Сун Фань протянул Котенку Водопроводному крану ручку: — Ну, мы тогда пошли.
— Идите, идите.
Сун Фань обратился к Тан Жаню: — Пойдёшь ко мне в общежитие мыться? Переоденешься в чистое, ты же не можешь заявиться домой в таком виде?
— Ага, давай, — поддержал Цяо Хунсин. — Заодно посмотришь, как на самом деле выглядит мужское общежитие, а то вокруг одни слухи.
Тан Жань дёргал за край прилипшей к телу одежды: — Ладно.
Стоило распахнуть коричневую дверь комнаты 205, как в лицо повеяло лёгким ароматом свежести. Внутри всё было безупречно аккуратно: ровно расставленные книги, застеленные постели, предметы обихода и… имелся даже совершенно особый столик, уставленный множеством пузырьков и баночек с косметикой разного размера.
— У вас в общежитии живут девчонки? — Тан Жань уставился на столик с уходовой косметикой. — Разве совместное проживание парней и девушек — это не слишком передово?
— Да нет, это стол Хунсина, — с улыбкой пояснил Хэ Чэньхао. — Не ожидал?
Тан Жань перевёл взгляд со столика на парня: — И впрямь не ожидал.
— Мама говорила, что лицо — это самое ценное, что есть у мужчины, — Цяо Хунсин потрогал свою гладкую, мягкую кожу. — Я так о нём забочусь, как думаете, не приближает ли это меня к сладкой любви?
— Если ты ещё и оценки свои подтянешь, пожалуй, приблизит? — Сун Фань открыл шкаф, достал комплект чистой одежды и протянул Тан Жаню. — Как раз твои вещи нашлись, ванная на балконе.
— Спасибо, — Тан Жань взял одежду и скрылся на балконе.
Цяо Хунсин с жалобным воем сполз по спинке стула: — Убейте меня лучше, обойтись без последнего места в классе — я уже выложился на все сто.
— Хватит об этом думах, — Хэ Чэньхао достал телефон. — Заходим в игру, заходим! Брат Фань, ты с нами?
— С вами.
Звуки льющейся в ванной воды стихли как раз тогда, когда они одержали победу в матче под назойливое жужжание.
Чистые капли воды скатывались с груди прямо на пол. Тан Жань не нашёл полотенца, чтобы вытереться, и крикнул: — Ребята, у кого есть лишнее полотенце, одолжите?
— Возьми моё, — Сун Фань отложил телефон, шагнул на балкон, снял с верёвки с помощью шеста полотенце, отложил шест в сторону и постучал костяшками пальцев в дверь ванной. — Доставка полотенец прибыла.
Дверь приоткрылась на пару сантиметров, и в нос Сун Фаню ударила влажная волна горячего пара вперемешку с тонким ароматом геля для душа. Затем наружу высунулась рука, белая как корень лотоса, и её владелец, раскрыв ладонь, стал чего-то ждать.
— И впрямь белая. Разве на такой белизне не остаются следы от малейшего прикосновения? — Сун Фань вложил полотенце в протянутую руку.
Рука цвета лотоса тут же скрылась внутри, и Тан Жань отозвался: — Никогда не замечал. Хочешь такой же оттенок кожи? Просиди дома целый год — и у тебя получится.
— Просижу год — и точно свихнуся. Кстати, тебе только что звонили на телефон.
— Я сейчас выйду.
Вышедший из ванной Тан Жань выглядел свежим и бодрым. Он подошёл к раковине, открыл кран, тщательно выстирал использованное полотенце, отжал и аккуратно повесил на нижнюю верёвку сушиться. После этого он зашёл в комнату и взял со стола телефон, чтобы проверить сообщения.
— Полотенце я постирал, — Тан Жань запихнул влажную одежду в нераспечатанный пакет для мусора. — Я побежал, младшая сестра уже требует вкусняшек, до завтра.
— До завтра, — вразнобой отозвались трое.
Автобус прибыл на остановку. Тан Жань вышел: в левой руке — одежда, в правой — пакет со сладостями. Закинув пакет с вещами на локоть, он на ходу распечатал сосательное желе и принялся его есть.
Пройдя ещё немного, он услышал впереди знакомый голос.
— Дядя, эти пять ящиков все ваши? Похоже, в этом году урожай на славу уродился, давайте я помогу вам донести их до тележки.
— Не надо, твой дядя ещё не старик, эта мелочь — сущий пустяк, — Тан Синли согнулся и поднял один ящик. — Иди займись своими делами, там ещё столько людей ждут, чтобы забрать вещи.
— Ну ладно, тогда я побежал.
— Пап? — Тан Жань выбросил пустую упаковку от желе в урну и направился к трёхколёсному велосипеду. — Пакеты для плодов уже привезли?
— А, это ты со школы? Да, персики растут всё больше, пора их защищать, — взгляд Тан Синли скользнул по одежде сына. — Погоди-ка, а ты утром разве в этом был?
— В школе кран сломало, меня всего окатило, школьная форма насквозь вымокла, пришлось одалживать душ в общежитии у друга.
В общежитии? Лицо Тан Синли просветлело: — И славно, что сломался! тьфу ты, то есть, как тебе вообще школьное общежитие?
— Нормально, там уютно и шумно.
— То есть тебе понравилось? — Тан Синли мгновенно наполнился силами и стал споро перегружать ящики один за другим.
— Ага.
Тан Жань сложил принесённые с собой вещи в кузов трёхколёсника и уже было наклонился, чтобы подхватить ящик, но Тан Синли тут же запротестовал: — Залезай на сиденье, твой отец ещё не настолько слаб, чтобы ты тут надрывался.
— Ладно, — Тан Жань забрался на трёхколёсный велосипед и устроился прямо на ящиках. — Старик Тан, давай поднажми!
Последний ящик занял своё место, Тан Синли уселся за руль и повернул ключ зажигания: — Держись крепче, едем домой!
В ушах засвистел прохладный ветер, и Тан Жань, прильнув к спине отца, крикнул: — Только давай договоримся: в такую жару не горбись тут в одиночку! Выбирай время по прохладнее, а на выходных я позову Мэнхао и Сяохуа, вдвоём-то дело быстрее пойдёт!
— Ладно-ладно, твой папа очень послушный.
После заливистого школьного звонка у учеников начиналось свободное время, и они, подобно дикому зверью, бросились во все концы кампуса.
Тёльный верок шевелил изнывающие от зноя скрученные листья на деревьях.
Сун Фань похлопал себя по карману: — Погнали на секретную базу.
Заметив, что тот меняет направление едва ли не на ходу, Тан Жань поинтересовался: — Что у тебя там в кармане такого ценного?
— Сигареты, будешь?
— И ты ещё говоришь, что это я смелый? Если покурить, от нас потом целый час разить будет!
— Без подстраховки никто в школе курить не осмелится. На нашей базе у меня припасены духи, в прошлый раз ты меня сбил с толку, и я забыл ими брызнуть, хорошо хоть в обед ходил за территорию поесть, так что весь запах выветрился.
Цяо Хунсин добавил: — Если у тебя есть вещи, которые никому нельзя показывать, прячь их там — стопроцентная гарантия безопасности.
Тан Жань призадумался: — У меня вроде таких нет.
Сун Фань хмыкнул: — Серьёзно? А твои прошлые боевые трофеи до сих пор валяются на полу секретной базы.
— Какого чёрта! — Хэ Чэньхао резко замер на месте. — …Мы всё ещё туда идём?
Забор старого здания цеплялась чья-то рука, на тыльной стороне ладони вздулись вены. Парень в красно-белой школьной форме уселся прямо на кирпичной кладке, а ожидавшая внизу девушка подняла на него глаза, полные застенчивости и тревоги.
Сидящий на стене юноша произнес: — Чжэньчжэнь, отойди чуть назад, я сейчас спрыгну к тебе.
Цзи Чжэньчжэнь послушно отступила на шаг, продолжая тревожно смотреть на него: — Лю Ян, аккуратнее.
— Пустяки, я же скоро тебя обниму. — Движения Лю Яна были донельзя отработанными, казалось, они проделывали это далеко не впервые.
Спрыгнув со стены, он уверенно встал на ноги и широко раскинул руки: — Иди сюда, мне скоро возвращаться в школу.
Цзи Чжэньчжэнь покраснела, опустила голову и, сделав пару шагов, уткнулась ему в грудь.
Лю Ян крепче обнял её, прижимая к себе: — Я так скучал по тебе. А ты?
Цзи Чжэньчжэнь тихонько смущенно угукнула.
— Тогда… — Лю Ян наклонил голову в поисках её губ, но в самый последний момент замер. — Можно?
Засмущавшаяся Цзи Чжэньчжэнь набралась храбрости: — Сколько раз уже целовались, к чему теперь…
Последний слог утонул в поцелуе, которым Лю Ян прервал её слова.
— Какого чёрта!… Мы всё ещё туда идём?
Цзи Чжэньчжэнь испуганно оттолкнула парня. Танюша оглянулся через плечо и мягко похлопал её по спине: — Не бойся, это просто ученики.
Девушка тоже обернулась и, узнав в незваных гостях одноклассников, залилась краской ещё сильнее: — Вы… вы же не встретили по дороге завуча Чжэна?
Лю Ян заметил, с какой привычной легкостью она задала этот вопрос: — Знакомые?
— Угу.
— Нет, староста класса по математике, можете продолжать свидание, — подмигнул Цяо Хунсин. — Только освободите нам проход, ладно?
Лицо Цзи Чжэньчжэнь раскраснелось так, будто готово было вспыхнуть: — Не нужно, ему и правда пора возвращаться. Ведь так, Лю Ян?
Заметив, что она готова сквозь землю провалиться от стыда, парень вздохнул: — Да, мне пора. Значит, завтра в то же время?
Не глядя на него, Цзи Чжэньчжэнь быстро закивала.
Проводив взглядом перемахивающего через забор парня, она торопливо бросила: — Я на зарядку, а вы развлекайтесь!
— До чего же сильна сила любви, — внезапно изрёк философски Тан Жань.
— Будь у меня девушка, я бы тоже на такое подписался, — с завистью протянул Хэ Чэньхао.
— Сначала найди её, а потом говори, — Сун Фань шагнул вперёд. — Пошли, если поторопимся, еще успеем посидеть.
На уроке географии учитель самозабвенно распинался у доски, а сидевший за партой Тан Жань, казалось, полностью потерял контроль над собственным телом — его голова клевала носом всё ниже и ниже с каждым разом.
Сун Фань шёпотом предложил: — Хочешь спать — вздремни, я покараулю учителя.
Тан Жань помотал головой: — Нельзя, если усну сейчас, вечером снова увязну в играх допоздна. Лучше ущипни меня крепко, я совсем разомлел, сил нет.
— Ну нет, я слишком дорожу своими младшими, — Сун Фань развернул тетрадь. — Давай лучше в гомку сыграем? Пока будем резаться, сон как рукой снимет.
Он ещё не успел договорить заветное слово, как телефон в кармане коротко вибрировал. Тан Жань вытащил его, разблокировал экран и зашел в WeChat. Прикрывшись от учительских глаз стопкой учебников, он безмятежно положил смартфон прямо на парню.
Лю Мэнхао изливал душу в голосовых: Я в полном ауте! Какого чёрта она крутит роман, а бегать поручениями заставляют меня? Ты знаешь вообще, каково это — объедаться чужой романтической романтики до тошноты?
Тан Жань, у которого в голове всё ещё стоял туман, лениво напечатал в ответ: Кто?
Лю Мэнхао: А кто ещё может быть? Чэнь Сяохуа в последние дни вечно где-то пропадает вместо того, чтобы обедать с нами — бегает к своему ненаглядному. С какой стати её любовь должна оборачиваться для меня бесплатной службой доставки?
Сидящий с опущенной головой Тан Жань прищурился, вчитываясь в строчки. Его ослабшие пальцы с трудом попадали по буквам на экране. Он даже не успел дописать мысль до конца, как остатки бодрствования окончательно уплыли куда-то к Нефритовому Владыке.
Сун Фань, не сводивший с него глаз, чуть заметно улыбнулся. Полуденное солнце пробивалось сквозь оконное стекло, любовно лаская лицо спящего парня. Крошечная чёрная мурашка-родинка у него на щеке отчетливо выделялась в золотистом сиянии лучей.
Сун Фань бросил быстрый взгляд на преподавателя и, убедившись, что тот занят своими делами, проворно взял книгу, вытянул руку через парту Тан Жань и поставил её ребром на самый край подоконника. Плотные страницы надежно заслонили соседа от лучей солнца.
http://bllate.org/book/30794/3755103
Готово:
