— Отпусти меня, я пойду посмотрю. — Бай Юнь бросил взгляд на руку Цинь Яня, давая понять, чтобы тот отпустил его, и сделал движение, будто собирается встать.
— Постой, постой. — Цинь Янь схватил его, от волнения не в силах связать и двух слов. Он глубоко вздохнул, немного успокоился и встал ровно. Он среагировал так, будто столкнулся с грозным врагом, кивнул Бай Юню и разжал пальцы: — Иди. Я пойду за тобой, и если что-то случится, я позвоню в полицию.
Уголки губ Бай Юня слегка дёрнулись, и он зашагал в сторону ванной.
Цинь Янь проводил взглядом его спокойную и решительную фигуру, и на мгновение у него в груди стало горячо. Хотя этот Бай Юнь выглядел немного женоподобно, у него была высокая фигура, широкие плечи и узкая талия, и в этот миг Цинь Яню показалось, что этот щеголь и правда чертовски хорош собой.
Толкнув дверь ванной, Бай Юнь огляделся. Его взгляд надолго приковался к роскошной круглой ванне, вызывая невольную зависть, а затем он перевел глаза на окно, о котором говорил Цинь Янь, и обнаружил, что оно действительно приоткрыто.
Очевидно, что-то снаружи задело оконную ручку, из-за чего створка и распахнулась. Рационально проанализировав ситуацию, он толкнул окно и высунул голову наружу. Стоило ему опустить взгляд, как он нос к носу столкнулся с маленьким белым котенком.
— Мяу... — котенок прятался на кирпичной кладке стены второго уровня. Его хвост был высоко поднят, и он с крайним подозрением издал звук, глядя на Бай Юня.
— Мм? Кошачье мяуканье? — Цинь Янь, следовавший за Бай Юнем в нескольких метрах позади, чутко уловил кошачий голос. Он быстрым шагом бросился к окну и, выглянув наружу, действительно увидел белого котенка.
В этот момент Цинь Янь испытал невероятное чувство нелепости и жгучего стыда. Он свирепо уставился на котенка, и от этого палящего взгляда у зверька шерсть встала дыбом. Осторожно попятчившись, котенок в мгновение ока растворился во тьме ночи.
— Студент Цинь Янь, ты и сам всё видел, никаких призраков нет. — Бай Юнь втянул голову обратно, скрестил руки на груди и с полуулыбкой посмотрел на Цинь Яня. — Не думал, что студент Цинь Янь окажется не особо смелым.
Цинь Янь, разумеется, расслышал насмешку в голосе Бай Юня, но возразить ему было нечего. При мыслях о том, как жалко он только что выглядел, волна жаркой крови прилила к лицу: — Если об инциденте сегодняшнего дня узнает хоть третья душа, тебе конец.
С чего бы ему молчать? Как только он выполнит задание, он обязательно раскоронуит историю о трусливом и боявшемся призраков молодом господине Цине направо и налево, чтобы тот опозорился по полной.
Хотя в душе Бай Юнь думал именно так, на поверхности ему всё же приходилось считаться с заданием, поэтому он пошел на попятную: — Ладно, я понял. Студент Цинь Янь, тебе тоже не стоит принимать это близко к сердцу, бояться призраков — это вполне по-человечески.
[Цин-дон! Прогресс задания по завоеванию главного героя увеличился на 5, текущий прогресс: 4]
— Ты... в последнее время ты стал каким-то слишком странным. — Лицо Цинь Яня немного посветлело, но затем он снова нахмурился, с трудом привыкая к резкой перемене отношения Бай Юня на сто восемьдесят градусов.
Бай Юнь прикусил губу и улыбнулся, лихорадочно роясь в памяти в поисках сборника романтических цитат, предоставленного Системой.
Он внезапно понизил голос и, опустив взгляд, произнес: — Потому что, когда ты любишь кого-то, ты перестаешь быть похожим на самого себя прежнего.
Цинь Янь проследил за взглядом Бай Юня и опустил голову. Он обнаружил, что тот уставился на широко распахнутый воротник его халата, и его собственные мускулистые грудные мышцы были видны собеседнику как на ладони. У Цинь Яня мгновенно онемела кожа на голове, и его от отвращения передернуло: — Ты больной, что ли?
Бай Юнь горько улыбнулся и покачал головой, его голос звучал одиноко: — Когда же ты наконец поверишь, что я люблю тебя? Я признаю, раньше я выбирал не те способы, чтобы привлечь твое внимание, но теперь я сделаю всё возможное, чтобы исправить это.
Чтобы привлечь его внимание?
Цинь Янь вспомнил то признание Бай Юня, а также его прежние странные реакции на него самого, да и всю предысторию сегодняшнего происшествия, и обнаружил, что всё вроде бы действительно сходится. К тому же этот парень и впрямь заставил его изрядно понервничать.
Неужели это и вправду его способ обольщения? Но почему ему так трудно в это поверить... Разве Бай Юнь и вправду любит его? Но ведь они оба мужчины.
Поразмыслив немного, Цинь Янь с полуверой-полусомнением оглядел Бай Юня и заметил, что у того действительно невероятно белая кожа и длинные ресцены. Прикрыв глаза и опустив ресницы, под светом ламп в ванной его глаза казались необычайно глубокими, излучая некую хрупкую красоту... С чего это вдруг ему показалось, что Бай Юнь стал еще чуть красивее?
Черт! Разве об этом ему сейчас нужно думать?!
Цинь Янь резко пришел в себя. Главное — Бай Юнь был мужиком, да к тому же проклятым извращенцем, который его подставил!
— Я предупреждаю тебя: что бы у тебя ни творилось в голове, если в эти дни ты будешь ублажать меня так, что я останусь доволен, я закрою глаза на то, как ты подставил меня, и сделаю вид, что так и надо. Иначе ты сам понимаешь — я в любой момент могу вышвырнуть тебя из университета.
Цинь Янь завязал развязавшийся пояс халата и подался вперед.
Бай Юнь машинально отступил назад, и его спина уперлась в прохладную стену, оказавшись зажатой между руками Цинь Яня, который уперся ими по обе стороны от него.
Произнося эти слова, Цинь Янь говорил очень низким голосом. Его персиковые глаза слегка сузились, а пряди рыжих волос упали на лоб, возвращая ему прежнюю дикую и необузданную дерзость — казалось, будто тот испуганный и завопивший от ужаса человек секунду назад был кем-то совсем другим.
— Я понял, Цинь Янь. — Бай Юнь приоткрыл рот, и из-за слишком близкого расстояния его теплое дыхание мягко коснулось переносицы Цинь Яня, вызывая легкий зуд.
Цинь Янь быстро отдернул руки и развернулся, направляясь к выходу. Бай Юнь окликнул его в спину: — Скажи, мне всё еще нужно продолжать писать за тебя курсовую?
— Мм?
Он вообще-то и не собирался заставлять Бай Юня писать за него курсовую. Цинь Янь хоть и был разгильдяем, но к своей специальности относился серьезно. Он старательно перенимал дело, доставшееся ему от деда, чтобы однажды доказать отцу, что он не пустышка.
Цинь Янь считал, что пусть Бай Юнь вечно затыкал его за пояс, но если он сам приложит усердие, то превзойти этого зубрилу для него не составит труда. Так что даже если бы Бай Юнь написал ее, он бы не использовал из этого ни единого слова.
— Не нужно. — Цинь Янь взглянул на время — было уже около четырех часов ночи. — Слишком поздно, ступай сегодня в свободную спальню и ложись спать.
Бай Юнь был вытолкнут Цинь Янем из его комнаты.
— И еще: завтра утром не смей меня будить, если что нужно — разбирайся сам.
— Завтра утром пары. — Очень заботливо напомнил Бай Юнь, ведь они учились на одном потоке.
Цинь Янь очнулся, будто ото сна, и в отчаянии шлепнул себя по лбу: — Тогда, если я не проснусь, разбуди меня.
— Могу ли я воспользоваться твоей кухней? — спросил он.
http://bllate.org/book/31017/3780790
Готово:
