Комната Лу Мина находилась в самом конце коридора, а комната Ци Цзи — первая по левую руку. Они располагались не так уж далеко друг от друга, но видеться почти не доводилось.
Ци Цзи словно помешался: едва телефон зарядился, как он, словно безумный, принялся снова и снова звонить Хэ Чжаолиню.
Тот, вероятно, смертельно устал от этого и в конце концов ответил.
В тот самый момент, когда вызов прошёл, Ци Цзи словно вырвался из тесной клетки. Он почувствовал невероятное облегчение во всём теле и мягким, нежным голосом произнёс:
— Чжаолинь, я думал, ты больше никогда не ответишь на мои звонки.
— У меня тут глубокая ночь, Ци Цзи, прекрати, — голос, доносившийся из динамика, звучал сонно, лениво и устало.
— Я же всё тебе объяснил, почему ты мне не веришь? Разве ты не читал наше соглашение? Я же отправлял его тебе! Всего на год! Через год у нас с ним не останется ничего общего, и ребёнок мне тоже не нужен. Неужели нельзя… просто сделать вид, что ничего не было?
— Ты же знаешь, я люблю тебя. Ни один альфа не примет такого, Ци Цзи. Мне, наверное, нужно время. Давай мы оба успокоимся, хорошо?
— И сколько нужно успокаиваться?
— Хватит об этом. До встречи.
Не дождавшись его разрешения, Хэ Чжаолинь впервые сам сбросил вызов. Ощущение того, что всё ускользает из-к рук, едва не сводило Ци Цзи с ума, да он и впрямь был близок к безумию.
Он швырнул телефон об стену и разнёс вдребезги всё, до чего смог дотянуться в комнате.
Лу Мин только что вышел из душа, когда услышал шум, доносившийся из комнаты Ци Цзи. Его сердце тревожно сжалось; он быстро подошёл к чужой спальне и настойчиво забарабанил в дверь.
Тут испуганная домработница тоже поспешила на звук и тихонько спросила:
— Что это там творится?
— Всё в порядке, тётя, идите к себе спать.
— Д-да, хорошо, — женщина от страха тут же ретировалась в свою комнату. В таких ситуациях лучше не совать нос куда не просят.
Внутри вдруг всё стихло, и это отчего-то встревожило Лу Мина ещё сильнее. Он с силой ударил в дверь кулаком:
— Господин Ци! Откройте дверь! Если не откроете, я её вышибу!
Прождав с десяток секунд и так и не дождавшись, пока Ци Цзи откроет, Лу Мин просто снёс дверь с петли и вошёл в спальню омеги.
Яркий свет заливал комнату, усеянную обломками. Омега, запрокинув голову, сидел на полу у кровати, вокруг него валялись осколки стекла, а из пореза на правой руке непрерывно сочилась кровь, уже успевшая напитать изрядный кусок ковра.
У Лу Мина перехватило дыхание. Охваченный паникой, он бросился вперёд и схватил его за руку, чтобы оценить ранение:
— Ты кровоточишь! Ты истекаешь кровью!!
Из-за принимавшихся ранее лекарств, регулирующих феромоны, у Ци Цзи нарушилась свёртываемость крови, и теперь, чтобы функции организма постепенно восстановились, требовалось целых полгода воздерживаться от препаратов. Именно поэтому он и не мог прервать беременность.
Ци Цзи раздражённо зажмурился. Он чувствовал себя совершенно оцепенелым, а на жизнь и смерть ему было уже наплевать.
Мучительное ощущение того, что его волочит по воле судьбы, вызывало жгучее отвращение: гори оно всё синим пламенем.
Лу Мин тут же раздобыл чистую марлю, перевязал ему рану и попытался поднять, чтобы отвезти в больницу.
Стоило его рукам коснуться омеги, как Ци Цзи яростно оттолкнул его, глядя на него глазами, полными отвращения:
— Не трогай меня!
*
— Приди в себя! — рявкнул Лу Мин, свирепо уставившись на него.
Ци Цзи на мгновение опешил от этого крика. Этот сопляк…
Да как он смеет на него орать?!
Как он вообще посмел?!
Какое у него право повышать на него голос? Ведь во всём виноват только он!
И то, в каком он сейчас состоянии — целиком и полностью заслуга этого парня!
— Вставай! — Лу Мин даже не думал разбираться, насколько всё запущено, у него была лишь одна мысль: нужно как можно скорее доставить Ци Цзи в больницу.
— Жить надоело? Я же сказал — не трогай меня! — Ци Цзи хоть и бесился, но максимум, на что его хватало — это вот так ругаться.
Сердце Лу Мина колотилось где-то в горле, глаза покраснели:
— Ты же кровью истечёшь, так и умереть недолго! Ты вообще понимаешь это? Тебе точно двадцать шесть лет?!
Ци Цзи едва не вырвало кровью от злости. У него заболел желудок — ныло абсолютно всё!
В следующее мгновение тело Ци Цзи вдруг легко оторвалось от пола — альфа подхватил его на руки и понёс к выходу. Они были примерно одного роста, и хотя Ци Цзи сам регулярно занимался фитнесом, а альфа выглядел тощим, тот поднял его и помчался вперёд даже без одышки.
— Где ключи от машины? — добежав до прихожей на первом этаже, спросил Лу Мин.
Ци Цзи, измотав себя за весь вечер, совершенно выбился из сил. По дороге он бессильно качал головой в такт шагам Лу Мина и слабо проговорил:
— На обувной полке.
Лу Мин подхватил с полки ключи, усадил его на пассажирское сиденье, пристегнул ремень безопасности, и пока садился за руль, Ци Цзи холодным взглядом наблюдал, как тот кому-то звонит.
— Здравствуйте, я Лу Мин. Мой супруг-омега пострадал, у него нарушена свёртываемость крови, нам срочно нужно в Центральную больницу Гонконга, мы сейчас в машине. Возможно, придётся проехать на красный свет, надеюсь, вы это зафиксируете. Номер машины G20XXXX.
Закончив разговор, он сбросил вызов, и только тогда Ци Цзи понял, что тот звонил в полицию.
Подозрительно приподняв руку, Ци Цзи взглянул на раненый палец, затем перевёл взгляд на Лу Мина и поторопил его:
— Поедем быстрее, а то неровен час рана сама затянется.
Лу Мин потерял дар речи и тихо пробормотал себе под нос:
— Если бы она так легко затягивалась, это было бы просто чудом.
Ци Цзи против воли усмехнулся, а закончив, и сам не понял, над чем смеялся.
Увлечённый обгонами на светофорах, Лу Мин даже не заметил, что Ци Цзи впервые за последние три с лишним месяца улыбнулся ему.
И надо же было из-за такой царапины поднимать такой шум — он ведь и вправду повёз его в больницу по скорой.
Лу Мин сопровождал его в смотровой, наблюдая, как врач заново обрабатывает рану.
Дежурившая в ту ночь женщина-омега оказалась на редкость проницательной и не удержалась от упрёка в адрес Лу Мина:
— Как вы вообще следите за своим омегой? Вы понимаете, насколько опасно получать травмы при нарушении свёртываемости крови во время беременности? Мало того, что предохраняться не умеете, так у вас ещё и беременный муж травмируется!
Лу Мин лишь покорно кивал:
— Простите, это я недосмотрел, больше такого не повторится.
— При чём здесь он? — Ци Цзи отсутствующим взглядом смотрел в одну точку, неподвижно сидя на стуле, и бесстрастно пояснил: — Я сам дома бесился, всё крушил и случайно поранился.
Лу Мин изумленно вытаращился на него — он никак не ожидал, что тот станет выгораживать его перед врачом.
Доктор смутилась и принялась их наставлять:
— Всё-таки в период беременности нужно держать эмоции под контролем. Столько нервов тратить и для ребёнка вредно. Ладно, всё готово. Старайтесь пару дней не мочить рану и марш домой спать, уже почти два часа ночи.
Прихватив с собой мази и лекарства, они молча, друг за другом, вышли из больницы.
Вернувшись домой, Лу Мин остановил Ци Цзи, уже направившегося к лестнице:
— Посиди пока в гостиной, я уберусь в комнате.
Ци Цзи на секунду замер, затем молча повернулся и опустился на диван. Он закрыл глаза и откинулся на спинку, чувствуя, что ему уже абсолютно на всё наплевать.
Единственное, чего ему хотелось — это спать. Стоит только выспаться, и вся эта тяжесть отступит.
Убегали они в спешке, и свет в комнате остался включен. Войдя внутрь и окинув взглядом погром, Лу Мин устало и тяжко вздохнул.
Нервишки у него и правда ни к чёрту: всё, что можно было разбить, разнесено в щепки. Как в хрупком с виду омеге может быть столько разрушительной энергии? Даже на деревянном столе и стульях выбоины остались.
Лу Мин тщательно смахнул осколки стекла в мусорное ведро, дважды прошёлся по полу шваброй и, убедившись, что не осталось ни единого стеклышка, вернулся в гостиную. Там он обнаружил, что Ци Цзи уже уснул, прислонившись к спинке дивана.
Стараясь не шуметь, он подхватил омегу на руки, отнёс в спальню, укрыл одеялом и чуть подкорректировал температуру в комнате до идеального комфорта. Только после этого он тихо притворил дверь и отправился спать к себе.
Дверь мягко затворилась за ним, а Ци Цзи перевернулся на другой бок и медленно приоткрыл глаза. Сонливость куда-то испарилась, хотя он валился с ног.
Ощущения были странными. Раньше, стоило накатить волне негативных эмоций, никто не мог его обуздать, и он ещё долго не мог выбраться из этого мрачного состояния. Но на этот раз он успокоился на удивление быстро.
Почему?
После всего этого балагана на душе почему-то стало легко.
*
Из-за временной заморозки трансляций стримы Лу Мина застряли на мели этой семейной жизни, и свалившееся на него внезапное праздное время начало его утомлять.
На следующий день он поднялся ни свет ни заря, починил сломанные садовые фонари, а услышав от домработницы, что сломался робот-пылесос, позаимствовал у соседа электрическую отвертку с набором бит, уселся прямо на ковёр и принялся сосредоточенно его разбирать.
Плата сгорела, а подходящих инструментов не было. Повертев детали в руках, Лу Мин отложил их в сторону, решив после завтрака заглянуть на хозяйственный рынок.
— Господин Ци, вы проснулись? Будете завтракать дома?
Услышав голос домработницы, Лу Мин машинально обернулся, чувствуя себя немного не в своей тарелке:
— Доброе утро.
Ци Цзи суховато и безразлично бросил в ответ:
— Сегодня завтракаю дома.
— Ой, отлично! Всё как раз готово, сейчас подам!
Лу Мин отложил разобранный робот-пылесос в угол и последовал за ними на кухню. Вскоре он вышел оттуда со стаканом самодельного лимонно-медового напитка и поставил его рядом с правой рукой Ци Цзи.
— Если тебя всё ещё подташнивает, выпей немного.
Ци Цзи исподлобья бросил на него оценивающий взгляд:
— Ты чем тут занимался?
Лу Мин замер на пару секунд, сообразив, что обращаются к нему, и пояснил:
— Робот-пылесос сломался, я пытался его починить.
На самом деле ему просто смертельно скучало и хотелось занять себя хоть чем-то интересным.
— Купи новый, делов-то, — небрежно бросил Ци Цзи. Он взял со стола стакан с медовой водой и сделал пару глотков: кислинка оказалась в меру, с лёгким ароматом мёда — на редкость приятное питьё.
Сколько они были знакомы, но за обеденным столом вместе сидели впервые.
Лу Мин взял из вазочки варёное яйцо и очистил два для Ци Цзи.
Тот с брезгливым выражением лица уставился на очищенные яйца, но после ожесточённой внутренней борьбы всё же кое-как осилил одно, допил лимонный напиток до дна и решительно поднялся:
— Я поехал.
— Угу, будь осторожен на дороге.
Проводив его взглядом, Лу Мин подхватил оставшееся яйцо и в один присест закинул в рот. Он помог домработнице убрать со стола, переоделся, натянул маску и вышел из дома.
Уехав утром, вернулся он уже во второй половине дня на новом мотоцикле, удобном для поездок, а за спиной у него висел доверху набитый рюкзак.
Домработница, вернувшись с рынка, как раз застала Лу Мина за установкой фонарей во дворе с помощью инструментов и мотка проволоки.
Раньше дорожки освещали всего четыре тусклых садовых светильника.
Ци Цзи возвращался домой поздно, так что пара дополнительных фонарей точно не помешает.
http://bllate.org/book/30942/3771940
Готово:
