Мысль только успела промелькнуть в голове, как Инь Я задрожала всем телом и тут же на корню задавила её.
Исключено!
Главная злодейка, вышедшая из-под её пера, — Врожденное божество, и из-за пережитых невзгод она сама по себе отвыкла от мирских страстей, став практически бесчувственной. В худшем случае она идеально владела своими эмоциями, чтобы ей было проще действовать.
Даже она сама, автор, любящая писать второстепенные романтические линии, отказывалась сводить главную злодейку с кем-либо. По её мнению, предаваться любви было всё равно что оскорблять божественную суть Цан Ланьянь. Будучи решительным и безжалостным Божеством-Хранителем, Цан Ланьянь, разумеется, отличалась от тех преданных и глупых жэнь-цзяо.
А значит, если главная злодейка обвилась вокруг её шеи, это определенно была кара. Просто из милосердия к тому, как хорошо та её принимала, она решила попугать её чисто формально, иначе Инь Я, пожалуй, действительно свернули бы шею на месте.
Опасаясь привлечь внимание Цан Ланьянь и навлечь на себя еще более суровое наказание, Инь Я торопливо бросила на неё пару взглядов и отвела глаза, вновь сосредоточившись на жутковатом ощущении мягкой гладкости и борясь с неизвестным страхом.
Она не знала, сколько времени прошло, прежде чем сковывающая её сила внезапно рассеялась, а скользкое прикосновение к шее исчезло.
У Инь Я от страха давно ослабли ноги, и стоило оковам пасть, как она тут же рухнула на колени. Боль, пронзившая чашечки, заставила её коротко ахнуть и судорожно втянуть воздух сквозь зубы.
Не услышав слов Цан Ланьянь, она уперлась руками в пол, всё ещё охваченная ужасом, не смея ни подняться, ни тайком взглянуть на главную злодейку.
Только доев последнюю палочку рисовой лапши с бараниной, Цан Ланьянь заговорила:
— С чего ты вдруг решила, что мне не по вкусу эта еда?
Инь Я, разумеется, не смела говорить правду, поэтому ей пришлось на ходу выдумать несуществующую подругу:
— Когда я впервые угощала лапшой подругу, ей не понравилось, когда туда добавляли приправы.
— Я не принадлежу к человеческой расе, — напомнила та.
— Простите, это я проявила самовольство! — Инь Я воспользовалась моментом, чтобы признать вину. Только что она была настолько испугана, что даже забыла извиниться. — Я знаю, что была неправа! Мне не следовало действовать по своему усмотрению, больше это не повторится!
— Вставай, — равнодушно произнесла Цан Ланьянь. — Не забывай о сегодняшней каре.
Инь Я инстинктивно потрогала свою шею и дрожащим голосом ответила:
— Слушаюсь, я буду помнить об этом.
До самого окончания наказания она так и не поняла, что же это за скользкая штука к ней прикасалась, да и в описании персонажа, которое она просматривала совсем недавно, о подобной странности не упоминалось.
Возможно, вкусная еда улучшила настроение, но покончившая с лапшой главная злодейка больше не донимала её и переключила всё внимание на изучение словаря.
У Инь Я наконец появилась возможность отпроситься в спальню. Заперев дверь, она забралась на верхнюю ярусную кровать и включила ноутбук, чтобы наперегонки со временем войти в рабочий ритм: освежив в памяти предыдущие главы, она принялась обдумывать дальнейший сюжет.
Главные герои пока не знали, что главная злодейка пропала, и, судя по прошлой главе, продолжали лихорадочно готовиться к бою.
Что им следовало предпринять до того, как они узнают эту шокирующую новость?
Размышляя над этим, Инь Я открыла документ и попыталась написать новую главу.
Каково же было её удивление, когда она обнаружила, что не может не только вернуть Цан Ланьянь обратно в книгу, но даже описать её появление. Стоило в тексте возникнуть любому абзацу со словами вроде Цан Ланьянь, появление или явиться, как спустя не больше трех секунд они бесследно исчезали из файла.
Словно какая-то неведомая сила стерла само существование Цан Ланьянь со страниц книги, не позволяя вмешаться даже ей, автору.
Инь Я оставалось лишь прибегнуть к обходному маневру: сначала подробно расписать положение дел на стороне протагонистов — будь то перемены в их чувствах или развитие сюжета, шаг за шагом восполнить всё то, чему раньше не уделено достаточного внимания, и попутно добавить немного романтики.
Проработав в полном сосредоточении весь день, она поймала хорошую волну и неожиданно для себя набросала четыре тысячи знаков. Она уже собиралась написать еще немного, как плотно закрытая дверь в комнату внезапно отворилась, хотя в проходе никого не было.
Поняв, что главной злодейке, судя по всему, что-то от неё нужно, Инь Я тут же прервала ход мыслей, быстренько свела главу к концу, скопировала её в панель управления сайта и опубликовала.
Выключив компьютер, Инь Я тут же спустилась с кровати и, направляясь в гостиную, на ходу спросила:
— Вам нужно в чём-то помочь?
Она увидела, что Цан Ланьянь по-прежнему сидит на своем месте, однако листает уже не словарь для сопоставления иероглифов, а экземпляр Путешествия на Запад.
— Я хочу принять ванну. — Цан Ланьянь захлопнула книгу, отложила её в сторону и с улыбкой посмотрела на неё.
Инь Я смутно почувствовала, что та пребывает в прекрасном расположении духа, и отреагировала без промедления:
— Пожалуйста, следуйте за мной.
Она первой вошла в ванную, включила свет и, дождавшись, пока Цан Ланьянь тоже переступит порог, указала на ванну:
— Вам нужна холодная вода, теплая или горячая?
— Подойдет и холодная, — ответила Цан Ланьянь. — И мне понадобятся лепестки цветов.
Инь Я убрала лепестки еще утром, но раз уж главная злодейка пожелала, та без лишних слов достала небольшую баночку с сухими цветами и открутила крышку. Она уже собиралась сыпать их в ванну, как услышала голос Цан Ланьянь:
— Свежие цветы.
— ...Свежих цветов дома нет, нужно заказывать у флориста. — Инь Я так и знала, что та выдвинет требования, но после недавней так называемой кары она бы и не подумала проявлять излишнюю инициативу, если бы главная злодейка сама об этом не замолвила словечко.
— Сколько времени это займет? — спросила Цан Ланьянь.
— Трудно сказать. Зависит от того, какие именно цветы вам нужны, и от того, есть ли они в наличии в магазине, — честно ответила Инь Я.
— Вот как, — Цан Ланьянь перевела взгляд на шкафчик, откуда та доставала сушеные цветы. — А что это за склянки и баночки?
— Это средства для очищения тела, — перевела Инь Я принадлежности для ванны на понятный той язык. — Там есть и эфирные масла, но...
Она чуть было не сболтнула заботливое ухоженное словечко вроде у них резкий запах, но, перехватив взгляд главной злодейки, на ходу изменила формулировку:
— Но эфирные масла лучше всего использовать в горячей воде.
— Оставь. Не люблю горячую воду, — Цан Ланьянь слегка нахмурилась. — Набирай воду и поскорее приготовь для меня Ночной Аромат Сна.
Инь Я остолбенела, и движение её руки, откручивающей кран, на секунду замедлилось.
Она наконец вспомнила, почему от Цан Ланьянь исходил едва уловимый мятный аромат.
Ночной Аромат Сна оказался всего лишь иным названием мяты. Когда-то она описала сцену, в которой Цан Ланьянь принимала ванну, и плававшие тогда по поверхности воды ярко-зеленые листья были именно мятными.
Только... с чего это вдруг главная злодейка решила, что листья мяты — это лепестки свежих цветов?
http://bllate.org/book/31001/3778955
Готово:
