— Она арендовала у меня дом, а за этот месяц еще не заплатила, — сказала Сян Юэ.
Сюань До была готова подпрыгнуть и захлопать в ладоши:
— Хорошая Сян Юэ, если бы я не была мертва, я бы обязательно тебя расцеловала!
Лица супругов Ван Шифэнь мгновенно почернели, и они умолкли.
Вся церемония похорон проходила под руководством Сян Юэ. Пришли даже несколько знакомых, которых Сюань До едва могла назвать друзьями. Появилась и Ся Тин — она то и дело пыталась хоть чем-то помочь, но Сян Юэ словно ослепла и оглохла: она полностью игнорировала протянутые руки Ся Тин и ее вопросы в духе чем я могу помочь. Ся Тин чувствовала себя неловко, но не уходила.
Родители Сюань До, прибыв на место, уселись на скамью в углу и принялись о чем-то шептаться. Сюань До не стала подходить и слушать, но, судя по их лицам, обсуждали они далеко не самые приятные вещи.
Церемония была суетливой и шумной. Иногда, когда наступала пауза, Сян Юэ отворачивалась, и на ее лице проступала явная усталость. Она смотрела в пустоту, застыв, словно скорбный деревянный чурбан, а Сюань До просто молча наблюдала за ней со стороны. Но стоило кому-то за спиной позвать ее по имени, как Сян Юэ, словно заведенная игрушка, снова начинала двигаться.
Ближе к концу похорон появился неожиданный гость. Пришедшая выглядела так, будто проделала долгий путь. Ее плащ был покрыт пылью, волосы растрепались, и та пара выбившихся прядей заставила Сюань До ужасно захотеть поправить их.
Когда Сян Юэ увидела ее, ее глаза налились влагой. Они коротко обнялись. Отстранившись, Сян Юэ посмотрела на гостью так, будто вот-вот разрыдается:
— Ты пришла.
Сюань До была озадачена: Погодите, откуда вы такие близкие? Вы что, общались у меня за спиной? И вообще, она что, пришла на мои похороны?
Конечно, Сюань До знала эту гостью и когда-то они были очень близки, но это «когда-то» осталось далеко в прошлом.
Красавицу в сером плаще звали Линь Цзяньцин. Они с Сюань До были одноклассницами в средней и старшей школе целых шесть лет — судьба, не иначе. Позже, в университете, они еще два года поддерживали какую-то связь, но на третьем курсе Линь Цзяньцин внезапно уехала за границу, и связь оборвалась. И так как близкими подругами они не были, постепенно стали совершенно чужими людьми.
То, что Линь Цзяньцин пришла на похороны и при этом ведет себя так, будто прекрасно знакома с близкой подругой Сюань До, было поистине странным.
Линь Цзяньцин кивнула и, бросив взгляд в сторону траурного зала, сказала:
— Тяжело тебе пришлось.
Сюань До хмыкнула: «Ссс… это вообще-то я должна была сказать».
После появления Линь Цзяньцин Сян Юэ словно обрела опору. Она перестала суетиться и витать в облаках. С помощью Линь Цзяньцин все оставшиеся дела были организованы четко и слаженно, церемония завершилась успешно.
Последним этапом было возжигание благовоний гостями. Родные и близкие покойной могли напоследок поговорить с ней.
Сюань До ожидала, что Сян Юэ обязательно начнет ее ругать, и приготовилась закрыть уши. Сян Юэ не разочаровала:
— Дура. Я знала, что с твоей головой что-то не так. — Она немного помолчала, и ее голос стал тише. — Я сама дура, что знала о твоих странностях и все равно заключила то пари.
Сюань До попыталась погладить ее по плечу:
— Не говори так, это вовсе не твоя вина.
Сян Юэ снова всхлипнула:
— Если решишь переродиться, дуреха, обязательно выбери хорошую семью, полюби достойного человека. В следующей жизни у тебя все должно быть хорошо.
Сюань До кивнула:
— Поняла. В следующей жизни перерожусь богачкой и буду тебя содержать.
Ся Тин, возжегши благовония, на какое-то время застыла, будто не зная, что сказать, и в итоге лишь тихо произнесла:
— Прости.
Сюань До не знала, что ответить, поэтому просто буркнула «угу».
Родители Сюань До должны были идти первыми, но они долго тянули и подошли лишь в самом конце. Отец, Сюань Ханьцюнь, стоял в стороне и не собирался подходить, а Ван Шифэнь воткнула три палочки благовоний и пробормотала:
— Помоги своему отцу с лечением.
Сюань До посмотрела на отца — и правда, вид у него был болезненный. А она-то думала, что они злятся из-за того, что она не оставила им денег.
Наблюдать за тем, как собственное тело отправляют в печь крематория, — это, пожалуй, уникальный опыт. Сюань До с любопытством ходила следом за ними, находя, что быть духом довольно удобно: можно делать что угодно, и никто не сочтет это странным.
Она увидела, как ее прах упаковали в маленькую коробочку, и проплыла вокруг нее кругом.
Сян Юэ взяла коробочку и вошла в комнату, где сидели родители Сюань До. Они все еще не ушли, и у Сюань До появилось нехорошее предчувствие.
Действительно, они обратились к Сян Юэ:
— Сян Юэ, раз уж ты сдавала Сюань До квартиру, не могла бы ты позволить нам пожить там несколько дней?
Сян Юэ поставила коробочку с прахом Сюань До на стол:
— Платно?
Ван Шифэнь ответила:
— Ну... мы, два старика, приехали издалека, денег с собой почти нет...
Сян Юэ развернулась:
— Тогда не получится. Мне нужно сдавать квартиру другим, я потеряю слишком много денег, если вы будете жить бесплатно.
Ван Шифэнь нахмурилась, упрекая Сян Юэ в бессердечности:
— Ты столько лет дружила с Сюань До, разве не должна ты позаботиться о ее родителях?
Сян Юэ отрезала:
— А вы ее родители. Она была должна мне денег — вы поможете их вернуть?
Ван Шифэнь разозлилась:
— Она же умерла, как у тебя язык поворачивается говорить такое?
Сян Юэ парировала:
— А вы разве забыли, как пытались извлечь из нее выгоду, пока она была жива?
Ван Шифэнь в ярости собиралась наброситься с криками, но вдруг подала голос Линь Цзяньцин, до этого молчавшая:
— Тетя Ван, я могу дать вам денег, но у меня есть одна просьба.
Ван Шифэнь опешила:
— Ты еще кто такая? — тут же перебив себя, спросила с жадностью: — Сколько дашь?
Линь Цзяньцин не обратила внимания на перемену в их настроении и ответила мягко, но вежливо:
— Я надеюсь, вы отдадите мне прах Сюань До. — Она помедлила и добавила: — Знаю, это может показаться неуместным, но я готова компенсировать это.
Сюань До и Ван Шифэнь одновременно спросили:
— Зачем тебе мой прах?
— Зачем тебе ее прах?
— Послушай, Цзяньцин, — Сян Юэ вдруг встала. Линь Цзяньцин повернулась к ней, и Сян Юэ потянула ее за собой из комнаты: — Выйди со мной на минуту.
Сюань До последовала за ними.
Сян Юэ спросила:
— Ты собираешься дать им денег?
Сюань До возмутилась:
— Эй, не должна ли ты была сначала спросить, зачем ей мой прах?
Линь Цзяньцин ответила:
— Они — ближайшие родственники Сюань До. Чтобы забрать ее, мне нужно согласие.
Сян Юэ возразила:
— Да ты слишком вежлива! Если бы ты не заикнулась, они бы вообще не вспомнили, что надо забирать ее прах. Сказала бы им, что за место на кладбище надо платить, они бы просто оставили ее здесь, им было бы лень даже вынести ее как мусор.
Линь Цзяньцин замолчала. Сян Юэ спросила снова:
— Сколько ты планируешь им дать?
Линь Цзяньцин ответила:
— Сейчас у меня есть пятьсот тысяч. Если им нужно больше...
Сюань До ахнула:
— Пятьсот тысяч!
Сян Юэ воскликнула:
— Пятьсот тысяч?!
Сюань До продолжила:
— Если бы ты дала мне такие деньги при жизни, я бы для тебя в лепешку разбилась! Не то что прах — да я бы сама в огонь прыгнула!
Сян Юэ усмехнулась:
— Если бы Сюань До узнала, она бы со злости ожила.
Сюань До бешено закивала:
— Правда-правда! Я сейчас от злости дышать готова!
Сян Юэ взглянула на лицо Линь Цзяньцин и поняла, что пошутила неудачно. Она привыкла болтать не думая и теперь чувствовала неловкость:
— Ой... извини, я не должна была так шутить.
Линь Цзяньцин, глядя в пол, пробормотала:
— Если бы она действительно могла ожить...
Сян Юэ не знала, как утешить, поэтому перевела тему:
— В общем, ты не можешь давать им деньги. Ни копейки. Сюань До ненавидела их, она бы ужасно разозлилась, узнав, что после смерти ее продали.
Линь Цзяньцин опешила:
— Но я ведь только что...
Сян Юэ вздохнула:
— В этом и проблема. Им изначально было плевать, что будет с прахом, но теперь, когда они поняли, что на этом можно заработать, они не отступят. И я виновата, что не остановила тебя вовремя.
Линь Цзяньцин замялась:
— Прости.
Сян Юэ отмахнулась:
— При чем тут ты?
— Эм...
Внезапно кто-то подал голос, напугав всех троих. Сюань До обернулась и увидела Ся Тин — она все еще была здесь.
Ся Тин, выдержав взгляды обеих, подошла ближе:
— Я слышала, как они обсуждали врачей. Видимо, они приехали в город на лечение. В кардиологию второй больницы попасть очень сложно, но у меня там есть знакомый, я могу договориться. — Она посмотрела на них и добавила: — Бесплатно.
Они вернулись в дом. Увидев Линь Цзяньцин, Ван Шифэнь сразу заявила:
— Нам нужно пятьдесят тысяч.
Линь Цзяньцин промолчала.
Ван Шифэнь и Сюань Ханьцюнь переглянулись:
— Ну, тридцать тысяч минимум! Мы узнавали, место на кладбище в городе Z стоит именно столько.
Линь Цзяньцин ответила:
— Простите, но я не могу дать вам денег.
Лица супругов мгновенно вытянулись:
— Ты же только что говорила совсем другое!
Линь Цзяньцин подтвердила:
— Да.
Такое невозмутимое «отречение от своих слов» заставило Сюань До зауважать Линь Цзяньцин еще больше.
Очевидно, родители Сюань До были ошарашены такой прямотой.
Линь Цзяньцин продолжила:
— Однако я слышала, что вы приехали на лечение. Процедуры здесь сложные, талоны получить трудно, если прийти в больницу просто так, то придется стоять в очереди очень долго. Но если хотите, я могу немного помочь с этим.
Ван Шифэнь замялась:
— А расходы на лечение...
Линь Цзяньцин отрезала:
— Расходы на лечение — это расходы на лечение. Я же сказала, что с деньгами помочь не могу.
Не знаю, показалось ли Сюань До, но после возвращения в комнату тон Линь Цзяньцин стал намного холоднее.
Ван Шифэнь возмутилась:
— Но ты же только что говорила, что можешь дать денег...
Линь Цзяньцин ответила:
— Теперь не могу.
С какой же уверенностью она это сказала! Прямота Линь Цзяньцин вызвала у Сюань До жгучее желание захлопать в ладоши.
http://bllate.org/book/30646/3736431
Готово:
