Отлично, сегодня удастся уйти с работы вовремя.
Он в несколько глотков допил колу, протянутую ассистентом, бросил банку в урну и отправился в раздевалку переодеваться в повседневную одежду. Сегодня он специально захватил с собой выглаженную белую рубашку и чёрные брюки, застегнул верхнюю пуговицу и завязал галстук, как вдруг перед ним возник чей-то раздражающий силуэт.
— Ого, доктор Цзян, чего это вы сегодня так официально нарядились? — Шэнь Фанюй был одет в шёлковую рубашку в чёрно-бело-синюю вертикальную полоску с расстёгнутыми верхними пуговицами, подол которой небрежно заправили в брюки, а чёлку зачесали назад, отчего он выглядел невероятно ярко.
Он легкомысленным взглядом подцепил галстук Цзян Сюя:
— Куда собрался?
Цзян Сюй резким движением вытянул галстук обратно, принялся поправлять его перед зеркалом, и на всём его лице читалось нежелание возиться с собеседником.
Шэнь Фанюй скрестил руки на груди, прислонился к стене и, наблюдая за тем, как тот завязывает галстук, поинтересовался:
— А знаешь, почему я в тот день оспаривал у тебя операционную?
Цзян Сюя совершенно не волновало, чем занимался Шэнь Фанюй, он знал лишь одно: тот отбил операционную потому, что Чжун Лань пригласила его сегодня поужинать, и именно поэтому он так тщательно нарядился для свидания.
Шэнь Фанюй последовал за ним к выходу, источая сплошную провокацию:
— И что с того, что я уступил тебе совместную операцию с Чжун Лань? В конце концов она всё равно выбрала меня. — Он заявил: — Между прочим, сегодня Чжун Лань пригласила меня на ужин.
Ах вот оно что, неужто вырядился как павлин в брачный период.
Стоп...
Цзян Сюй вдруг посмотрел на Шэнь Фанюй с усложнённым выражением лица:
— Что ты сейчас сказал?
— Чжун Лань пригласила меня поужинать, — самодовольно произнёс Шэнь Фанюй. — Не завидуй, доктор Цзян, твоя судьба ещё впереди.
— ...
Помолчав пару мгновений, Цзян Сюй произнёс:
— Меня она тоже пригласила.
Воочию наблюдая, как бахвальство на лице Шэнь Фанюя постепенно сменяется оцепендением, Цзян Сюй холодно усмехнулся:
— Самоуверенный глупец.
— Черт возьми, — Шэнь Фанюй остолбел. — С какой стати ей звать тебя? На что она вообще в тебе зарилась — на твою маниакальную чистоплотность, вечно мёртвое лицо или холодность?
— Сам ты холодный, — парировал Цзян Сюй. — Стоит тебе воткнуть хвост, и сразу распустишь павлиний хвост, только у кого-то должно быть совсем плохо со зрением, чтобы на тебя запасть.
— Мужчины... пожалуйста, не ссорьтесь. — Мягкий и приятный женский голос прервал их пикировку. Доктор Чжун стояла перед внедорожником и, неловко взмахнув рукой, призвала обоих сохранять хладнокровие: — Садитесь в машину.
Два заместителя заведующего отделением, только что грызшиеся друг с другом, мгновенно сменили выражения лиц на вежливые и учтивые, одновременно кивнув и улыбнувшись Чжун Лань:
— Спасибо за заботу.
Внедорожник оказался большим, и заднее сиденье было на удивление просторным, однако оба доктора сидели на таком расстоянии друг от друга, будто нарушали чужие границы, и между ними вполне поместился бы рослый мужчина с круглым животом. Оба упорно смотрели в окна, казалось, вдохни они хоть казочку воздуха, выдохнутого соперником, и это стало бы для них смертельным.
Чжун Лань тяжело вздохнула.
Ей совсем не улыбалось ввязываться в давнюю вражду этих двоих, и после долгих раздумий лучшим способом отказа она сочла предельную откровенность.
Поэтому в роскошно оформленном ресторане Цзян Сюй и Шэнь Фанюй увидели ещё одну девушку с высоким, аккуратно собранным хвостом. Она привычным движением взяла Чжун Лань под руку и обратилась к двум докторам:
— Слышала, вы оба в отделении всегда так заботились о нашей Лань Лань. Я бесконечно вам за это благодарна.Не за что, это мой долг, — Шэнь Фанюй автоматически принял девушку с высоким хвостом за подругу Чжун Лань и улыбнулся ей: Мы помогаем друг другу.
Цзян Сюй лишь равнодушно скользнул взглядом по Шэнь Фанюю, который высказал всё за него, и в конце концов просто вежливо улыбнулся девушке с высоким хвостом: Здравствуйте.
Девушка с высоким хвостом заметила реакцию обоих врачей, многозначительно улыбнулась Чжун Лань, а затем подняла бокал: Поэтому я, как её девушка, сегодня специально пригласила вас двоих на скромный ужин, чтобы выразить свою благодарность.
Цзян Сюй и Шэнь Фанюй: ?
Глава 2. Опьянение
Это был не скромный ужин, а званый обед на краю пропасти, где объявляли о своих правах.
Ещё секунду назад ожесточённо спорившие друг с другом мужчины в мгновение ока поняли, почему Чжун Лань позвала их на ужин одновременно. Цзян Сюй и Шэнь Фанюй переглянулись и одновременно презрительно фыркнули, отвернувшись друг от друга.
Цзян Сюй не испытывал предрассудков к гомосексуальным отношениям, но, услышав эту новость, всё же невольно почувствовал лёгкую досаду.
Все эти годы из-за соперничества с Шэнь Фанюем он был так загружен работой, что у него совершенно не оставалось времени на романтические отношения. Лишь когда давление со стороны семьи стало невыносимым, у него появилась мысль найти пару.
У Чжун Лань был прекрасный характер, к тому же работала она рядом, и Цзян Сюй всегда испытывал к ней симпатию, поэтому он без колебаний решил начать ухаживания. Кто бы мог подумать, что практически в то же время Шэнь Фанюй открыто заявит о намерении добиваться Чжун Лань. Они целый месяц играли роль соперников в любви со всей серьёзностью, но никак не ожидали, что у Чжун Лань уже давно есть избранница, а они оба даже не прошли проверку по половому признаку.
Цзян Сюй ел в последний раз утром — это были паровые булочки, а в обед между операциями он выпил лишь пакетик молока. В итоге идеальный ужин при свечах оказался совсем не тем, что он себе представлял: с одной стороны, он был голоден, а с другой — еда перед глазами казалась ему совершенно безвкусной.
Ужин подошёл к концу, и каждый думал о своём. Девушка Чжун Лань собралась оплатить счёт, но Цзян Сюй остановил её — платить самому во время ужина с девушкой уже стало его привычкой. Однако не успела Чжун Лань возразить, как Шэнь Фанюй опередил его и расплатился первым.
Ну надо же, даже в этом решили посоревноваться.
Цзян Сюй мысленно закатил глаза. Четвёрка распрощалась у входа в ресторан. Глядя, как Чжун Лань и девушка с высоким хвостом, счастливые, удаляются рука об руку, двое отвергнутых мужчин остались стоять на месте, потеряв дар речи и с глубокой тоской на лицах.
Наконец Цзян Сюй глубоко вздохнул, взял себя в руки и собрался вызвать такси, чтобы поехать домой — в конце концов, завтра с утра ему предстояло вести первую операцию, — но Шэнь Фанюй неожиданно протянул к нему руку.
Цзян Сюй, держа в руках телефон, озадаченно посмотрел на него, а тот с абсолютно невозмутимым видом произнёс: Я угощаю ужином только девушек. Возвращай деньги за еду.
У тебя лицо из городской стены построено? — Цзян Сюй с недоверием посмотрел на Шэнь Фанюя, едва ли не желая препарировать его лицо, чтобы проверить, толще ли оно обычного ровно в два раза.
Не хочешь платить — тогда угости меня выгокой, — Шэнь Фанюй указал на бар по соседству с рестораном. — У меня на душе скребут кошки.
Цзян Сюй перевёл взгляд обратно на телефон: У меня на душе тоже.
Ну тогда тем более пойдём вместе. — Не дожидаясь согласия Цзян Сюя, Шэнь Фанюй закинул руку ему за шею и потащил сопротивляющегося мужчину в заведение.
С брезгливым видом смахнув руку Шэнь Фанюя, Цзян Сюй поднял глаза и тут же упчялся взглядом в вывеску с четырьмя иероглифами: Бар «Ад».
http://bllate.org/book/30631/3734806
Готово:
