— В прошлый раз ребенку семьи Хуа распороли вон какую огромную кровавую рану, и все просто растерялись. Если бы не Чжунчжэн, который перевязал его кровоостанавливающим бинтом и отправил в больницу, даже страшно представить, чем бы всё закончилось. Еще тогда я поняла, что Чжунчжэн у нас парень что надо.
— Приходите к нам в обед пообедать, я сварю курицу! — с энтузиазмом предложила тетушка Цянь.
— Не нужно, — покачал головой Хэ Чжунчжэн.
— Забери Маймай, поедите вместе, я ведь готовлю замечательно! — пыл тетушки Цянь ничуть не угас.
— У меня еще есть дела, правда, не стоит, — на лице Хэ Чжунчжэня промелькнуло легкое смущение.
Тетушке Цянь оставалось только сдаться:
— Тогда подожди, я соберу тебе яиц, уж свежее некуда.
Не дожидаясь ответа Хэ Чжунчжэня, она быстрыми шагами вышла, а вскоре вернулась с целой корзиной яиц и сунула ее Хэ Чжунчжэню в руки.
Хэ Чжунчжэн было снова открыл рот, но тетушка Цянь тут же пресекла все возражения:
— Пусть Маймай подкрепится, чтобы росла высокой. Если ты даже это не возьмешь, значит, ни в грош меня не ставишь. Не годится ведь так: пришел специально помочь, да еще и с пустыми руками уходишь.
Сяо Нин наблюдал за этим с улыбкой и тоже подал голос:
— Брат Хэ, берите раз тетушка дает.
В итоге они вернулись домой, обнимая корзину с яицами, и в обед пожарили целое большое блюдо. Надо сказать, вышло невероятно вкусно.
Ань Сюэ вернулась как раз в тот момент, когда они садились за стол. Маймай, едва увидев ее, тут же застучала ножками, собираясь бежать на кухню за миской и палочками для нее.
Ань Сюэ удивилась, увидев, что Сяо Нин сидит с ними за одним столом, а атмосфера при этом царит на удивление теплая. Приняв миску и палочки, она не удержалась и взъерошила волосы Маймай, а затем произнесла:
— Я поговорила с людьми из патруля насчет директора Ван, они будут следить, не появится ли где его след. Сегодня я снова ходила туда проверить и кое-что нашла. Не знаю, понятно ли тебе, в чем тут дело, но взгляни-ка?
С этими словами Ань Сюэ протянула сложенный лист бумаги.
Стоило Сяо Нину увидеть этот знакомый листок, как он замер. Ань Сюэ отреагировала молниеносно: она тут же схватила его за запястье, прижав пальцы к пульсу.
— Ты видел этот бумажный лист, — прозвучало предельно уверенно.
Отрицать что-либо сейчас было уже поздно, к тому же это подорвало бы доверие. Сяо Нину оставалось только кивнуть.
И впрямь заправский следователь, законопослушного студента вроде него ей не обмануть. К тому же его нынешнее лицо и без того выглядело довольно злодейским, так что лучше не лгать столь очевидным образом.
— Перед тем как сбежать, я вытащил это из шкафчика, — предельно честно ответил Сяо Нин, ведь он говорил чистую правду. Он прекрасно понимал, что именно интересует Ань Сюэ: — Я никого из этих людей не знаю, а содержание исследований Первой исследовательской группы мне и вовсе совершенно неизвестно.
Ань Сюэ медленно разжала пальцы, но брови ее не разгладились — напротив, стали еще более хмурыми.
— Ешьте пока, — бросила она и развернулась, видимо, о чем-то задумавшись.
Троица осталась сидеть в полном недоумении, глядя ей вслед.
Брат Хэ, привыкший к такому ее поведению, первым возобновил трапезу. Маймай моргнула, посмотрела на папу и тоже продолжила есть. Сяо Нин перевел взгляд на них обоих, почесал щеку и тоже принялся за еду.
И правда, очень вкусно.
К полудню Хэ Чжунчжэн больше никуда не уходил, зато тетушка Цянь заглянула снова и принесла им клубники:
— Ешьте скорее, не стесняйтесь. Только что с грядки. Хотела сходить в тот сад, что старый Хэ держит вместе со старым Ли, нарвать для вас ягоды покрупнее, да только у них дома никто не откликался, и на звонки не отвечали — невесть куда запропастились по делам, так что пришлось обойтись этой.
— Но эта тоже очень сладкая, так что ешьте на здоровье.
В итоге во второй половине дня они с наслаждением уплетали целую миску свежайшей клубники.
У Сяо Нина даже возникло ощущение, что он находится вовсе не в игре в жанре постапокалипсиса, а на съемках какой-нибудь драмы о размеренной сельской жизни. Взять бы кресло-качалку, разлечься на нем под лучами солнца, да похрустывать клубникой — о чем еще и мечтать?
Половина из этих семидесяти двух часов как раз и пролетела в такой мирной и спокойной обстановке. У Сяо Нина в голове уже начали расслабляться струны.
Однако он ни на секунду не забывал, что из себя представляет эта игра.
Поэтому, когда посреди ночи раздался пронзительный крик, он мгновенно вскочил на ноги.
Покою пришел конец.
Глава 8. Беспорядки
Сяо Нин подошел к двери комнаты и распахнул ее: Хэ Чжунчжэн и Ань Сюэ уже поднялись, волосы у обоих были взъерошены ото сна, а лица — суровы.
Заметив, что Сяо Нин тоже вышел, Ань Сюэ первой сказала:
— Я пойду осмотрюсь, Брат Хэ, присмотри как следует за Маймай, а ты, Сяо Нин, тоже никуда не уходи.
Хэ Чжунчжэн и Сяо Нин кивнули, и Ань Сюэ, прихватив монтировку, вышла наружу.
Хэ Чжунчжэн разбудил Маймай, и они стали ждать вместе, протирая сонные глаза. Но не успела Ань Сюэ вернуться, как в железную калитку дома Хэ отчаянно забарабанили, и у входа раздался хриплый крик:
— Откройте же! Откройте!
— Чжунчжэн! Чжунчжэн, умоляю, открой скорее!
Маймай испуганно вздрогнула и тихонько произнесла:
— Это мама Сяо Юя.
Мускулы Хэ Чжунчжэня налились каменной твердостью. Поколебавшись секунду, он все же передал Маймай Сяо Нину и пошел открывать калитку:
— Сестрица Чэнь.
Словно обезумев, сестрица Чэнь протиснулась в дворовую чащу. Глаза ее были налиты кровью, волосы растрепаны, поверх пижамы наброшено пальто, а подол сплошь забрызган кровью.
— Все сошли с ума. Все сошли с ума! — ее взгляд блуждал, речь бессвязно путалась.
Сяо Нин вгляделся и остолбенел: кусок мяса на ее ноге был вырван, сквозь кровавую рану смутно белела кость, и от одного вида этого зрелища по телу Сяо Нина побежали мурашки.
Сестрица Чэнь подняла голову: ее абсолютно черные глаза выглядели жутковато, а лицо пылало неекрасивым багрянцем.
— Чжунчжэн, они все сошли с ума, сошли с ума, ха-ха-ха!
— Сестрица Чэнь, вы… — Хэ Чжунчжэн попытался поддержать шатающуюся женщину, которая едва держалась на ногах.
— Осторожно! — Сяо Нин, настороженно следивший за сестрицей Чэнь с самого ее появления, схватил швабру и с размаху ударил по ее руке, резко выброшенной в сторону Хэ Чжунчжэня.
На пальцах женщины уже отросли наполовину ладони длинные ногти, зловеще поблескивавшие в темноте.
Чжунчжэн едва не лишился горла — его бросило в холодный пот.
Дрянь дело!
В глазах сестрицы Чэнь окончательно угас рассудок, человеческая речь ей больше не давалась — из ее горла вырвался звериный рык, и она бросилась на Сяо Нина, только что помешавшего ей.
Сяо Нин снова оттолкнул ее шваброй, преграждая путь, но противница вдруг обрела нечеловеческую силу быка. Отпоров всего пару таких выпадов, он почувствовал, как его запястья онемели от дикой боли и напряжения.
Однако сестрица Чэнь, казалось, не ведала усталости: раны, из которых еще недавно сочилась кровь, затягивались прямо на глазах, и в следующее мгновение она вновь ринулась на Сяо Нина.
А за спиной Сяо Нина уже была стена — отступать стало некуда.
В тот момент, когда сестрица Чэнь в очередной раз выбросила когти, перед Сяо Нином выросла мотыга, преграждая ей путь.
Сяо Нин тут же воспользовался моментом: оттолкнувшись от стены, он шмыгнул за спину Хэ Чжунчжэню, а тот уже вовсю схватился с обезумевшей женщиной, орудуя мотыгой.
Задыхаясь, Сяо Нин обнял оцепеневшую Маймай и закрыл ей ладонью глаза:
— Маймай, не смотри, всё в порядке.
Маймай закусила губу и тяжело кивнула, но ее тело не переставало мелко дрожать. Сяо Нин молча вздохнул, похлопал девочку по спине и мягко проговорил:
— Маймай посидит здесь, закрыв глазки и ничего не видя, а братик пойдет поможет твоему папе, хорошо?
Маймай торопливо кивнула, зажмурилась и опустила голову:
— Братик, иди скорее! Помоги папе. Маймай очень сильная, о мне не беспокойся!
Кивнув, Сяо Нин тоже бросился на помощь. Они с Хэ Чжунчжэнем зашли с разных сторон, привлекая внимание сестрицы Чэнь и не давая ей переключиться на что-то одно, при этом Сяо Нин постоянно напоминал Хэ Чжунчжэню беречься ее когтей. Судя по его опыту из всевозможных фильмов и сериалов, этот зомби обладал сильнейшей заразностью.
Хэ Чжунчжэн хмуро кивнул, однако не позволил Сяо Нину лезть на рожон:
— Отойди, не попадись ей под когти.
Сяо Нин покосился на хромую ногу Хэ Чжунчжэня и хотел было что-то сказать, но движение напарника оборвало его на полуслове:
Сестрица Чэнь, только что яростно наседавшая на Хэ Чжунчжэня, получила мощный удар мотыгой прямо по голове, и та разлетелась на куски, точно спелый арбуз.
Сяо Нина снова затошнило. Но его вырвало не желудочным соком, а лишь перебороло подступившую тошноту, и он продолжил смотреть, как безвольное тело сестрицы Чэнь рушится на землю.
Хэ Чжунчжэн вернулся в дом и принес оттуда еще одну мотыгу, протянув ее Сяо Нину:
— Держи, этой споручнее.
Преодолевая спазмы в желудке, Сяо Нин кивнул и взял орудие.
В этот момент в калитку снова застучали.
— Бум-бум-бум! Бум-бум-бум!
На этот раз не было никаких криков о помощи — раздавались лишь непрекращающиеся глухие удары, словно кто-то… пытался разнести эту дверь в щепки.
Сяо Нин воочию наблюдал, как на некогда ровном полотне железной калитки один за другим возникают глубокие вмятины, а скрепляющие конструкцию листы металла издают противный металлический скрежет.
Сяо Нин инстинктивно подался на полшага назад — эта дверь долго не выстоит!
— Уходим! — Хэ Чжунчжэн подхватил Маймай на руки, ухватил Сяо Нина за рукав и бросился к давно заброшенной задней калитке.
Она выводила в узкий, безлюдный переулок, где под ногами зеленели влажные мхи, источая сырые, мрачные запахи, но Хэ Чжунчжэн шагал вперед без малейших колебаний.
Сяо Нин последовал за ним, нырнув в лабиринт переулков.
Фонарей здесь не было, двигаться приходилось при свете луны. Издалека доносился шум — такой же громкий, как среди бела дня. Вот только звуки эти совсем не походили на привычные оклики, смешки или пересуды соседей: вокруг раздавались лишь крики, плач, стоны…
Сяо Нин понимал: по ту сторону стен сейчас творится истинный ад.
Еще несколько часов назад жизнь здесь текла своим чередом, а теперь превратилась в сущий кошмар постапокалипсиса.
Ладони Сяо Нина взмокли от пота. Раньше он еще утешал себя тем, что это место совсем не похоже на конец света, но сейчас он предпочел бы, чтобы и дальше было так.
Он не знал, как долго они шли следом за Хэ Чжунчжэнем, но постепенно крики впереди стихли. Они, похоже, удалились от центра деревни, однако следов Ань Сюэ по-прежнему не было видно — то ли ее что-то задержало, то ли она уже не сможет их отыскать.
Сяо Нин как раз размышлял об этом, когда ему в руки сунули притихшую от усталости Маймай.
Оказывается, впереди откуда ни возьмись появился зомби с синюшным лицом, а вся земля вокруг была залита кровью. Зомби как раз усердно жевал чей-то обрубок руки, издавая чавкающие звуки, а его остекленевшие глаза уставились прямо на них.
http://bllate.org/book/30647/3736522
Готово:
