Этот запах сводил его с ума.
Он не удержался и чуть повел плечами, позволяя необычному аромату источиться из-под затылка, и снова подался вперед, приближаясь к стоявшему перед ним человеку.
Когда в уголках чужих глаз мелькнула легкая рябь, он тихонько спросил:
— Нравится?
Сигареты марки Дедтон стоили баснословно дорого из-за своего совершенно неповторимого вкуса, однако даже самый лучший и самый дорогой Дедтон в этом мире не шел ни в какое сравнение и с сотой долей того, что исходило от стоящего перед ним человека.
Цзин Юньань наконец снова поднял веки и посмотрел на лицо, находившееся от него на расстоянии меньше полушага.
Как ни присматривайся, на этом лице невозможно было отыскать и малейшего изъяна — все в нем было доведено до совершенства. Даже присущие бровям высокомерное, дерзкое легкомыслие и буйный нрав ни капли не раздражали.
Вот только в глазах, сколь бы сильной, неукротимой и переполненной, готовой вот-вот выплеснуть наружу ни была таившаяся в них свирепость и агрессия, не удавалось скрыть стремительно иссыхающую в самой глубине душу.
Эти глаза выдавали слишком многое.
Цзин Юньань больше всего на свете не любил иметь дело с теми, у кого был такой взгляд.
Глядя, как губы Янь Фүшэна приближаются все ближе, грозя вот-вот коснуться его собственных, он слегка поджал уголки губ и преградил путь между ними зажатыми в руке черновиками.
От бумаги пахло зеленью и древесной корой. Янь Фүшэн на мгновение замер. Вглядываясь в более светлый, чем у обычных людей, оттенок зрачков Цзин Юньаня, он нарочито изобразил на лице сожаление.
— Насчет вечера... Профессор Цзин ведь не станет утверждать, что у него и вечером нет времени?
Цзин Юньань не удостоил его ответом, лишь перевел взгляд на задние ряды аудитории.
— Кто-то все еще ждет тебя.
Янь Фүшэн прекрасно знал, о ком речь.
— Он быстро уйдет.
Даже с такого расстояния Цзин Юньань отчетливо видел глубокую тоску в глазах Сун Шивэя.
— Не люблю вклиниваться посреди чужого пути и отнимать то, что дорого другим.
— Да меня самого оговорили почище Ду Э! — воскликнул тот. Переспали всего разок, разве тут вообще уместны разговоры о какой-то любви?
Друг несколько раз дернул Сун Шивэя за рукав, не выдержав этого зрелища.
— Пойдем, хватит пялиться.
Тот сжал кулаки так, что побелели костяшки, но в конце концов сквозь зубы заставил себя повернуться.
Проводив взглядом удаляющуюся спину, Цзин Юньань медленно отвел глаза:
— К тому же я не люблю непостоянных и ветреных людей, которые меняют партнеров как перчатки.
— Это ты еще моего несгибаемого сердца не видел, — заявил Янь Фүшэн. — Моя добродетель выше внешних стен Древнего императорского города.
Цзин Юньань вперил в него взгляд. В его янтарных глазах читалось умение видеть людей насквозь:
— А еще я больше всего не люблю тех, кто красив снаружи, да пуст внутри, тех, у кого нет ни стыда, ни совести.
Уголки губ Янь Фүшэна чуть приподнялись:
— Я гнил внутри, а ты — волки в овечьей шкуре. Мы же просто созданы друг для друга.
После ухода Сун Шивэя в аудитории стало совсем пусто. Редкие торопливые шаги в коридоре лишь подчеркивали зловещую тишину этого огромного пространства.
Зато аура, исходившая от Янь Фүшэна, заставила всё вокруг мгновенно показаться донельзя тесным.
Подождав немного, а то и довольно долго, но так и не сумев вытянуть из Цзин Юньаня феромоны более глубокого уровня, Янь Фүшэн извлек из внутреннего кармана визитку.
Затем он вытащил из пальцев собеседника перьевую ручку, набросал на обороте цепочку цифр и, подцепив резинкой манжету на бицепсе Цзин Юньаня, засунул карточку прямо под нее.
После этого он с изрядной долей двусмысленности потерел пальцем металлическую пряжку на браслете:
— Пуста ли моя внешность или воистину драгоценна — профессору Цзиню придется проверить самому, чтобы узнать наверняка. Разве вы, люди умственного труда, не утверждаете, что истина познается на практике?
Услышав это, Цзин Юньань слегка приподнял уголком рта, непроизвольно выказав долю презрения:
— Некоторые утверждения с самого начала не нуждаются в доказательствах.
С этими словами он забрал ручку, подхватил книги и бумаги, поднялся из-за кафедры и зашагал к выходу.
Уже почти у самой двери он вытащил карточку из-под манжеты и, слегка щелкнув пальцами, запустил ее в стоящую у входа урну.
С легким сухим стуком визитка упала на дно пустой корзины для мусора.
Янь Фүшэн поднялся из-за кафедры, последовал за ним к выходу и, скрестив руки на груди, прислонился плечом к косяку. Он с игривой улыбкой во взоре наблюдал, как Цзин Юньань шагает по коридору к противоположному крылу и скрывается в другой аудитории.
Тогда он повернулся, бросил взгляд на парочку студентов, которые прятались за углом и подглядывали, но изо всех сил старались делать вид, что ничего не происходит, и, лукаво сощурившись, направился к ним.
— Приветик~
Несколько первокурсников с пухлыми щечками от неожиданности засуетились, пойманные с поличным, и заговорили заикающимися голосами:
— При... привет...
Янь Фүшэн нисколько не смутился их подглядыванию, озарив лица вполне уместной улыбкой:
— Не могли бы вы мне помочь?
— А? — те явно не ожидали, что он явится с расспросами, и растерялись. — Какая помощь?
Янь Фүшэн чуть покрутил указательным пальцем:
— У вас ведь в университете можно в один клик посмотреть расписание профессоров, да?..
— Расписание профессоров? Его в учебной системе посмотреть можно.
— Правда? — Янь Фүшэн скосил глаза на ноутбук в руках одного из студентов. — Дадите воспользоваться?
— Д-да, конечно.
Парень со смущенно покрасневшим лицом открыл страницу и ввел свой логин и пароль:
— Просто введите здесь имя преподавателя для поиска.
— Большое спасибо.
Янь Фүшэн опустился рядом с ним, вбил имя Цзин Юньаня, и спустя пару мгновений система выдала расписание в виде таблицы.
— Ого, так он профессор Цзин... — переглянувшись, тихонько улыбнулись парень и девушка.
— Что, оба без ума от профессора Цзиня? — достав телефон, Янь Фүшэн принялся делать снимки экрана, попутно поддерживая непринужденную беседу.
Несколько студентов застенчиво улыбнулись:
— Профессор Цзин очень красивый.
— Ну а кто красивее: он или я? — закончив с расписанием, Янь Фүшэн щелкнул еще и личные данные вместе со списком научных публикаций.
— И... оба красивы. По-своему.
Закончив съемку, Янь Фүшэн вернул ноутбук сидевшему рядом парню, еще раз поблагодарил его и поднялся на ноги.
— Э-э, погодите, — видя, что он собирается уходить, парень наконец набрался храбрости и с пылающим лицом попросил: — Можно ваш...
— Малыш, — Янь Фүшэн с первого взгляда раскусил его намерения. — Прости, но твой старший брат не любит омег.
Заметив явное разочарование на лице юноши, Янь Фүшэн было хотел просто развернуться и уйти, но, сделав пару шагов, обернулся:
— Раз уж вы мне только что помогли, держите совет на дорожку.
Он широко взмахнул рукой, указывая на свой подбородок:
— Видели лицо этого старшего брата?
— Угу, — растерянно кивнули покрасневшие студенты.
— Запомните: если решите заводить романтику, держитесь от таких людей, как я, за километр. Понятно?
Заметив, что те стоят растерянные, ошеломленные и даже дышат с трудом, Янь Фүшэн намеренно одарил их умопомрачительно нежной улыбкой, развернулся и зашагал прочь, не оглядываясь.
Листая на ходу только что сделанные на телефон снимки, он добрался до стоянки, сел в машину и набрал номер своего помощника.
— Сабрина, у меня сегодня планы, в офис не приеду.
— Концепт уже утвержден, переделывать ничего не буду. Если им что-то не нравится, пусть идут и жалуются «Старичку».
— Если этот Старичок не может с этим справиться, значит, он бездарность, мне-то какое дело...
— Бла-бла-бла... Короче, мне плевать, у твоего брата сегодня грандиозные планы, некогда мне с тобой болтать, я поехал переодеваться...
Сбросив вызов, Янь Фүшэн крутанул руль, надавил на газ, и машина сорвалась с места, мгновенно вылетев со стоянке.
Во второй половине дня, закончив последнюю на сегодня пару, Цзин Юньань собрал вещи и вышел из главного корпуса.
Однако стоило ему свернуть с тропинки, как он заметил неподалеку необычное зрелище, привлекшее всеобщее внимание.
На университетской дорожке был припаркован тюнингованный матовый черный внедорожник в максимальной комплектации. Он напоминал притаившегося в засаде свирепого зверя, который, даже затаившись посреди равнины, выглядел невероятно вызывающе.
А рядом с дверцей стоял Янь Фүшэн, чьего одного смазливого лица было более чем достаточно, чтобы привлекать всеобщее внимание, не говоря уже о том, что с головы до ног он был обвешан люксовыми брендами.
Весь его облик являл собой кричащую смесь показушной скромности с внутренней дерзостью и бунтарством.
Цзин Юньань не удержался от насмешливого фырканья, покачал головой, застегнул пальто наполовину и направился в сторону парковки.
— Профессор Цзин~
Заметив, что тот приближается и явно собирается пройти мимо, Янь Фүшэн тут же преградил ему дорогу.
— Рабочий день окончен, куда это вы так спешите? — с этими словами он распахнул заднюю дверь. — Я вас подброшу.
Увидев это, Цзин Юньань не удержался и бросил взгляд на салон машины: роскошный, но без излишней вычурности, наполненный чувством стиля. Настолько уникальный, что в нем сразу угадывался почерк Янь Фүшэна — столь же незабываемый, как и его хозяин.
— Какая роскошная машина... — не смог он сдержать взгляда.
— Тогда нечего просто пялиться, — Янь Фүшэн сделал приглашающий жест. — Моя машина, как и я сам: снаружи золоченая, да внутри свирепая.
Просто так отделаться сегодня не удастся, понял Цзин Юньань и лишь усмехнулся, садиться в салон не спеша.
— Благодарю, но мне с моей дикой кошачьей натурой лучше не соваться в такие места — того гляди костей не соберешь. Пожалуй, поеду на своем скромном четырехколесном друге.
Сказав это, он собрался уходить.
Янь Фүшэн снова перегородил ему дорогу:
— Чем это дикие кошки вам насолили, что вы так черните их репутацию?
Цзин Юньань приподнял брови.
Янь Фүшэн подался вперед, в упор глядя в его янтарные глаза:
— Да вы сами — та самая Белая Кость, что трижды обманула Сунь Хоуцзы: сбиваете смертных с пути истинного и убиваете без единого следа.
Цзин Юньань посмотрел на него в ответ, и на его губах медленно расцвела двусмысленная, предупреждающая улыбка:
— И ты после этого осмеливаешься связываться со мной?
— А я — лишь тень от шерстинки того царя обезьян, у меня есть пылающие золотом очи Великого Мудреца, так что с такой нечистью, как вы, справляться только мне.
Заметив, что те снова норовят сойтись в поцелуе, Цзин Юньань вновь грациозно отвернулся, избегая контакта:
— Тень остается тенью, ей не стать подлинным телом.
С этими словами он оттолкнул лицо Янь Фүшэна:
— Не трать время зря, альф я не ем, а таких, как ты... тем более.
— Поищи кого-нибудь другого.
Произнеся это, он без малейших колебаний обошел Янь Фүшэна и зашагал к стоянке.
— Тем больше причин остаться. Вы не едите альф, а я ем только альф — мы же идеальная пара!
Янь Фүшэн прислонился к машине, глядя вслед чересчур небрежно махавшей на прощание руке, и в его глазах пылал охотничий азарт.
Он все отчетливее чувствовал, как прежнее беспокойство постепенно разливается от сердца по всему телу, принимаясь методично пожирать каждый его нервный окончаний.
Заставляя кожу зудеть от нестерпимого желания.
http://bllate.org/book/30634/3735153
Готово:
