Глава 4
В дни песен и танцев время течет безмятежно.
Когда Мин Вань приставил меч к горлу И Жаня, смех присутствующих едва не снес крышу Резиденции четвертого вана. Даже слуги, не в силах сдержаться, прыснули со смеху, что уж говорить о братьях, сидевших за столами.
Мин Чэн, держась за живот, с грохотом колотил кулаком по столу, а У Дань и вовсе скатился под стол от хохота.
И Жань, пьяно моргая, попытался отстранить лезвие меча от своей шеи. Мин И, усмехнувшись, покачал головой, подошел и мягко отодвинул меч Мин Ваня.
— Господин И, вы пьяны. Возвращайтесь-ка лучше отдыхать.
— Нет! Как Бэньсян может быть пьян?
И Жань ослепительно улыбнулся Мин И, затем повернулся к Мин Ваню и внезапно обнял Мин И за шею, с громким чмоком поцеловав его в левую щеку.
Смех в главном зале мгновенно смолк. Те из братьев, кто был в курсе происходящего, украдкой перевели взгляды на Мин Линя.
— И Жань! Этот ван убьет тебя!
С этими словами он вновь взмахнул Мечом Сюаньюань, который со свистом рассек воздух, теперь уже без малейшей доли сдержанности.
— Пятый брат!
Остальные в испуге бросились вперед, но прежде чем они успели вмешаться, Мин Вань неожиданно заслонил собой И Жаня, приняв удар Меча Сюаньюань на свой клинок.
— Это всего лишь шутка, не стоит доводить до кровопролития.
— Шутка?
После этой выходки ярость, ударившая в голову, немного поутихла, но гнев в душе всё еще пылал.
— Этот мерзавец всякий раз при виде Мин И теряет голову! Кто знает, что он выкинет в следующий раз?
— Пятый брат, господин Мин превосходно владеет боевыми искусствами, а И Жань и курицу зарезать не способен, ты слишком беспокоишься.
— У этого парня всё нутро гнилое, разве четвертый брат мало от него натерпелся? С чего ты вдруг бросился его защищать!
— Я…
Он не успел подобрать слова, как ощутил тяжесть на спине: И Жань, полностью обмякнув, повалился прямо на Мин Ваня и, едва коснувшись его, тут же захрапел, погрузившись в сладкий сон.
Мин Вань, который всегда вставал спозаранку для тренировок, впервые в жизни проспал.
Когда солнце уже высоко поднялось, он проснулся с раскалывающейся головой. Перед глазами было озабоченное лицо Сяо Ци.
Он позволил слуге облачить себя в парадные одежды и украшения, тщательно почистить зубы белой солью — Сяо Ци не пропустил ни единой щелочки между зубов. Через полчаса Мин Вань, как обычно, выглядел бодрым и полным сил, появившись в главном зале.
После того как он выслушал доклады Сяо Ци, подали завтрак. Печенье с османтусом в форме пятилепестковых цветков, тонкое, сладкое, в сопровождении чаши густой сладкой каши — на столе были сплошь одни сладости.
Откусив кусочек, Мин Вань удовлетворенно улыбнулся.
Любовь к сладкому была величайшей тайной Ваныни, о которой никто не должен был знать.
Аромат османтуса разлился по губам, смешиваясь с запахом цветов, доносившимся из сада, где по обе стороны от входа росли османтусовые деревья.
Вскоре четыре печенья были съедены без остатка, на тарелке остались лишь крошки. Каша тоже была допита до дна, на уголках рта даже остались следы густой похлебки.
Сяо Ци тут же подал полотенце, а затем чашку медового настоя из хризантем.
Допив чай, Мин Вань отставил чашку — завтрак был окончен. Размявшись, он вдруг бросил взгляд на зал и в какой-то момент ему показалось, будто он видит, как тот человек танцует прямо посреди комнаты.
Лицо Мин Ваня помрачнело.
— Сегодня ведь нет никаких военных дел?
— Нет, господин.
— Тогда пойдем прогуляемся.
http://bllate.org/book/30917/3768908
Готово:
