Внезапно в его голове возникла совершенно нелепая мысль: неужели я ему и вправду так сильно нравлюсь? До такой степени, что он не может дождаться и жаждет уже в следующую секунду оказаться вместе?
Гу Сичжэн слегка нахмурил брови, а в его узких продолговатых глазах читалось крайнее недоумение. Разве не этот поверженный им противник собирался применить против него красоту, чтобы соблазнить?
Он тут же отбросил эту неожиданную мысль, но тут же подумал: а что если? Вдруг этот парень Су Цзиньли и впрямь к нему неравнодушен?
Нет! Хватит включать романтика!
Этот парень просто понял, что не сможет получить от него немедленного согласия, а значит, его план соблазнения провалился, вот он и бесится из-за собственной оплошности.
Хотя сам-то он хорош во всех отношениях, так что его определенно стоит любить.
Задушив в зародыше едва проклюнувшиеся за восемь лет романтические фантазии, Гу Сичжэн с холодным рассудком продолжил ждать собственного падения.
Зимнее солнцестояние — дату действительно легко запомнить, к тому же оно наступит совсем скоро.
Су Цзиньли, в спешке вернувшийся в класс, едва переступил порог и даже не успел дойти до своего места, как его кто-то окликнул:
— Су Цзиньли!
Услышав свое имя, Су Цзиньли машинально обернулся и увидел девушку с едва завитыми длинными волосами, которая с молящим видом держала в руках розово-белый конверт.
— В чем дело?
Су Цзиньли знал эту девушку. Ее звали Юй Сия, она состояла с ним в одной группе на недавней олимпиаде по математике. Собой она была неплоха, вот только с предметами наблюдался небольшой перекос. Точные науки, такие как математика, давались ей отлично, а вот гуманитарные, вроде китайского языка, хромали.
— Говорят, ты сидишь за одной партой с Гу Сичжэном?
Юй Сия смотрела на него с надеждой во взоре, в котором читался даже слабый огонек возбуждения.
— Да, а что? — хотя Су Цзиньли и задал этот вопрос вслух, сам он не сводил глаз с розово-белого конверта, прекрасно понимая, что перед ним — любовное письмо для Гу Сичжэна.
И действительно, в следующее мгновение Юй Сия обеими руками протянула конверт и с некоторой застенчивостью произнесла:
— Не мог бы ты передать это Гу Сичжэну?
— Любовное письмо?
Тон Су Цзиньли был совершенно ровным, но в душе зависть жгла его изнутри и пузырилась. Этот сопляк Гу Сичжэн мало того что учится лучше него, так еще и успехом у противоположного пола пользуется больше!
До чего же бесит!
— Угу.
Юй Сия замерла на секунду и смущенно кивнула.
— А ты совершеннолетняя?
Су Цзиньли посмотрел на губы Юй Сия, ярко покрасневшие от помады, а затем перевел взгляд выше: на черные стрелки, визуально увеличивающие глаза, и толстый слой пудры на лице.
Про себя он подумал, что даже если она несовершеннолетняя, с таким макияжем Гу Сичжэн вполне мог бы поверить, что ей уже есть восемнадцать. Впрочем, насколько он помнил, раньше эта девушка так густо не красилась — неужели сегодня она специально нанесла еще один слой пудры ради встречи с Гу Сичжэном?
— Нет.
От этого вопроса сердце Юй Сия сжалось, но язык опередил мысли. Она с некоторым трепетом посмотрела на Су Цзиньли, смертельно боясь услышать от него строгие нравоучения в духе партийных работников о том, что несовершеннолетним запрещено заводить романтические отношения, и торопливо добавила:
— Но через несколько дней мне уже исполнится восемнадцать.
— Через сколько дней?
В глазах Су Цзиньли мелькнул огонек, и в его голове мгновенно созрел новый план.
— Ровно в зимнее солнцестояние.
Юй Сия закивала, точь-в-точь как цыпленок, клюющий зерна.
И правда, нежданная встреча союзников.
Су Цзиньли мысленно цыкнул языком. Кто бы мог подумать, что они родились с ней в один год, месяц и день? Какое удивительное совпадение.
Раз уж красавица сама идет в руки с уловкой соблазнения, грех этим не воспользоваться.
— Тогда приходи добиваться его после совершеннолетия.
Су Цзиньли со спокойной совести повторил слова Гу Сичжэна. Он решил провернуть подмену понятий и выдать одно за другое — пусть Юй Сия сама попытается завоевать Гу Сичжэна вместо него.
Причина была проста: Гу Сичжэн вел себя слишком заносчиво и вызывающе. Он так доводил Су Цзиньли, что у того зубы сводило от злобы и хотелось вцепиться ему в горло. Но подобное поведение не вязалось с образом холодного и неприступного отличника, поэтому приходилось держать марку.
— А?
Юй Сия опешила от такого ответа, чувствуя себя совершенно потерянной. Что это значит? Выходит, несовершеннолетним нельзя крутить романы?
— Ранняя любовь запрещена.
Су Цзиньли с каменным лицом отклонил просьбу Юй Сия, хотя в душе отчаянно ликовал. Кажется, теперь он начал понимать, почему Гу Сичжэн ведет себя так нагло — говорить с таким безапелляционным видом оказывается невероятно приятно.
Юй Сия вытаращила глаза, превратившись в ходячий знак вопроса. В смысле? Всего-то каких-то несколько дней… На уроки в школу приходить заранее можно, почему же тогда нельзя влюбляться? А, точно, потому что после звонка нельзя раньше времени выходить из класса.
— Придешь ко мне, когда исполнится восемнадцать.
Сказав это, Су Цзиньли задумался, но добавлять три слова я тебе помогу не стал, так как и сам не был уверен, сможет ли хоть чем-то посодействовать.
— …Ладно.
Крепко сжимая любовное письмо, Юй Сия с пустым выражением лица побрела прочь из их класса.
И надо же такому случиться, что в этот самый момент Гу Сичжэн неторопливо поднимался по лестнице и издалека заметил, как Су Цзиньли о чем-то беседует с какой-то девчонкой. Он слегка поджал губы, ощутив нехорошее предчувствие, и ускорил шаг.
Подойдя ближе, Гу Сичжэн отчетливо увидел розово-белый конверт в руках девушки, а также услышал слова Су Цзиньли: придешь ко мне, когда исполнится восемнадцать.
М?
Гу Сичжэн нахмурил свои красивые брови. Почему эта фраза кажется ему до боли знакомой?
От автора:
Несовершеннолетним нельзя крутить романы, в этом плане я полностью понимаю Цзиньцзян (смайлик с собачьей головой.jpg).
Эти несколько дней празднования Нового года выдались жутко хлопотными, но теперь я наконец свободна. Впрочем, праздничные дни еще продолжаются — всех с Новым годом!
http://bllate.org/book/30880/3765273
Готово:
