Она склонила голову, прикидывая время:
— С восьми утра до четырёх дня, плюс выходные. Что до оплаты…
Цзинь Юй задумалась, затем кивнула в сторону Чэнь Цина:
— Возьмём его ставку. Как вам такое предложение?
По её лицу так и читалось: «Я уже и так сильно скинула цену — соглашайтесь скорее!»
У Чэнь Цина чуть нос не перекосило от возмущения, и он уже открыл рот, чтобы возразить.
Но тут заговорил его босс, медленно и чётко:
— Нет.
Чэнь Цин обрадовался: ха! Получила по заслугам!
Цзинь Юй осталась в прежней позе, не шелохнувшись.
Цзян Юйтао взял с подлокотника инвалидного кресла полотенце и начал вытирать с себя капли воды:
— Ты так красива — как можешь заниматься такой грубой работой, которой обычно гоняются только вонючие мужланы?
При этом он бросил взгляд на Чэнь Цина.
— А?!
Радость Чэнь Цина застыла на лице. «Босс, да вы хоть совесть имейте! Я же принимаю душ дважды в день и чищу зубы три раза! Где я тут вонючий?!»
— Хм?
Цзинь Юй кивнула, давая понять, что ждёт продолжения.
Цзян Юйтао не заставил себя ждать и ткнул пальцем ей за спину:
— Если тебе срочно нужна работа, посмотри-ка туда. Там как раз подвернулась возможность.
— ?
Цзинь Юй послушно обернулась и увидела стоящего прямо за ней толстяка, который даже в зимнюю стужу расстегнул халат и с восторгом глазел на неё.
Она моргнула:
— Вы кто?
— О! Меня зовут Цинь!
Толстяк поспешно шагнул вперёд и протянул визитку, которую уже давно держал наготове:
— Неужели это вы, госпожа, только что усмирили хулигана и спасли меня, беднягу, от неминуемой беды?
Цинь-толстяк так вычурно изъяснялся, что у Цзинь Юй нахмурились брови. Она махнула рукой, отказываясь брать карточку:
— Да, это я разобралась с тем скандалистом. Так вы тоже ищете телохранителя?
Слово «тоже» снова заставило Чэнь Цина почернеть от злости. Ему очень хотелось схватить её за воротник и заорать: «Я не телохранитель! Не телохранитель! Не телохранитель!»
Но, вспомнив, как ловко она пнула хулигана, он вдруг почувствовал лёгкую дрожь в коленях и остался на месте.
Цзинь Юй не взяла визитку, но Цинь и не убирал руку, держа карточку так, будто это драгоценный цветок:
— Ой, нет-нет-нет!
Он начал было «ой», но, заметив раздражение на лице Цзинь Юй, быстро исправился:
— У меня тут снимается фильм, не хватает одной убийцы. Не хотите попробовать?
— А, вы снимаете кино.
Цзинь Юй кивнула, оглядывая связанных по рукам и ногам хулиганов и того самого мужчину, которого облили маслом:
— Но какое вы имеете отношение ко всему этому?
На пухлом лице Циня появилась улыбка, от которой его и без того маленькие глазки превратились в щёлочки. Он гордо выпятил живот:
— Скромно говоря… я владелец этого спа-курорта. А теперь решил осваивать кинематограф. Как вам такое предложение, госпожа Цзинь?
Цзинь Юй немного опешила.
Перед ней стоял человек, выглядевший крайне ненадёжно. По правде говоря, она не горела желанием соглашаться.
Но тут она вспомнила про двух своих малышей, которые, наверняка, сейчас весело резвятся в бане, и про свой почти пустой банковский счёт. Слово «нет» уже подступило к горлу, но так и не вырвалось наружу.
Изначально она хотела предложить Цзян Юйтао свои услуги телохранителя потому, что он действительно нуждался в защите, да и его уровень силы внушал доверие — работать с ним казалось выгодным выбором.
Но её предложение отвергли!
Неужели из-за графика?
От этой мысли в груди стало тесно и обидно.
Если бы она была ещё на Цзяо Минсине…
Мысль не успела завершиться, как в голове раздался голос искусственного интеллекта:
[Дружеское напоминание: вы больше не на Цзяо Минсине и уже не та уважаемая всеми генерал Цзинь. Кроме того, настоятельно рекомендую серьёзно рассмотреть предложение Циня-толстяка.]
— Ой! Да ты испортился!
Цзинь Юй тут же сбила фокус:
— Разве можно так просто давать людям прозвища!
Голос искусственного интеллекта остался бесстрастным:
[Давать прозвища — ваша давняя привычка. «Цинь-толстяк» — его настоящее имя. Оно написано на визитке, просто вы не обратили внимания.]
— …
Цзинь Юй почувствовала, как её лицо залилось краской от стыда — её собственный ИИ так откровенно раскусил её характер.
— Ты, большой кругляш, не смей так говорить! Хотя… у тебя теперь и нет головы, только кружок. Верно ведь, мой маленький Кружок?
Искусственный интеллект, которого она окрестила «маленьким Кружком», остался безэмоциональным:
[Этот «кружок» вы сами навязали моей системе. Я не против избавиться от него. Кстати, дружеское напоминание: обручальное кольцо изготовлено из обычного материала. Большой взрыв и последующий прорыв сквозь границы миров серьёзно повредили его. Если сейчас отделить кольцо от моей системы, оно обратится в прах.]
Цзинь Юй стала ещё злее:
— Так я же могу защитить его своей психической энергией!
Маленький Кружок невозмутимо продолжил:
[Ваша психическая энергия ещё не синхронизирована с этим миром. Из десяти возможных единиц силы вы можете использовать не больше одной. Кроме того, ваши раны ещё не зажили. С учётом всего вышеперечисленного, работа телохранителем — не лучший для вас выбор.]
— …
Ладно, раз ты такой бесчувственный — значит, прав!
Цзинь Юй глубоко вдохнула и трижды повторила про себя: «Это единственное, что у меня осталось… единственное… единственное…», чтобы сдержать желание вытащить ИИ из головы и хорошенько отлупить.
Затем она перевела взгляд на стоящего перед ней Циня-толстяка:
— Сниматься в кино — можно. Только моё расписание всё равно…
Она не договорила — Цинь-толстяк перебил её:
— Рабочие дни с восьми утра до четырёх дня, выходные — свободны! Подходит!
— ?!
Цзинь Юй остолбенела.
Такой мягкий и свободный график?
Этот человек точно из киноиндустрии?
И почему он так рвётся заполучить именно меня? Выглядит крайне подозрительно!
Неужели это какая-то финансовая пирамида?!
Автор добавляет:
Чэнь Цин с холодным выражением лица произнёс:
— Сегодня я наконец-то получил имя… хоть и с поломками.
Благодарности за поддержку:
Нань Ай — 1 флакон питательной жидкости.
Огромное спасибо всем за поддержку! Буду и дальше стараться! Целую!
Увидев, что Цзинь Юй собирается уходить, Цинь-толстяк в панике принялся умолять её хотя бы взглянуть на сценарий.
Чтение сценария — дело не на пять минут, поэтому Цзинь Юй попрощалась с Цзян Юйтао:
— Господин Цзян, вы точно не хотите нанять ещё одного телохранителя? Цена уже очень выгодная, честно!
Произнося слово «цена», она невольно бросила взгляд в сторону Чэнь Цина.
Чэнь Цин пробурчал:
— Я — консультант по безопасности.
Цзян Юйтао улыбнулся:
— Не нужно. Чэнь Цин отлично справляется.
Чэнь Цин… Чэнь Цин вдруг почувствовал прилив благодарности и чуть не расплакался от радости.
— Цц…
Цзинь Юй недовольно скривилась и развела руками:
— Тогда вы много потеряете.
Несмотря на всю сложность и противоречивость своих чувств, Цзян Юйтао не удержался от улыбки, увидев её выражение лица:
— Надеюсь, мне не придётся об этом жалеть.
Цзинь Юй пожала плечами, будто говоря: «Это уже ваши проблемы», и легко удалилась.
Цинь-толстяк поспешил за ней, на прощание кивнув Цзян Юйтао.
Тот опустил глаза и стал разглядывать линии на своей ладони, не отвечая.
Вернувшись в баню, Цзинь Юй увидела, что её малыши по-прежнему весело играют, ничего не подозревая о недавнем переполохе.
Цинь-толстяк, хоть и был готов к такому повороту, всё же на мгновение застыл, с трудом подавив желание броситься к Цзян Юйтао и потребовать объяснений.
Юньдуо радостно закричала и бросилась к маме.
Но, заметив следующего за ней Циня-толстяка, резко остановилась и с недоумением спросила:
— Мама?
— О, какие милые малыши!
Цинь-толстяк, как и полагалось его внешности, оказался очень общительным и добродушным. Он тут же обратился к брату и сестре:
— Ну-ка, зовите дядю Циня! У меня для вас конфеты!
С этими словами он полез в карманы, но вспомнил, что пришёл в спешке и ничего с собой не взял. Тогда он нажал на кнопку вызова персонала у стены:
— Принесите детям сладостей и закусок! И за сегодняшний день всё в семейной бане на третьем этаже — за счёт заведения для госпожи Цзинь!
До того как войти сюда, Цзинь Юй уже смыла с себя масло в душевой, поэтому малыши ничего не заподозрили.
Однако присутствие незнакомца их насторожило. Особенно Цзинь Юнь — он плотнее прижался к маме и крепко сжал край её полотенца, не произнося ни слова.
Увидев выражение лица сына, Цзинь Юй усмехнулась и ласково потрепала его по носу:
— Боишься, что я отдам тебя этому дяде? Не бойся, он слишком толстый — я бы никогда не отдала тебя такому.
Цзинь Юнь:
— …
Цинь-толстяк:
— …Эй! Так обращаются к будущему продюсеру?!
— Продюсер?
Цзинь Юй усмехнулась и указала сначала на него, потом на себя:
— Вы что-то путаете. Это вы просите меня рассмотреть ваше предложение, а не наоборот.
Она и сама не знала почему, но, глядя на Циня-толстяка, она вдруг вспомнила своего заместителя с Цзяо Минсина и захотела его подразнить.
Цинь-толстяк:
— …
Ладно, потерплю!
Если бы не просьба старого Цзяна, я бы никогда не предложил тебе эту роль!
Пусть фильм и не пользуется популярностью, но это ведь мой дебют!
С этими мыслями Цинь-толстяк выпятил грудь и протянул ей сценарий:
— Посмотри! Гарантирую — возьмёшь!
Цзинь Юй без особого интереса взяла сценарий:
— Но вы подумайте хорошенько: я ведь не актриса, никогда не снималась в кино…
(Реклама и музыкальные клипы, в которых снималось её прежнее тело, не в счёт.)
Сценарий оказался таким длинным, что Цзинь Юй быстро устала его листать.
Она бросила его на соседний стул, положила подбородок на руку, а дети устроились по обе стороны от неё. Три похожих как капли воды лица уставились на Циня-толстяка:
— А кто у вас главный герой? А второстепенные роли? И вообще, какая у вас съёмочная группа?
Цинь-толстяк машинально ответил:
— А где папа малышей?
При этих словах Юньдуо насторожилась, а Цзинь Юнь тут же сжал полотенце, готовый в любой момент бежать.
В их семье этот вопрос был табу — стоило его затронуть, как мама начинала плакать навзрыд от горя.
Цзинь Юй замерла, потом лениво «ццкнула» и обняла обоих детей:
— Хороший вопрос. Сама не знаю. Наверное, умер…
Дети переглянулись:
— А?
Мама не заплакала!
Цинь-толстяк опешил:
— Но… но ведь вы так уверены во всём! Вы идеально подходите на роль убийцы! Старый Цзян на этот раз реально помог!
Внутри него завопил сурок от восторга, но внешне он изобразил скорбь:
— Простите, я затронул вашу боль.
Цзинь Юй бросила на него взгляд и отвела глаза:
— Нет ничего болезненного. Лучше уж он умер.
Если бы остался в живых, ей пришлось бы самой разрывать с ним отношения — сплошная головная боль.
Цинь-толстяк поперхнулся:
— …Ладно. А как вам сценарий?
Цзинь Юй в ответ спросила:
— Вы так и не ответили: кто у вас главный герой и второстепенные персонажи? Не зацикливайтесь только на убийце.
Цинь-толстяк проворчал недовольно:
— Убийца — душа всего фильма! Без неё картина мертва!
— Ну-ну.
Цзинь Юй кивнула и снова спросила:
— Так кто у вас главный герой и актёры на второстепенные роли?
Цинь-толстяк сдался и принялся подробно рассказывать:
— Режиссёр — это я! Главную роль пока никто не берёт. Четыре второстепенные роли уже утверждены: это…
Он перечислил всех, а в конце подытожил:
— Теперь не хватает только убийцы!
— Постойте-ка?
Цзинь Юй насторожилась:
— Вы же сказали, что главную роль ещё не утвердили. Как тогда может не хватать только убийцы?
Цинь-толстяк скривился:
— Я хотел пригласить Су Цин, но её менеджер сказал, что график забит. Потом порекомендовали какую-то начинающую актрису, но она явно пришла не ради съёмок!
Цзинь Юй:
— Простите… а кто такая Су Цин?
Искусственный интеллект:
[Су Цин — всемирно известная обладательница двух «Оскаров» за лучшую женскую роль и «Эмми» за лучшую драматическую роль.]
Цзинь Юй:
— Цц…
Да этот толстяк совсем обнаглел! Всего десять миллионов на весь бюджет фильма, а он мечтает пригласить знаменитую актрису? Неизвестно, хватит ли даже на её гонорар.
Цинь-толстяк чуть не задохнулся от возмущения:
— Вы что, не знаете Су Цин?! Откуда вы вообще взялись — с какой-то горы?! Вы же раньше были моделью! У вас же должны быть общие знакомые в индустрии!
http://bllate.org/book/3071/339584
Готово:
