У Ди пришел в ярость: — Ло Цзысу, не слишком ли ты зашел далеко? Я плеснул в тебя всего лишь бокалом, а ты в ответ решил использовать десять бутылок?
Ло Цзысу, глядя на Шао Чжаня своими ясными, исполненными чувств глазами, спросил: — Господин Шао, что вы об этом думаете?
— Если я вылью в ответ, будем квиты. Как вам такое?
— Квиты? — Ло Цзысу усмехнулся. — Я не настолько покладист. Никаких квитов.
Вскоре официант принес заказ, и десять бутылок виски заняли почти весь стол.
Ло Цзысу поднялся, взял одну из бутылок и подошел к Шао Чжаню: — Шао Чжань, если ты меня попросишь, я, возможно, подумаю о том, чтобы считать нас квитами.
Шао Чжань был на голову выше, он опустил взгляд, изучая дерзкого Ло Цзысу. Он не разозлился, а лишь усмехнулся и искренне поинтересовался: — Умолять других — это искусство, которым я, увы, не владею. Если у молодого господина Ло есть опыт, может, научите?
Шао Чжань казался человеком сдержанным и скромным, с уголков его губ почти никогда не сходила мягкая, доброжелательная улыбка, но умел он осадить так, что мало не покажется. Он никогда не проявлял эмоций открыто и не срывался на крик, предпочитая тактику отступления ради наступления, пряча свои истинные чувства за маской улыбки. Это заставляло других чувствовать себя так, будто их подожгли изнутри, но выплеснуть ярость было не на кого — от этого становилось только гаже.
Ло Цзысу терпеть не мог таких вот двуличных типов. Они были умны, расчетливы, и каждое их слово или жест имели двойное дно. Общаясь с ними, нужно было постоянно держать ухо востро и трижды обдумывать их слова, иначе в одно мгновение можно было угодить в заранее расставленную ловушку.
И сейчас было то же самое: Шао Чжань ждал, когда Ло Цзысу выйдет из себя.
Но Ло Цзысу не собирался потакать его желаниям. Одной рукой он придерживал бутылку виски, а другой ухватил Шао Чжаня за воротник и притянул ближе. Аромат белого чая стал гуще, и Ло Цзысу отчетливо увидел черные, словно вороново крыло, ресницы Шао Чжаня.
— Раз уж ты такой прилежный ученик, я с радостью тебя обучу.
Произнеся это небрежным тоном, Ло Цзысу перевернул бутылку, заливая виски прямо под воротник рубашки Шао Чжаня. Янтарная жидкость потекла по коже, и вскоре черная рубашка и брюки Шао Чжаня промокли насквозь, будто он только что вышел из воды.
Шао Чжань даже бровью не повел, лишь холодно прошипел: — Господин Ло преподает превосходно. Может, мне еще и поаплодировать вам?
Этот человек действительно умел выводить из себя, а его манера речи просто напрашивалась на неприятности.
Первая бутылка опустела. Ло Цзысу поднял руку, и стоящий рядом человек, поняв его без слов, поспешно протянул вторую.
— Аплодисменты ни к чему. Лучше постарайся впитать в себя мои уроки, в конце концов, такой шанс выпадает нечасто.
Сказав это, он снова поднял бутылку.
У Ди, стоявший за спиной Шао Чжаня, поспешно подал голос: — Господин Чжан, вы пришли! Мы здесь!
Ло Цзысу проследил за его взглядом и увидел, как к ним приближается глава Юньчуан Кэцзи Чжан И.
— Какая здесь оживленная компания. Малыш Шао, ты с ними знаком?
Было очевидно, что Чжан И пришел поддержать своих, и каждое его слово дышало защитой. Ло Цзысу отпустил воротник Шао Чжаня, а тот обернулся к Чжан И: — Это старый знакомый, мы просто беседуем по душам.
Чжан И спросил: — Теперь договорили? Если да, пойдем выпьем со мной.
Чжан И развернулся и направился к соседнему диванчику, ожидая, пока за ним последуют. У Ди тоже подхватил: — Молодой господин Ло, может, отпустите его? У нас еще есть дела.
Нужно было дать Чжан И сохранить лицо. Ло Цзысу отвел взгляд и бросил Шао Чжаню: — Отлично, быстро учишься, умеешь делать выводы: сам напросился на неприятности, а потом не забыл позвать подмогу.
Шао Чжань усмехнулся: — А как иначе? Приходится беречь силы молодого господина Ло.
Ло Цзысу, не договорив, с ледяным выражением лица опустился на диван. Остальные боялись к нему приближаться, и только Шао Цинюэ подсел ближе: — Брат Су, Шао Чжань недолго будет торжествовать. Я уже рассказал Шао Юю о том, как Шао Чжань подставил нас, и о том, что он — владелец Юньчуан Кэцзи. Шао Юй — тот еще бешеный пес, он точно не оставит его в покое. Я разузнал: Шао Юй хочет прибрать Юньчуан Кэцзи к рукам и уже нанял людей, чтобы разделаться с Шао Чжанем. Помнишь прошлогоднюю историю? Шао Юй, чтобы получить акции одной компании, загнал владельца в больницу, да так напугал, что тот был вынужден продать свой бизнес за бесценок.
Цена была смехотворной, а Шао Юй на этом баснословно заработал. У этого человека не было ни капли совести, что очень помогало ему грести деньги лопатой. А теперь, когда Юньчуан Кэцзи только что получила проект от Юньчуан Кэцзи, да еще и с таким управлением — Шао Юй просто не мог не положить на них глаз. Все, на что нацеливался Шао Юй, он получал любыми средствами.
Шао Цинюэ продолжал: — Шао Чжань зашел слишком далеко, я думаю, на этот раз ему не поздоровится.
Ло Цзысу действительно помнил ту историю. Хотя это было громкое дело, его удалось замять так плотно, что не возникло ни единой ряби. Именно после того случая Сун Цзинь велела Ло Цзысу держаться от Шао Юя подальше и не нарываться. Шао Чжань притворялся покорным, а сам за спиной строил козни Шао Юю. Разве Шао Юй простит ему такое поражение?
Лицо Ло Цзысу помрачнело, он холодно ответил: — Нас это не касается.
Что бы ни случилось с Шао Чжанем в итоге, это его собственный выбор, и никого другого он не касается. Подумав об этом, Ло Цзысу взглянул на соседний диван. Он не знал, о чем говорит Шао Чжань, но тот в этот момент как раз посмотрел в его сторону. Шао Чжань расстегнул еще две пуговицы, обнажив белую кожу под черной рубашкой, и одарил Ло Цзысу взглядом, полным скрытой угрозы. Затем он отвел глаза и продолжил беседу с Чжан И.
Ло Цзысу смотрел на него некоторое время, но внезапно почувствовал, что все это стало скучным, поэтому, отбросив мысли, вернулся к выпивке с Шао Цинюэ и остальными. Они любили играть в игры, и, зная, что Ло Цзысу не играет на деньги, выбирали что-то простое.
Неизвестно, сколько они выпили — пустые бутылки на столе сменяли одна другую. Ло Цзысу небрежно взглянул на соседний диван: Чжан И и У Ди куда-то исчезли, и там остался только один Шао Чжань. А вскоре и он поднялся и ушел.
Ло Цзысу выпил слишком много, в желудке стало тяжело, и его затошнило. Он встал и спустился на этаж ниже, в уборную, надеясь облегчить свое состояние. Но едва он толкнул дверь в мужской туалет, как перед глазами предстала картина, поразившая его: двое мужчин целовались. Особенно неприятно было то, что один из них был одет в красную футболку с глубоким вырезом. Ло Цзысу не любил судить о чужих чувствах, но все же считал, что у людей должен быть хоть какой-то стыд, чтобы не уподобляться животным.
Ло Цзысу вышел, подавляя позывы к рвоте, и направился к заднему выходу. Этот район примыкал ко второму транспортному кольцу, а за баром начинались старые, приземистые переулки Цзиннань. Места здесь были древние, пропитанные духом ушедших времен.
Ло Цзысу открыл дверь и вышел наружу, как вдруг услышал крики и ругань.
— Ты, мать твою, подпишешь или нет? Не подпишешь — убьем!
— Да чего с ним церемониться? Сначала сломаем ему пять пальцев, посмотрим, останется ли он таким несгибаемым.
— Здесь нет камер, если прикончим — ничего не будет.
Ло Цзысу перевел взгляд и увидел Шао Чжаня, зажатого в углу стены; вид у него был крайне жалкий. Его тонкие, аристократичные черты лица даже сейчас казались притягательными: несмотря на кровь на губах и синяк под глазом, в нем чувствовалась некая хрупкость.
— Хотите попробовать? — не унимался он, продолжая провоцировать их.
Ло Цзысу икнул от выпитого спиртного, и этот внезапный звук заставил переулок замолчать. Все взгляды, включая взгляд Шао Чжаня, устремились на него.
Ло Цзысу махнул рукой: — Продолжайте, я просто зашел прочистить желудок.
С этими словами он подошел к мусорному баку и его вырвало. Вечером он почти ничего не ел, поэтому сейчас выходило только спиртное. Язык у Ло Цзысу онемел, он ничего не чувствовал, но подумал, что содержимое желудка должно быть кислым.
Драка продолжалась, а Ло Цзысу прополоскал рот минеральной водой. Бутылка быстро опустела, он с силой смял ее и бросил в бак. Не раздумывая, он направился к выходу. Жив Шао Чжань или мертв — его это не касалось.
Сделав пару шагов, Ло Цзысу остановился. В голове всплыл последний взгляд Шао Чжаня: в нем читались властность, капля жалости к себе и упорное нежелание сдаваться. Ло Цзысу вспомнил, как в детстве его травили, и как он оставался в полном одиночестве. Хотя Шао Чжань сам виноват в своих бедах, каждый человек должен оставлять себе пути к отступлению. Нельзя же перекрывать все дороги — а вдруг настанет день, когда придется просить помощи у того же Шао Чжаня? Если он сделает ему одолжение, у него будет рычаг давления.
С этой мыслью Ло Цзысу повернул обратно.
Когда он снова открыл дверь, все взгляды опять сосредоточились на нем. Ло Цзысу схватил стоявшую рядом швабру, ударом ноги сбил с нее мешающую насадку и процедил: — Если не хотите сдохнуть — валите отсюда, мать вашу.
— Еще один нашелся, любитель совать нос не в свое дело, — сказал главарь. — Парень, это тебя не касается. Если не хочешь сдохнуть, проваливай, не мешай нам работать.
Ло Цзысу не из тех, кого можно испугать парой угроз. Он с улыбкой подошел ближе: — В последнее время меня тянет на острое, пересолил еду, вот и скучно стало.
— Ищешь смерти? — кулак полетел ему прямо в лицо. Ло Цзысу быстро уклонился, тут же ударив обидчика локтем, и тот с воплем рухнул на землю.
Увидев это, остальные быстро переключились на Ло Цзысу. Сун Цзинь с детства заставляла его заниматься саньда, часто повторяя, что они никого не обижают, но и в обиду себя давать не должны. Поэтому ее сын был обязан владеть навыками самообороны. В схватке один на один у Ло Цзысу определенно были шансы на победу, но против нескольких противников пришлось туго. К тому же, из-за выпитого спиртного реакция была замедленной, и в ходе драки Ло Цзысу получил несколько легких травм. Однако его противникам досталось куда сильнее, Ло Цзысу худо-бедно удавалось брать верх.
Вскоре в замес включился и Шао Чжань, постепенно пробившись к Ло Цзысу. Ло Цзысу подумал, что Шао Чжань еще не совсем пропащий, раз знает, как помогать.
Только он успел ударить ногой одного из нападавших, как его левую руку крепко сжал Шао Чжань: — Все еще дерешься? Бежим!
http://bllate.org/book/30579/3728088
Готово:
