— Прошу вас, вы помните свое имя?
— Прошу вас, вы помните, где ваш дом?
— Прошу вас, вы помните, сколько вам лет?
— Прошу вас, вы помните имена своих родителей?
— Прошу вас, вы помните, какой сейчас год, месяц и день?
……
Седовласый старик задавал вопросы Чжан Цзинъюню.
Когда Чжан Цзинъюнь очнулся, он лежал на большой кровати, рана на его ноге уже была перевязана. Стоило этому старику войти в комнату, как он обрушил на него целый град вопросов, но ответов ни на один из них Чжан Цзинъюнь не знал.
Если говорить честно, старик спрашивал о том человеке, чье тело он занял, а вовсе не о самом Чжан Цзинъюне.
Глядя на старика, похожего на врача, Чжан Цзинъюнь только мотал головой на каждый вопрос: я и сам бы с радостью узнал ответы на то, о чем вы спрашиваете.
Старик с выражением глубочайшего сочувствия на лице произнес:
— Похоже, пострадала голова. На поверхности ран нет, но мозг — это сложнейший орган.
Глядя на окружающих, Чжан Цзинъюнь по крайней мере смог убедиться, что он не попал в мир животных. Судя по обстановке вокруг, уровень технологий здесь ничуть не уступал его прежнему миру, и это радовало — по крайней мере, ему не придется становиться первобытным человеком.
Судя по убранству этой роскошной комнаты, возможно, он переродился каким-нибудь богатым сыночком.
— Это амнезия, — вынес вердикт старик, в то время как его ассистент быстро-быстро черкал что-то в медицинской карте.
Чжан Цзинъюнь молчал. Он еще толком не успел разобраться в ситуации, а этот старик уже заявился к нему.
— А это какая цифра, знаешь? — старик выставил три пальца.
Столь слабоумный вопрос заставил Чжан Цзинъюня на мгновение замереть.
— Похоже, дело не только в амнезии, у него и с мозгами проблемы. Впрочем, неудивительно: если бы с головой все было в порядке, стал бы он поднимать руку на господина? — старик вынес еще один вердикт, и ассистент тут же записал в карте: психическое расстройство.
Чжан Цзинъюнь уцепился за прозвучавшее из уст старика слово: господин? Поднимать руку?
Судя по всему, ему доводилось схлестнуться с кем-то «человекоподобным», и кандидатов было всего двое — Черноволосый и Беловолосый.
Только пусть ему не говорят, что хозяин, о котором толкует старик, — это одно из тех двоих существ! Хотя интеллект Беловолосого, возможно, был несколько выше обычного, на Земле водилось немало разумных животных, и поющие попугаи были лишь чудом природы, а не проявлением мистики.
Но ведь это иной мир, — запоздало сообразил Чжан Цзинъюнь, а значит, появление существа с «львиной головой и человеческим телом» здесь вполне возможно.
И тем не менее, заявлять о его психическом расстройстве лишь на том основании, что он подрался с хозяином — не слишком ли поспешно?
Пожалуй, понимая, что если он продолжит молчать, то добра не жди, а клеймо слабоумного ему получить совершенно не улыбалось, Чжан Цзинъюнь только собрался заговорить, как дверь распахнулась. Не успел он толком ничего разглядеть, как на него бросилась белая волна. Существо с разбегу рухнуло на него, словно пушечное ядро, едва не выбив из него весь дух.
Огромная львиная морда оказалась прямо перед его лицом, две лапы придавили плечи, а высунутый язык принялся усердно умывать его лицо.
— О боже, а крючков на твоем языке случайно нет? Хоть мне и не нравится эта рожа, но делать из меня пластическую операцию таким способом вовсе необязательно!
Спасите!
Если бы он смутно не догадывался, что это пушистое создание на самом деле может оказаться человеком в львиной шкуре, истошный вопль Чжан Цзинъюня едва не вырвался из горла.
Впрочем, череда потрясений и пережитый страх натянули нервы Чжан Цзинъюня до предела. То, что у него не случилося кровоизлияния в мозг, свидетельствовало лишь о его крепком здоровье, но до духовного дзена, позволяющего смотреть в лицо смерти и не бровью не вести при крушении горы, он еще не дорос.
Какая-то нелепица! Разве он совершил тяжкое преступление? Он был самым обычным офисным работником на пятидневке, вносил свой скромный вклад в социализм, кому он перешел дорогу? За что с ним так поступают? Слезы сами собой брызнули из глаз.
Белый Лев: *У-у-у (Почему ты плачешь?)*
Чжан Цзинъюнь продолжал плакать.
Белый Лев посмотрел на старика.
— Это он вас испугался, — вздохнув, перевел слова Белого Льва старик. Впрочем, он вовсе не думал, что потерявший рассудок Чжан Цзинъюнь способен ответить на этот вопрос — просто исполнял свои обязанности.
— Третий господин спрашивает, почему вы плачете?
Чжан Цзинъюнь наконец расслышал слова старика, и его мозг заработал. Главное — он сообразил, что этот Белый Лев, помимо желания придавить его насмерть, вовсе не собирался его съедать. Если не обращать внимания на внешность, зверь вел себя точь-в-точь как его собственная овчарка.
— Третий господин? Где он? — спросил Чжан Цзинъюнь, пытаясь сообразить, кто здесь главный.
Старик и ассистент посмотрели на него с горьким сожалением: такой славный парень — и правда стал идиотом.
Белый Лев приподнял одну лапу и проделал сложнейшее движение: согнув ее в суставе, с трудом выставил вверх один палец и ткнул им в себя.
— Ты хочешь сказать, что ты — Третий господин? — изумился Чжан Цзинъюнь. Третьим господином ведь обычно называют человека, верно? Или этого льва действительно зовут Третьим господином?
Белый Лев кивнул: он и был Третьим господином, тут не было никаких сомнений.
Чжан Цзинъюнь мгновенно успокоился. Будь то львиная голова или демон-лев, зверь, понимающий человеческий язык, все же лучше зверя, который ничего не смыслит. По крайней мере, он способен понять, что ему говорят.
Язык — это ведь мост для общения между всеми!
Он решил отвечать на любые перемены неизменным спокойствием. В незнакомой обстановке первое правило — сохранять невозмутимость, с холодной головой во всем разобраться, а уже потом строить дальнейшие планы.
— Ты прижимаешь меня так, что не вздохнуть, не мог бы ты слезть? — попытался договориться Чжан Цзинъюнь со «смыслящим в людских делах» Белым Львом.
Белый Лев склонил голову набок и послушно соскользнул с груди Чжан Цзинъюня. Во взгляде зверя читалось глубокое сожаление — ему так нравился нынешний Чжан Цзинъюнь, что он не хотел отходить от него ни на шаг. Белый Лев улегся прямо рядом с Чжан Цзинъюнем, а его хвост с веселым стуком заколотил по голени парня.
Старик покачал головой, не смея отчитывать Третьего господина, который уже забыл о боли, стоило зажить ранам. Его вчера едва не приложили по голове, а он сегодня опять укладывается спать рядом с этим психом. Неужели он не боится, что завтра кому-нибудь придется собирать его останки? С ума сошедшего человека никак не просчитаешь по законам логики.
Пожалуй, лучше пойти к Первому господину и обрисовать ему всю серьезность положения — пусть немедленно увольняют этого обезумевшего зверослугу! Как он вообще посмел поднять руку на господина?
Доктор Юань Жэнь вместе с ассистентом закрыли дверь палаты, после чего передали медицинскую карту Чжан Цзинъюня надежному Золотому Льву — старшему в семье Му, Му Яньжую. По крайней мере, если Третий господин будет забит до смерти в собственной постели обезумевшим зверослугой, гнев хозяев не падет на его голову, а как семейный врач Му он был обязан предупредить обо всем и внести ясность.
— У него действительно амнезия. И хотя точный диагноз поставить пока нельзя, судя по его словам и поступкам, вероятность психического расстройства крайне высока. Независимо от того, амнезия это или умопомешательство, он больше не пригоден для обязанностей зверослуги. Стоит ли уведомить вашего отца?
Инцидент с нападением зверослуги на Третьего господина мог оказаться как незначительным, так и серьезным: это могло быть следствием помешательства, а могло — подкупом со стороны политических противников, желавших навредить Третьему господину.
Судя по безупречному прошлому Чжан Цзинъюня и его нелепому, граничащему с самоубийством способу приблизиться к цели, версия с потерей рассудка выглядела куда правдоподобнее версии о предательстве.
Тем не менее, Чжан Цзинъюнь уже нанес вред Третьему господину, и увольнение было самым мягким наказанием. Юань Жэнь лишь из жалости упомянул о возможности психического расстройства — в конце концов, помешательство звучало куда лучше преднамеренного убийства.
Впрочем, ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов. Если человек перед ним не поверит в безумие Чжан Цзинъюня, поделать будет нечего.
Золотой Лев Му Яньжуй бросил на врача косой взгляд, и Юань Жэнь тут же умолк, молниеносно и бесследно растворившись перед Му Яньжуем.
Острые когти Му Яньжуя разорвали медицинскую карту пополам. Психическое расстройство?
Судя по описанию младшего брата, тот парень действовал расчетливо: затаился, выжидая удобного момента, применил неожиданный маневр, бросил приманку, притворился мертвым, швырнул песок в глаза — всё это никак не походило на поступки безумца.
На преднамеренное убийство тоже не похоже. В конце концов, когда второй брат подоспел на место, младший уже находился в руках того парня. Если бы тот действительно замышлял против младшего что-то дурное, он вполне мог сражаться до взаимного уничтожения. Но он не сделал ни того, ни другого: не стал удерживать заложника и бежать, а просто швырнул доставшуюся ему добычу, как кусок мяса с бараньим жиром.
Это больше смахивало на то, что он действительно принял второго брата за дикого зверя.
Неужели и вправду амнезия?
http://bllate.org/book/30640/3735793
Готово:
