые комментарии! Хозяин, пришли новые комментарии! Умный ИИ умел отслеживать различную активность в сети и анализировать, какие события заслуживают внимания.
Ся Шу тут же бросил документ и открыл панель управления, чтобы проверить все. К его разочарованию, количество добавлений в избранное не изменилось и по-прежнему составляло одинокую единицу, зато комментариев прибавилось аж три штуки. Благодаря развитию компьютерных технологий, разделы комментариев поддерживали как динамический, так и статический формат, и ни отправка картинок с видео, ни трехмерная анимация не вызывали никаких проблем. Едва открыв всплывающее окно с уведомлением, Ся Шу увидел на весь экран… анимированную гифку со злодейски ухмыляющейся хаски, причем каждая собака повторяла всего два слова: Продолжение быстрее!
Ся Шу искренне тосковал по тем временам, когда раздел отзывов был тихим и мирным — по крайней мере, простота означала, что твое сердце не подвергнется столь жестокому испытанию!
Следом за испугом пришло ни с чем не сравнимое чувство удовлетворения. Былые заслуги остались в прошлом, и сейчас он был всего лишь новичком, пытающимся отхватить свой кусок пирога в необъятной литературной сокровищнице, а потому ему приходилось стиснуть зубы и начинать всё с самого начала. Ся Шу с легкой самоиронией усмехнулся собственной излишней впечатлительности и наконец заметил ник читателя, затерявшийся среди хаски: Чжи Цзы Чжи Шоу, Утащивший Генерала. Ся Шу отчего-то почувствовал холодок по спине, словно за ним увязался кто-то невероятно опасный. Впрочем, этот читатель явно изменил свой ник на такой забавный лад из любви к его творчеству — комично и довольно мило. Ся Шу добросовестно ответил на комментарий, четко расписав график своих публикаций, а заодно подкорректировал аннотацию, добавив объявление о выходе новых глав.
Получив поддержку от читателей, Ся Шу почувствовал, как его тело переполняет энергия, готовую выплеснуться в любой момент. С сияющей улыбкой на лице он решил просидеть за написанием глав всю ночь напролет — в конце концов, Ся Хэ сегодня нет дома, и указывать некому. Ся Шу совершенно не умел сдерживать себя в моменты безумного вдохновения, когда ох страсть к письму брала верх. Вспомнив, что через несколько дней у Ся Хэ наступают каникулы, Ся Шу был готов даже время на еду сократить. Если бы не горький урок из прошлой жизни, когда из-за нерегулярного питания он в юном возрасте заработал хронические проблемы с желудком, Ся Шу чувствовал, что сейчас и вправду смог бы работать, забыв о сне и пище.
Глубокой ночью лишь в комнате Ся Шу горел белый свет, и в его лучах не знавшее усталости молодое лицо застыло в сосредоточении, пока десять пальцев порхали над клавиатурой.
— Пи-пи-пи! Пи-пи-пи!
Настойчивый звонок прервал ход мыслей, и оставленный на столе коммуникатор зазвенел и заvibрировал. Срочное уведомление: ваш младший брат Ся Хэ перенес операцию в нашей больнице, адрес — больница Тяньхэ.
— Ся Хэ?! — в панике Ся Шу напечатал целую кучу бессмысленных символов, напрочь забыв о писательстве, велел Пикачу выключить компьютер, схватил куртку и бросился в больницу. Что могло случиться с Ся Хэ? Он курсант военного училища, у него отменное здоровье, он намного крепче своего старшего брата. Но ведь говорили, что у них там тренировки невероятной интенсивности, полные опасностей и вызовов… Неужели Ся Хэ попал в аварию? Мысли Ся Шу спутались в один клубок, а от спешки он совершал всё больше ошибок. Он хотел было поймать аэробус, но откуда в ночном пригороде взяться летающим такси? Жили они далеко от наземного метро, да вдобавок Ся Шу страдал полнейшим топографическим кретинизмом, но сейчас об этом думать было некогда, и он побежал к станции метро на всех парах. Конечно же, он перепутал направление, но, к счастью, вовремя спохватился, не успев пробежать слишком далеко, и поспешно включил на коммуникаторе систему навигации.
Добравшись до больницы, Ся Шу увидел в коридоре отделения скорой помощи множество рослых мужчин — судя по всему, однокурсников Ся Хэ, некоторые из которых даже не переоделись из пижам. Заметив, что лица у них вполне спокойные, Ся Шу немного расслабился и поспешил расспросить обо всем. Выслушав их рассказы, он все понял: Ся Хэ сам накликал на себя беду. В последнее время он не только безумно урезал время ради подработок, но и крайне пренебрежительно относился к еде, съедая чуть ли не на две трети меньше обычного, да и рацион его был предельно скудным. А поскольку их тренировки требовали колоссальных затрат энергии, у Ся Хэ развилось тяжелое недоедание, и сегодня ночью из-за обострившейся язвы желудка его доставили в больницу.
— Мы все уговаривали его есть побольше, а он ни в какую. Если есть трудности, сказал бы братьям, зачем же доводить себя до язвы?
Ся Шу горько усмехнулся, прекрасно понимая упрямый характер Ся Хэ: ради участия в соревнованиях тот действительно готов был выложиться без остатка. Винить стоило лишь его самого, никчемного брата, который не мог заработать нормальных денег и заставлял Ся Хэ страдать. Младшему еще не исполнилось и семнадцати, а он уже загремел в университет, сам же он оказался не в силах даже обеспечить мальчишке нормальное питание.
Сама операция была несложной, все дело было в наркозе. Когда Ся Хэ перевели в обычную палату, Ся Шу уговорил его однокурсников разойтись, однако один высокий молчаливый парень уходить отказался. Ся Шу, чья голова шла кругом, не стал придавать этому особого значения. Около пяти часов утра Ся Хэ очнулся, едва заметив Ся Шу и того парня, он тут же возмутился: Кто просил вас звать моего брата!
— Ся Хэ! До каких пор ты собирался это скрывать, а? Тебе обязательно нужно, чтобы я тебя в гробу увидел, да? Знал бы я, что ты так плевать на себя и свою жизнь, ни за что бы не вернулся тогда, лучше бы ждал тебя внизу! — сурово отчитал его Ся Шу. У него просто не было сил потворствовать тому, чтобы младший брат играл со своей жизнью.
— Брат, я не… — Ся Хэ пытался оправдаться, но его голос звучал совершенно слабо и беспомощно.
— И еще споришь! Я тебя учиться отправил, а не в русскую рулетку играть! Не хватает денег — давай думать вместе, а если совсем прижмет, брось ты это проклятое соревнование! Разве можно ради него жизнью рисковать, а?!
— Нельзя бросать соревнование! — стоило заикнуться о турнире, как Ся Хэ проявлял ослиное упрямство.
— Я и не заставляю тебя его бросать, но если ты пообещаешь нормально питаться — можешь даже не думать об участии. А с деньгами я что-нибудь придумаю.
— И что же ты придумаешь? — с сомнением посмотрел на брата Ся Хэ.
— Разумеется, придумаю. Вот пообещай мне… — не успел он договорить, как Ся Шу внезапно потерял сознание. С испугу Ся Хэ чуть было не соскочил с койки, но стоявший рядом молчаливый парень тут же подхватил падающего Ся Шу. Ся Хэ поспешно позвал врача, не смея отвести глаз от брата.
Пришедший врач лишь рассмеялся сквозь слезы: Он просто переутомился и вырубился от усталости, ему нужно хорошенько выспаться, пускай полежит здесь.
Глядя на мертвецки спящего Ся Шу, Ся Хэ впервые почувствовал укол совести за свое безответственное поведение и тихо позвал: Братик… После этого он караулил сон Ся Шу до самого рассвета.
Как только Ся Шу проснулся, больница сообщила, что их можно выписать. Выпроводив Ся Хэ обратно в учебное заведение, Ся Шу поспешил домой, решив приготовить что-нибудь вкусное и питательное для младшего брата. Едва дойдя до своего этажа, Ся Шу увидел спускающегося по лестнице человека: ярко-рыжие волосы, мертвенно-бледное, не видавшее солнца лицо и глубокие темные круги под глазами.
— Дин И! Какими судьбами? — неужто он и правда заявился к нему на обед? Впрочем, не стоило быть столь нетерпеливым и заявляться едва с рассветом, он ведь еще ничего не успел приготовить.
— Я тут мимо проходил, — с каменным лицом процедил Дин И, и аура недовольства вокруг него казалась почти осязаемой.
Но Ся Шу, не зная, когда лучше промолчать, брякнул: Ты что, ждал меня здесь всю ночь? С такими-то синяками под глазами, сразу видно недосып.
— Поесть поблизости нельзя, что ли, идиот! — Дин И явно вышел из себя. Впрочем, он никак не мог объяснить, почему в семь утра спускается по чужой лестнице.
Сообразив, что злить его себе дороже, Ся Шу поспешно попытался сгладить углы: Если ты еще не завтракал, заходи ко мне, перекусишь?
— Не нужно, — на этот раз Дин И ответил предельно сухо. — Израсходуй до конца, и чтобы ни капли не осталось! — С этими словами он силой всучил ему в руки тюбик, напоминающий зубную пасту, резко развернулся и зашагал проходной походкой. Ся Шу взглянул на предмет в своей руке: это была мазь. И хотя он использовал ее всего единожды, он был наслышан о ее стоимости — стоила она баснословных денег. Судя по всему, Дин И заметил, что сам он двигается еще недостаточно уверенно, и специально принес ее? Но Ся Шу никак не мог взять в толк, зачем тому было так поступать.
http://bllate.org/book/31039/3782962
Готово:
