Глядя на своё осунувшееся лицо с опухшими красными глазами в зеркале, Су Юньсин горько усмехнулась про себя. К счастью, она уволилась, иначе как бы показалась людям в таком виде?
Она смочила полотенце и приложила к глазам, чтобы снять отёк. В голове было совершенно пусто, не хотелось думать ни о чём, но слёзы всё равно предательски катились из уголков глаз.
Прошлой ночей Ци Хуайчжэнь спал в гостевой спальне.
За столько лет брака он впервые спал в гостевой.
Она шмыгнула носом. До этого её жизнь шла так гладко и безмятежно, откуда же ей было знать, что её шаг за шагом затолкнут в безвыходное положение. Ворочаясь с боку на бок всю ночь, она почти не сомкнула глаз, но так и не смогла во всём разобраться.
Худшим исходом был бы только развод. Если они разведутся, что ей делать дальше?
Возможно, всё не так страшно, как ей кажется, но в том, что в его сердце живёт другая женщина, не было никаких сомнений.
Она резким движением сорвала полотенце с лица. Глаза по-прежнему опухли и ныли, влажная чёлка беспорядочно прилипла ко лбу, и сама она выглядела жалко и беспомощно.
Нельзя больше предаваться пустым мыслям. Даже если у него с Сун Цинцзы в прошлом что-то и было, это уже прошлое. Прошлой ночью они просто случайно встретились и перекинулись пара слов, она не должна зацикливаться и загонять себя в угол.
Собравшись с духом, она спустилась вниз. Тётушка Ван испугалась её вида, но в конце концов ничего не сказала. Прошлой ночью, когда супруги уходили, всё было хорошо, а когда вернулись — пойми тут что, один с мрачным лицом, а у другой глаза от слёз покраснели.
Тётушка Ван не впервые видела, как они ссорятся, но жена впервые плакала до такой степени, что глаза распухли. Боялась, она проплакала всю ночь.
Атмосфера в доме царила беспрецедентно давящая, работая, она невольно двигалась тише обычного, страшно боясь потревожить Су Юньсин. Между делом она даже тихонько спросила Лао Чэня, что же всё-таки произошло прошлой ночью. Лао Чэнь тоже ничего не понял и не мог толком ничего объяснить.
Су Юньсин сейчас не нужно было идти на работу, у неё была масса свободного времени, но она не знала, чем заняться. В руках у неё был журнал, но она даже не раскрыла его. Свернувшись калачиком на диване в гостиной, она тупо смотрела на пол, ни о чём не думая, просто неподвижно застыв.
Тётушка Ван бросала на неё украдкой взгляды и только вздыхала. Апатичный вид госпожи был таким, словно из неё вытянули душу.
Неизвестно, сколько времени она просидела вот так неподвижно, когда тишину нарушил звонок мобильного телефона. Мысли Су Юньсин двигались медленно, лишь спустя долгое время она перевела взгляд на телефон и ещё долго смотрела на экран, прежде чем сообразила, что это звонок. Звонила Вэнь Цяо.
Сейчас у неё не было сил ни на что, ей даже не хотелось отвечать на звонок, хотелось просто тихонько сидеть, погрузившись в ступор, а лучше бы превратиться в камень.
Никаких желаний, никаких стремлений, несокрушимая.
Телефон звонил не переставая, и в конце концов она ответила.
Стоило вызову соединиться, как раздался нетерпеливый голос Вэнь Цяо:
— Юньсин, что происходит с этой Сун Цинцзы?
Су Юньсин, до этого находившаяся в каком-то полубессознательном, рассеянном состоянии, при звуках имени Сун Цинцзы встрепенулась и пришла в себя. С чего вдруг даже Вэнь Цяо узнала о Сун Цинцзы?
Вэнь Цяо засыпала её вопросами, словно из пулемёта:
— Ты что, ничего не знаешь? Сегодня везде только и пишут, что о Сун Цинцзы. Кто она такая? Откуда вылезла? И ведь похожа на тебя чем-то.
Су Юньсин оглушил шквал вопросов, она не понимала ни слова из того, что говорила Вэнь Цяо. Что случилось с Сун Цинцзы? Что произошло?
— Ты вообще слушишь? Сун Цинцзы — случайно не брошенный ребёнок твоего никчёмного папаши? — безответственно фантазировала Вэнь Цяо. — Если это действительно так, то в эту сопливую семейную драму Семьи Су можно добавить ещё одну яркую главу.
Конечно, это была лишь шутка. Сейчас индустрия макияжа и пластической хирургии развита прекрасно, и то, что Су Юньсин, как главная богатая матрона высшего света, стала чьим-то шаблоном, было вполне возможно. Начинающие ночки в шоу-бизнесе всегда дебютируют под именем копии кого-нибудь известного, исключительно ради привлечения внимания.
А эта Сун Цинцзы, неизвестно откуда взявшаяся, крутилась именно в шоу-бизнесе!
Словно с неба свалившись в одночасье, она снялась в серии балетных фотосессий, подпись к которым захлёбывалась от похвал, будто автор стремился приписать ей все мыслимые прекрасные эпитеты. Самое главное — она поразительно напоминала лицо богатой матроны, а текст был написан двусмысленно и витиевато, с тщательно выверенным намёком на то, что балетная феечка и титан делового мира Ци Хуайчжэнь знакомы давно.
Так неужели сходство феечки с госпожой Ци — это простая случайность?
Вэнь Цяо аж зубами скрипела от злости: какая бесстыдница! И хайпится, и манипулирует общественным мнением!
Су Юньсин не ожидала, что вчерашнее короткое приветствие раздуют до таких масштабов. Другим казалось, что так называемое внешнее сходство — это просто пиар-ход, но она-то отлично знала: своим статусом госпожи Ци она обязана именно сходству с Сун Цинцзы.
Некоторые вещи было тяжело говорить Вэнь Цяо, да и толку от этих разговоров не было. Поэтому она ответила лишь поверхностно:
— Она старая знакомая Хуайчжэня, только что вернулась из-за границы. Вчера мы случайно встретились и немного поговорили.
— Эти журналисты мастера выворачивать всё наизнанку, пишут, что вы как близнецы — чушь собачья! У этих актрисок на лице штукатурки как краски на стене, чёрт знает, как они выглядят без макияжа. А причёска и платье у тебя были точно такие же, как тут не быть похожей! Я подозреваю, что она заранее подготовилась и решила пропиариться за твой счёт!
Су Юньсин горько усмехнулась: предположение Вэнь Цяо было абсолютно исключено. Её платье и образ выбирал сам Ци Хуайчжэнь, где бы Сун Цинцзы могла узнать детали? Можно было лишь сказать, что Ци Хуайчжэнь слишком хорошо знал её вкусы, и они оба независимо друг от друга сделали одинаковый выбор.
При этой мысли у неё на душе стало ещё тяжелее, и она заставила себя взять в руки:
— Подобные статьи — лишь способ привлечь внимание, посмотреть и забыть.
— Я понимаю, просто противно на это смотреть. Я же предупреждаю, чтобы ты была начеку! Некоторые люди потеряли всякий стыд, распробовав лёгкий успех, они могут пойти дальше. Подумай сама: кто-то каждый день красится под твоё лицо, в каждой статье упоминают твоё имя, то и дело намекают, что она знакома с твоим мужем — до чего же мерзко!
Чем больше Су Юньсин слушала, тем паршивее у неё на душе скребли кошки, и она сухо поблагодарила Вэнь Цяо за заботу. Вэнь Цяо желала ей добра, но реальность была совсем не такой.
http://bllate.org/book/30853/3761814
Готово:
