Глава 2. Из глубин гор выбегает женьшенька
Что это за чёрт? Чу Фэймо изо всех сил ущипнул себя за бедро и всё ещё не мог в это поверить. Он видел нечто невероятное: на краю водяного сидела крошечная, размером с ладонь человеческая фигурка и разглядывала его. Её глазки хлопали, излучая любопытство, на лбу красовался отпечаток в форме цветка сакуры, а макушку венчали пять листочков, окружавших розовый цветок посередине. Всё её тело испускало слабое сияние, очень напоминающее легендарную женьшеньку.
Во дворе царила тишина. Денно клонился к вечеру, осенний ветерок приятно освежал, но лоб Чу Фэймо покрылся градом испарины. Он обошел вокруг водяного: вода, которую не меняли уже лет десять, была кристально чистой, и в ней плавало несколько лепестков, похожих на цветки сакуры. Ножки малыша ничем не отличались от человеческих, вот только из пальчиков ног торчали бесчисленные корешки, которые покачивались в воде вместе с бёдрами.
Всякое противоестественное явление таит в себе зловещий подвох! Столкнувшись с тем, чего никак не могло быть в рамках его картины мира, Чу Фэймо не стал тянуть руки, а просто сел на каменный табурет и уставился на Женьшеньку. Эта женьшенька двигалась, а во взгляде читались эмоции — оставалось только гадать, умеет ли она говорить. Подумав об этом, он так и спросил:
— Ты умеешь говорить по-человечески?
— Умею.
Умеет говорить? Чу Фэймо встрепенулся, подался ближе и спросил:
— Ты что такое?
— Сам ты что такое! И вся твоя родня — что такое! — крошечная женьшенька вытаращила глаза и яростно уставилась на Чу Фэймо.
— ... — Он ведь правда не пытался шутить. Напряженные нервы Чу Фэймо разом ослабли: перед ним оказалась женьшенька, которая слишком долго пробыла рядом с людьми и отравилась новым сетевым сленгом. Просто беда!
Чу Фэймо поднял обе руки в знак капитуляции:
— Прости, я оговорился по небрежности. Пожалуйста, извини меня.
— Хм… Мальчишка, не ведающий ни высоты неба, ни толщины земли! Твой покорный слуга — женьшень с мандаринным возрастом, а вовсе не то, что ты там себе ляпнул. С мала до велика надо учиться уважать старших! Помнится, в былые времена… — Женьшенька затараторила речи, совершенно не вязавшиеся с её детской внешностью, что выглядело крайне нелепо.
Кто бы мог подумать, что этот розовый пухлый карапуз прожил уже больше десятка тысяч веков? Помилуй бог, перестань принимать такой дурацкий вид, вводящий людей в заблуждение! Лучше бы отрастил облик маленького бородатого старикашки, тогда бы и несовпадения в глазах не было.
С минуту спустя крошечный женьшень всё еще не унимался, и Чу Фэймо поспешно прервал его:
— Ладно-ладно, твои славные подвиги и впрямь вызывают восхищение, но мне безумно любопытно: как это тебя занесло ко мне во двор?
— О, это долгая история.
— Рассказывай не спеша, у меня есть время послушать твою историю.
Женьшенька потрогала цветок на макушке, немного подумала и принялась увлеченно жестикулировать:
— Дело было так: много десятков тысяч лет назад я жил на горе прямо за твоим домом. В те времена там царили дивные пейзажи, жилось просто идеально: каждый день цветы соревновались в красоте, птицы пели, воздух благоухал. Будучи женьшенем, я пребывал в превеликом восторге — состязался с птицами в звонкости трелей, соперничал с цветами в яркости лепестков…
Глядя на лучи заходящего солнца, Чу Фэймо опечаленно потснул ладонью лоб: этот женьшень и впрямь прожил слишком долго, если уж он взялся рассказывать от истоков до финала, боюсь, и трех дней с тремя ночами не хватит.
— Господин Женьшень, видишь, уже темнеет, не мог бы ты для начала перейти к сути?
— Ох… Суть в том, что вы, люди, превратили Чанбайшань в туристическое место. Столько туристов ежедневно прутся в горы и мешают мне культивировать, да еще сажают эти правильные, уродливые деревья! Вы, живодеры этакие, разрушили мой дом, и мне ничего не оставалось, как захватить твой. — Дойдя до этого места, крошечный женьшень неожиданно всхлипнул: — Я так начал тосковать по той липе у моего крыльца! Она каждый день раскидывала свои цветы, заставляя те хвастливые соцветия блекнуть на её фоне. Я её так любил!
Ты что, Маленький принц, что ли? Только что ведь нормально разговаривал, с чего вдруг расплакался? Чу Фэймо с досадой потрепал его по цветочку на макушке и через пару мгновений почувствовал, что пальцам стало больно. Он поднял руку и заметил кровь — неужели порезался, когда только что полол сорняки? Пока Чу Фэймо вспоминал об этом, он не заметил, как лицо женьшеньки исказилось еще сильнее, а затем та громко завопила: «А-а-а…»
Вслед за криком женьшеньки на них хлынула волна духовной энергии. Чу Фэймо инстинктивно отпрянул назад, после чего ощутил тупую боль где-то в районе спины. Проведя рукой, он ничего необычного не нащупал и спросил:
— Что происходит?
— Ты, подлый негодяй, пользуешься чужим бедствием!
— Да что я такого сделал?
— Ты подлец, подлец… — женьшенька заливалась слезами и кричала, оставляя слова Чу Фэймо совершенно без ответа.
Какая-то белиберда! Он ведь просто потрепал её по голове, желая успокоить, с чего бы ей так орать? Даже у человека с самым ангельским терпением сдадут нервы. Схватив женьшеньку из воды за шкирку, он уже занес ладонь, собираясь отшлепать её по попке, но на полпути сообразил, что хлопок придется по всему телу, а вовсе не по мягкому месту. Тогда он согнул палец и щелкнул женьшеньку по заднице.
Женьшенька прикрыла ягодицу ручками, со слезами на глазах злобно зыркнула на Чу Фэймо, а затем её тело затряслось. Спустя мгновение она успокоилась, расплылась в сладкой улыбке и прощебетала:
— Хозяин, пожалуйста, прости мою недавнюю дерзость. Отныне я буду в точности исполнять любые твои приказы, только чур — не мучай меня слишком сильно, ладно?
— …
Это всё из-за того, что он слишком долго просидел в изоляции? Почему его разум отказывается постигать логику этого женьшеня? Перепады настроения просто грандиозные! Сначала строила из себя старейшину, беззастенчиво демонстрируя глубокую мудрость долгожителя, затем завопила так, будто вырезали всю её семью, а теперь ластится и зовет его хозяином.
Ладно уж! Он и впрямь слишком далеко отошел от общества, раз оказался глупее женьшеня, вылезшего из глухих гор.
Терпение Чу Фэймо исчерпалось до дна, и он сурово бросил:
— С какой стати ты зовешь меня хозяином?
Женьшенька робко ответила:
— Ты только что капнул свежей кровью на мой цветочек. В Мире Самосовершенствования этот процесс называется ритуалом признания хозяина. Теперь ты — мой господин.
— Ты шутишь? Это Земля, человеческое общество, мир, управляемый наукой.
Женьшенька заволновалась: ритуал признания хозяина уже завершился, и если её отвергнут, её душа просто рассеется в небытие. Сгорая от беспокойства, она выпалила:
— Я правду говорю! Что мне сделать, чтобы ты поверил? Точно, если не веришь, взгляни на свою спину — там наверняка проявился знак в виде женьшеня.
Наступило трехминутное молчание. Полагая, что Чу Фэймо всё еще ей не верит, женьшенька напрягла все извилины и выдала фразу, которая окончательно убедила мужчину:
— Раз уж в человеческом обществе ты повстречался со мной — существом, которого здесь быть не должно, — разве остались еще факты, которые ты не в состоянии принять?
Прекрасно, это на редкость разумный женьшень. Но какого чёрта ему делать с женьшенем? Его съесть можно?
Словно угадав мысли Чу Фэймо, женьшенька в ужасе заголосила:
— Хозяин, не ешь меня, не ешь! Я очень послушная женьшенька, хоть и не боевой питомец, зато у меня есть личное Пространство, где можно спастись от беги — никто на свете не сможет тебе навредить! Я там еще много разного женьшеня вырастила, ты можешь есть любой из них, только меня не трогай!
— Пространство? Что это еще за штука?
Для человека, отроду не читавшего сетевых романов, подобное понятие оказалось слишком сложным для восприятия. Женьшенька послушно растолковала своему хозяину:
— Это такое Пространство, которое принадлежит исключительно вам. Никто не сможет туда проникнуть без вашего дозволения.
— И только-то?
Нынешний мир вполне безопасен, и никакой нужды прятаться в безлюдном Пространстве и покрываться плесенью у него нет.
— Нет-нет, духовная энергия там невероятно густая! Она продлевает жизнь, укрепляет тело, а еще в нем можно практиковать волшебство. Хочешь, я прямо сейчас отведу тебя взглянуть? Только закрой глаза и мысленно позови: Пространство женьшеня.
Стоит ли этому верить? Чу Фэймо молча разглядывал женьшеньку целую минуту, а затем решил сыграть в рулетку.
Он легко сомкнул веки. Прошло три секунды, но ничего не изменилось. Озадаченно открыв глаза, он испытал сильнейшее потрясение. Где это он?
Перед его взором высились горные пики, уходившие прямо в облака. Они принимали самые причудливые формы: одни походили на пронзающие небеса пагоды, другие — на свирепых львов и тигров, третьи — на парящих в облаках бессмертных. Пейзаж поражал воображение своей грандиозностью. Горы уединились в бескрайней первозданной тайге, но при этом, словно гигантские драконы, взмывали к небосводу, с властным величием возвышаясь между небом и землей. У подножья зеленели окутанные дымкой деревья и буйствовала юная листва, вершины же по-прежнему белели от вечнолежащих снегов — поистине неописуемая красота.
Устремленные в небо пики, окруженные бурлящей жизнью первозданной тайги… Это же Чанбайшань, но в то же время всё выглядело иначе! Здесь, в Чанбайшане, не было ни малейшего следа человеческого вмешательства — лишь первозданный облик и чудо самой природы.
Во всем Пространстве свободным от поросли оставался лишь пятачок земли, где он стоял, — размером по меньшей мере сорок гектаров. Земля здесь была черной, невероятно плодородной, но, как ни странно, на ней не росло ни единой травинки.
Чу Фэймо в упор посмотрел в глаза женьшеньки. Этот леденящий взгляд, напоминающий блеск металла, заставил малышку задрожать:
— Хо-хозяин, это Чанбайшань первобытной эпохи! Я сама попала сюда совершенно случайно давным-давно, а потом почему-то стала духом этого Пространства. Теперь, когда ты заключил со мной договор господина и слуги, ты — истинный владелец этого места.
Связанная путами договора, женьшенька панически боялась гнева Чу Фэймо. Заметив исходящий от него ледяной взгляд, она без утайки выложила всю правду. А когда увидела, что Чу Фэймо уставился на посадки женьшеня, с нее и вовсе градом потекли холодные капли пота:
— Э-э… Понимаешь ли, я так долго искала хозяина и от безысходности самовольно засадила женьшенем целую гору… Ты ведь не станешь меня ругать?
Снаружи Чу Фэймо сохранял каменное выражение лица, но в душе его сотрясало изумление от увиденного. Продолжая допрос, он спросил:
— Почему женьшень на горе светится?
На это женьшенька гордо ответила:
— Весь женьшень на горе выращен мной. Чем выше по склону, тем старше корни, да и концентрация духовной энергии на вершине пика намного выше. Поглощая эту энергию, женьшень непременно эволюционирует, а степень его культивации можно определить по яркости свечения.
Целая гора женьшеня — какое потрясающее зрелище! Шагая вдоль склона горы, он принялся рассматривать женьшень вблизи. Даже ничего не смысля в травах, он сразу понял: перед ним сокровища из сокровищ, не говоря уж о тех корешках, что росли ближе к самой макушке.
Вдруг перед ним возникло небольшое эллиптическое озеро с изумрудно-зеленой водой. Вокруг него не росло ни единого растения, а посреди водной глади возвышался крошечный клочок суши, на котором покоился корень женьшеня, источавший слабое, эфирное сияние.
Чу Фэймо слегка встряхнул сидевшую на его руке женьшеньку и спросил:
— Откуда здесь взялось это озеро?
— О, видишь те облака и туманы на горных пиках? На вершинах, скрытых в тумане, находится источник духовной энергии. Скапливаясь там, она замерзает и превращается в кристаллы духовной энергии. Когда в полдень температура повышается, эти кристаллы тают, и, подчиняясь законам гравитации, эликсир духовной силы стекает вниз, подпитывая весь женьшень. То, что не впитывают корни, стекает в эту низменность, и за тысячи и десятки тысяч лет скоплений образовалось вот такое маленькое озеро. Можно сказать, что это духовная энергия в жидком состоянии, — объяснила женьшенька, после чего услужливо указала на одну из точек среди горных вершин: — А вон там находится Небесное Озеро, вот где духовная энергия по-настоящему чиста! Хозяин, я ведь даже не притрагивалась к тамошней энергии, оставила всё для тебя!
Если это и впрямь Чанбайшань, то, возможно, здесь, как и на земном Чанбайшане, имеются девять главных достопримечательностей: Небесное Озеро, река Чэнча, водопад Чанбай, горячие источники Цюйлун, озеро Чанбай, подземный лес, полоса южно-сибирских берез, полоса высокогорной тундры и Черная Пасть. Кто знает, может быть, впереди его ждут и другие неведомые, бесценные сокровища, готовые к разработке.
В этот момент Чу Фэймо понял: ему выпала величайшая удача, куда более ошеломляющая, чем обретение золотой горы.
http://bllate.org/book/30651/3736911
Готово:
