Он ещё не додумался ни до какого ответа, да и холод не заставил его спасаться бегством в дом. Раздался щелчок входной двери отдельной виллы. Линь И даже поленился встать, лишь перевёл взгляд и кое-как разглядел в сгущающейся темноте мужчину, который втаскивал во двор чемодан.
— Сяо Цзян, в этом году ты что-то так рано вернулся, — хозяйка дома услышала звук открывающейся двери и вышла в прихожую, её голос был полон радости.
Опять Цзян? — подумал Линь И. — Почему в последнее время ему повсюду попадаются эти Цзяны? Он ведь сейчас в Жунчэне, а не в родном Жунчэне, верно? Неужели и здесь есть Санцзянькоу?
Мужчина с чемоданом прямиком направился в виллу, и вскоре из глубины дома донеслись голоса трёх человек, беседующих друг с другом. Из-за расстояния было не разобрать слов, судя по всему, обычная семейная болтовня.
Линь И посмотрел на звёзды в небе и вытащил телефон, пытаясь сделать снимок. Он не силён в фотографии, и больше всего в его памяти телефона хранились макроснимки образцов, сделанные во время работы — главное, чтобы было чётко видно.
Но сейчас, столкнувшись с мерцающими звёздами, Линь И действительно растерялся.
— Хочешь сфотографировать звёзды? Нужно зайти в профессиональный режим и настроить параметры.
Линь И хмыкнул и открыл профессиональный режим. Стоило отдать должное профессиональному режиму: все эти ослепительные параметры обозначались сплошными специальными терминами. Он попробовал покрутить пару ползунков, глядя на совершенно не изменившуюся картинку, и без лишних раздумий сдался.
— Помочь тебе?
Линь И отвёл взгляд от экрана. Тот самый Сяо Цзян притащил из сада ещё один шезлонг, поставил рядом с его креслом и теперь укладывался бок о бок с ним.
— Ты фотограф? — Линь И протянул телефон Сяо Цзяну и, глядя, как тот уверенно и ловко настраивает параметры, невольно подумал о здешней вилле его родителей: фотографом и впрямь может стать только ребёнок из обеспеченной семьи.
— Нет, просто работа обязывает, немного разбираюсь. — Настроив параметры и сделав снимок ночного неба, который показался ему вполне удачным, Сяо Цзян вернул телефон Линь И.
Линь И попробовал сам сделать пару кадров. Возможно, дело было в том, что у людей, задирающих головы к небу с одной и той же точки, не так уж много вариантов ракурса, но, получив в своё распоряжение правильные настройки, Линь И к собственному удивлению тоже сумел сделать неплохие фотографии.
— Спасибо. — Линь И убрал телефон. Провозившись со смартфоном столько времени на холодном зимнем ветру, он наконец почувствовал, что ледяной сквозняк скоро окончательно выгонит его из сада.
— Мама говорит, ты приехал в Жунчэн один отдохнуть.
Отправляться в одиночное путешествие на новогодние праздники — верный способ навлечь на себя подобные вопросы. Линь И зевнул:
— В основном ради еды. Холодно, захотелось горячего хот-дота. Можешь что-нибудь посоветовать?
— Хм… Тут их довольно много. Скинуть тебе подборку? — Сяо Цзян открыл свой QR-код и протянул телефон прямо перед Линь И.
Линь И повернулся, чтобы получше рассмотреть Сяо Цзяна, и с удивлением заметил, что у парня красивые и мужественные черты лица. Навалившаяся было дремота мгновенно улетучилась, и его внезапно осенило: голос Сяо Цзяна казался странно знакомым. Нехорошее предчувствие шевельнулось в груди.
Раздался короткий писк сканируемого кода, на экране высветилась аватарка с Дуцзянъянем, и запоздалое предчувствие Линь И тут же подтвердилось.
Они молча посидели, глядя друг на друга на экране уже добавленных в контакты пользователей, после чего Линь И тяжело вздохнул.
— Давай до конца каникул не будем касаться работы, ладно?
Глава 2
Линь И поискал в интернете: не то чтобы он был невеждой, просто Янь Рухай вовсе не числился в списках звёзд первой величины.
Янь Рухай получил профессиональное актёрское образование, и ещё во время учебы начал сниматься в эпизодических ролях. Он переиграл во всевозможных массовках — от исторических до современных драм, от производственных сюжетов до фэнтези. Благодаря своей благородной и мужественной внешности ему неизменно доставались положительные роли второго плана.
В сфере развлечений, где артисты неустанно соперничают за яркость образов, внешность Янь Рухая не назвать ослепительной, а амплуа были лишены резких контрастов, поэтому неудивительно, что привлечь к себе внимание оказалось непросто.
И отлично, с таким человеком должно быть легко в общении.
Линь И получил от Янь Рухая список ресторанных рекомендаций, сверил их с картой и собственным планом, составленным ещё до поездки, и принялся заново выстраивать маршрут.
Жунчэн полностью оправдывал репутацию города, славящегося гастрономией. Глядя на бесконечный чередой тянущиеся хвалебные отзывы, Линь И не хотел вычёркивать ни единого заведения, с досадой понимая, что четырёх дней на всё про всё явно мало — просто не осилить.
На следующий день, собираясь на выход, Линь И столкнулся с Янь Рухаем, который как раз возвращался с утренней пробежки.
Он, кажется, чуть ниже его ростом. Взгляд Линь И упал на влажные от пота прядки волос Янь Рухая. Вчера в темноте на шезлонге он не обратил внимания, а сейчас машинально принялся сравнивать их рост.
Как же тяжело приходится актёрам: даже в такую стужу они вынуждены упорно тренироваться, чтобы поддерживать форму.
— Линь-сюн, вы куда-то собираетесь? — Янь Рухай приподнял бровь, и вид у него был ещё более удивлённый, чем у Линь И.
— Да, боюсь, за четыре дня не успею перепробовать всё, что планировал, поэтому выйду пораньше, чтобы начать штурм.
— Рано ведь, даже яичные блинчики ещё не открылись. — Янь Рухай выловил из кастрюли пару небольших картофелин, поставил тарелку с тушёной говядиной на стол и произнёс: — Если не возражаете, перекусите немного дома. А я сперва умоюсь.
Название «яичные блинчики» звучало как типичный завтрак, и неужели они закрыты? Линь И проверил часы работы лишь для основных приёмов пищи, а про такую мелочь совсем не подумал. Стоило ему сесть за поиск, как выяснилось, что он едва не поехал зря.
Кто бы мог подумать, что первым приёмом пищи станет спортивный перекус. Картофель и говядина, сваренные на пустой воде, вряд ли покажутся изысканными при любой готовке, но продукты Янь Рухай подобрал качественные, так что Линь И капризничать не стал.
Янь Рухай двигался быстро: не успел Линь И доесть одну картофелину, как тот уже накинул на плечи верхнюю одежду и устроился за столом.
— Я знал только, что хот-доты и шашлычки на ночных рынках работают по вечерам, но никак не ожидал, что по утрам здесь вообще трудно найти еду.
— В котловине сырой и мрачный климат, и зимним утром большинству людей просто не хочется лишний раз шевелиться. — Янь Рухай налил два стакана молока и подвинул один из них Линь И. — Завтрак входит в стоимость проживания, так что не стесняйтесь.
— У вашей семьи прекрасные условия, почему вы решили открыть мини-гостиницу прямо здесь? — Сначала Линь И думал, что хозяйка — одинокая пожилая женщина, но судя по вчерашнему дню, семья Янь вовсе не испытывала нужды ни в деньгах, ни в недостатке внимания.
— Моя мама любит слушать чужие истории. Она считает, что у каждого человека в этом мире припасена своя повесть, особенно у молодёжи, которая постоянно путешествует и любит открывать новое. В тумбочке у вашей кровати лежит гостевая книга, там записаны истории, которые другие постояльцы оставляли по собственной воле. Линь-сюн, если вам интересно, можете почитать.
Какая утончённая жизнь. Линь И с улыбкой сменил тему:
— Когда я бывал в Цзянсу и Чжэцзяне, мне казалось, что у тамошних жителей почти нет ночной жизни: едва затягивало за десять часов вечера, город полностью затихал. Бассейн реки Янцзы прорезает всю страну с запада на восток, а какая всё-таки разница в укладе жизни.
— Линь-сюн меняет места отдыха во время каждого отпуска?
— Ага, слишком многое хочется испытать, а времени вечно не хватает. — Линь И дожевал говядину, допил молоко и, решив, что наелся, подпер подбородок рукой и уставился на Янь Рухая. — Янь Рухай, ты часом не только что со съёмок исторической драмы про эпоху Республики? То и дело норовишь назвать меня господином. Зови меня просто по имени.
Янь Рухай на мгновение замер, услышав это, а затем не удержался от смеха:
— Хорошо, Линь И.
Линь И поправил очки и выпрямился:
— Постой, а Янь Рухай — это ведь наверняка твой сценический псевдоним? А как твоё настоящие имя, Янь Цзян?
— Если бы я был «лавой», то давно бы уже воспламенился. — Янь Рухай выдал горяченькую несмешную шутку. — Переживаешь, что не успеешь всё попробовать за четыре дня? Хочешь, помогу осилить?
Линь И отлично понимал, что в таких гастрономических рейдах компания напарника гораздо лучше одиночества.
— А тебе разве не нужно поддерживать форму? — Если Янь Рухай действительно пройдётся и напробуется всего вместе с Линь И за четыре дня, все его месячные тренировки пойдут насмарку.
— Занятия фитнесом нужны как раз для того, чтобы лучше наслаждаться едой. — Янь Рухай говорил с абсолютно невозмутимым лицом и твёрдым выражением, будто речь шла не об обыкновенном чревоугодии, а об высоких идеалах и вере.
Счастливые мгновения всегда пролетают быстро. Линь И ещё не успел вдоволь наесться жунчэнских свежих побегов бамбука, как отпуск незаметно подошёл к концу, и он снова вернулся в Жунчэн.
Как только они закончат первый после праздников комплексный синтез, он непременно побалует себя морепродуктами.
К удивлению Линь И, двое сотрудников проявили поистине выдающееся рвение к труду: в первый же рабочий день они явились раньше него самого.
Младшая сокурсница Линь И и Янь Рухай стояли у дверей лаборатории и таращились друг на друга во все глаза — на двоих у них не нашлось ни единого ключа.
— Сначала идём в кабинет. — Линь И поманил обоих рукой, и сокурсница словно сбежала, стремительно шмыгнув за его спину.
Линь И бросил косой взгляд на напряжённую девушку, а затем перевёл его на сохраняющего невозмутимость Янь Рухая, который следовал за ним по пятам до самого рабочего места. Поразмыслив пару секунд, он первым делом обратился к Янь Рухаю:
— У тебя же нет электронной карты-пропуска, как ты вообще сюда попал?
— Я пришёл пораньше, случайно встретил твою коллегу и зашёл вместе с ней. — Янь Рухай с совершенно озадаченным видом пересказал свой утренний маршрут.
Коллегу… ну ладно.
Линь И вздохнул:
— Это моя сокурсница, она ещё студентка, характер у неё робкий.
Трудно было сказать, насколько сокурсница робкая на самом деле, но в мыслях она наверняка рисовала куда больше образов, чем показывала внешне — скорее всего, просто зажалась, увидев симпатичную внешность Янь Рухая. Линь И поленился вдаваться в объяснения: в конце концов, Янь Рухай пришёл сюда лишь для того, чтобы понаблюдать и научиться изображать научного сотрудника, ему вовсе не обязательно знать все подробности.
— Честно говоря, мне ещё не доводилось видеть научно-фантастических произведений, где химические элементы были бы показаны толково. Физику, механику и компьютеры легко наполнить технологичным антуражем, биология позволяет объединить природу и технологии, а химия чуть зазевайся — и превращается в сплошное фэнтези. Если в просмотренных мной фантастических сюжетах и задействовали материаловедение, то в подавляющем большинстве случаев придумывали новые наноструктуры или вовсе вымышленные элементы из головы. Я искренне восхищаюсь вашим режиссером за попытку внедрить концепцию структурной химии.
— Идеальный катализатор способен сократить реакцию, на которую в теории ушли бы десятки тысяч лет, до каких-то неполных часах. Подобное чудо — вовсе не временная магия, а самый настоящий триумф химической науки, и режиссер страстно желает показать это будущее с научной точки зрения.
В этом и заключался идеал каталитической химии. Линь И остановил стучащие по клавиатуре пальцы, поднял глаза и посмотрел на Янь Рухая, который прислонился к перегородке его рабочего стола:
— В старшей школе ты учился по естественнонаучному профилю?
Янь Рухай кивнул:
— В школе я уделял мало внимания учёбе, но в последнее время экстренно подтянул научно-популярные материалы.
Точь-в-точь как предполагал Линь И, к работе Янь Рухай подходил предельно серьёзно. Линь И сохранил файл, поднялся с места, зачерпнул пару лабораторных халатов и бросил один из них Янь Рухаю:
— Пойдём, я покажу базовые операции, а ты попробуешь повторить.
Линь И извлёк пачку одноразовых латексных перчаток и, натягивая их, с какой-то странной улыбкой произнёс:
— Если в ходе эксперимента приходится соприкасаться с вредными для организма веществами, обязательно надевайте одноразовые перчатки. И снимайте их руками, а не зубами.
Это была несмешная шутка, но в голове мгновенно всплыла именно такая рисовка позёрства, и Янь Рухай невольно улыбнулся в ответ.
Янь Рухай действительно оказался профессиональным актёром до мозга костей: схватывал движения на лету, стоило Линь И показать всё лишь раз, как он повторил почти безошибочно.
— Не нужно так осторожно совершать встряхивание, работай запястьем.
Только отдельные движения выглядели несколько странновато. Линь И заметил, как Янь Рухай, словно застенчивая молодая жена, кончиками пальцев придерживает горлышко колбы и едва заметно покачивает её, и, не задумываясь, перехватил его ладонь, заставляя работать запястьем энергичнее. Деионизированная вода, заготовленная для тренировок, тут же закрутилась внутри конической колбы в тугой воронку.
http://bllate.org/book/30753/3750235
Готово:
