Столь серьезная Шэнь Лань казалась даже на редкость симпатичной...
Подобная мысль всплыла совершенно неожиданно, заставив его самого улыбнуться собственному абсурду.
Подумаешь, всего лишь ребенок, который еще даже толком не вырос — какая уж тут красота, до какой степени ей вообще можно быть красивой?
Усмехнувшись, он перевернулся на другой бок и заснул.
В задней пристройке Бамбукового дворца Му Е, Вэй Дун и остальные один за другим закончили приготовления и устроились на постелях.
Хотя у них и появился хозяин, жил он вовсе не во дворце, так что по сравнению с другими младшими евнухами им жилось куда вольготнее.
По крайней мере, они могли загодя возвращаться в собственные комнаты.
Ночь постепенно сгущалась, в помещении раздавалось то затихающее, то вновь нарастающее ровное дыхание. Во тьме медленно приоткрылась пара глаз — это был как раз Му Е.
Он открыл глаза, некоторое время всматривался в темноту, после чего совершенно естественным движением перевернулся. Убедившись, что все вокруг крепко спят, он поднялся так же непринужденно, будто собрался справить нужду пораньше, а его рука стремительно рассекла воздух, из-за чего размеренное дыхание поблизости едва уловимо стало тяжелее.
Му Е встал, пошарил в своем сундучке, вытащил тонкую вышивальную иглу и маленький бумажный сверток. Больше не глядя на нескольких человек, свернувшихся калачиком и спавших лицом на юг, он толкнул дверь и вышел.
Чистый и яркий лунный свет струился волнами, освещая каждого, кто оказывался под ним.
Му Е бесшумно заскользил в тени, то и дело избегая патрульных стражников, и легко проскользнул в Зал Цзяньдэ.
Он остановился в тени каменной скульптуры снаружи Зала Цзяньдэ и замер, одурманенный струящимся подобно воде лунным светом, тупо уставившись на черную лакированную доску с вызолоченными иероглифами.
Патрульные стражники с фонарями то приближались, то удалялись. Наконец Му Е пришел в себя, уголки его губ изогнулись в улыбке. Прислушавшись и убедившись, что вокруг никого нет, он одним прыжком преодолел высокую стену и проник внутрь зала.
В Зале Цзяньдэ тоже дежурили дворцовые евнухи и слуги, но Му Е слишком хорошо знал это место. Шел себе без помех и вскоре добрался до главных покоев, где почивал Ци Сюань, легко и изящно перешагнув порог внутренней комнаты.
Едва ступив туда, Му Е уловил откуда-то снаружи едва слышный шорох. Он беззвучно усмехнулся и замер на месте.
Там, похоже, ничего не обнаружили, и спустя мгновение всё стихло.
Дежурившая в передней комнате дворцовая служанка, видимо, что-то расслышав, сонной приподнялась и негромко позвала:
— Высочество?
Ее голос был легким и тонким, пробудить крепко спящего Третьего принца он не мог, зато заставил Му Е и тех двоих снаружи настороженно замереть.
Не дождавшись ответа, служанка снова легла на кушетку.
Циркуляция внутренней энергии Му Е ускорилась, шаги стали абсолютно бесшумными, и он постепенно приблизился к постели.
Двое людей снаружи не смели делать лишних движений из-за служанки, опасаясь выдать свое присутствие из-за малейшей неосторожности.
Будучи императорскими тайными стражами, они бы жутко опозорились, если бы их обнаружила какая-то лишенная всякой силы служанка.
Прислушавшись некоторое время и ничего не заметив, они переглянулись и были вынуждены успокоиться.
Они являлись императорскими тенями, взращенными самим двором, и в этом мире ускользнуть от их слуха могли разве что тайные стражи более высокого ранга да еще горстка других людей.
Но ведь Третий принц — всего лишь ребенок, растущий в глубоких покоях дворца, с чего бы ему переходить дорогу тем самым людям? Заставлять их пренебрегать законами дворца и вламываться сюда глубокой ночью ради мести?
Если бы действовали императорские стражи высшего ранга, не говоря уже о том, смогли бы они их остановить, даже самой причины для нападения не существовало.
Третий принц не был ни старшим сыном законной жены, ни первенцем, ничем не превосходил остальных принцев, и к тому же являлся частью императорской крови — тайные стражи никогда бы не пошли на такое.
Поразмыслив так, оба стража успокоились.
А раз они успокоились, это сыграло на руку Му Е.
Он прислушался, склонив голову, в его глазах блеснул огонек. Спрятав маленький бумажный сверток, он зажал между пальцами крошечную вышивальную иглу.
Бесшумно раздвинув полог кровати, он провел загрубевшими пальцами по телу Ци Сюаня, отчего дыхание спящего тут же стало немного глубже.
Удовлетворенно кивнув, Му Е неслышно забрался на ложе, не издав ни звука.
Прищурившись, он окинул Ци Сюаня оценивающим взглядом, словно глядя на рыбу, лежащую на разделочной доске, и вновь довольно кивнул.
В полумраке полога мелькнуло несколько холодных огоньков, стремительно и точно вонзившись в акупунктурные точки Ци Сюаня. Его тело слегка задрожало, но он продолжал крепко спать.
Прошло около времени палочки благовоний, прежде чем Му Е убрал иглу. Его бледное лицо покрылось капельками мелкого пота, однако на губах застыла довольная, злорадная улыбка.
Внимательно осмотрев Ци Сюаня, он на мгновение присел, скрестив ноги, чтобы восстановить дыхание, а затем тихонько выбрался из постели и, не потревожив ни единой души, вернулся в заднюю пристройку Бамбукового дворца.
Лобком набок опустившись на постель, Му Е закрыл глаза и заснул.
Разве ты не жаждешь трона, не хочешь взойти на вершину? Что ж, давай-ка я посмотрю, как ты, не способный иметь потомство, сможешь успешно воцариться!
Утром в час мао во дворце отперли заставы. Вэй Дун и Му Е спозаранку привели себя в порядок, собираясь отправиться к Бамбуковому дворцу за утренним обедом. По дороге Му Е заметил, что Вэй Дун выглядит нерешительным, мнется и топчется на месте, словно хочет что-то сказать, но не решается.
Му Е поднял глаза, окинул взглядом окрестности и, убедившись, что вокруг хоть и не пусто, но все находятся на изрядном расстоянии, понизил голос:
— Что с тобой? Случилось что-то важное?
Вэй Дун перевел взгляд на Му Е, взвесил всё в уме и в конце концов покачал головой:
— Ничего.
Му Е еще раз глянул на Вэй Дуна и, заметив, что тот уже взял лицо под контроль, больше не стал расспрашивать.
Хотя они оба служили Шэнь Ланя, все же были знакомы без году неделя, и о какой-то крепкой дружбе говорить пока не приходилось.
Получив утренний обед, они вернулись в покои Шэнь Ланя в Бамбуковом дворце и нос к носу столкнулись с самим Шэнь Ланем, который как раз прибыл во дворец.
Будучи компаньоном для учебы, Шэнь Лань должен был позавтракать дома, прежде чем явиться во дворце, но кто бы мог подумать, что он прибудет так рано.
http://bllate.org/book/30595/3729713
Готово:
