Дойдя до середины пути, они услышали позади резкий звон. Сдавая назад, к ним приближался трёхколесный велосипед, груженный вторсырьем, а управлявший им мастер выкрикивал на местном наречии: «Скупаем старье! Скупаем медь, железо, рваные резиновые калоши!»
Цзян Ифань, с головой погрузившись в чтение книги китайских мифов, ничего не замечал вокруг. Ли Хань внезапно схватил его за руку и рывком оттащил за спину.
Книга с глухим звуком упала на землю, а трехколесный велосипед пронесся мимо, едва не задев их плечами — расстояние между машиной и людьми составляло всего несколько сантиметров.
Цзян Ифань вздрогнул. Он проводил взглядом удаляющийся транспорт, а затем посмотрел на Ли Ханя, еще не успев прийти в себя от испуга.
Ли Хань разжал руку и сказал:
— Смотри под ноги.
Цзян Ифань кивнул, наклонился, чтобы поднять книгу, и больше не пытался читать на ходу.
Наступило время ужина, и узкие улочки наполнились всевозможными ароматами. Ли Хань и Цзян Ифань обошли квартал по кругу, но так и не смогли решить, чего им хочется.
Попетляв еще немного, Ли Хань наконец предложил:
— Может, заглянем вглубь переулка? Мы обычно туда не ходим.
Цзян Ифань согласно кивнул.
По мере того как они углублялись в переулок, людской поток редел, а шум города постепенно затихал.
Проходя мимо лапшичной, Ли Хань остановился и взглянул на меню, приклеенное у входа: говяжья лапша, лапша с вонтонами, лапша с рыбными шариками, лапша с икрой креветок.
Выбор был невелик. Ли Хань перевел взгляд внутрь заведения, разглядывая тарелки перед посетителями.
Порции оказались довольно внушительными.
Пока он наблюдал, Цзян Ифань указал на кассу и наклонился к самому уху Ли Ханя:
— Это не тот парень, которого мы встретили пару дней назад у твоего дома?
Ли Хань проследил за жестом Цзян Ифаня и увидел мальчишку, который, встав на цыпочки, принимал от посетителя бумажные купюры. Затем он открыл ящик, достал несколько монет и очень тщательно пересчитал их, прежде чем вложить в руку клиенту.
— Это он, — подтвердил Ли Хань.
— Давай поедим здесь? — предложил Цзян Ифань.
Ли Хань не возражал и шагнул в лапшичную.
Стоявший у кассы мальчик обернулся на шум шагов, и, узнав Ли Ханя, его глаза слегка блеснули.
Ли Хань махнул ему рукой:
— Сюй Цзэлинь, я ведь не ошибся, это твое имя?
Сюй Цзэлинь покачал головой и застенчиво улыбнулся.
Помещение лапшичной было крошечным: всего четыре маленьких деревянных столика, выстроенных в ряд с левой стороны. Справа, помимо кассы, стоял прямоугольный стол. За ним стояла женщина средних лет; она работала боком к Ли Ханю — набирала воду и месила тесто.
Ли Хань был внимателен и, понаблюдав за женщиной несколько секунд, заметил, что у нее проблемы со зрением: глаза при замешивании теста были расфокусированы, она смотрела словно в пустоту перед собой.
Ли Ханя это тронуло, но он не показал вида. Он перевел взгляд на Сюй Цзэлиня, стоявшего у кассы, и его голос невольно стал мягче:
— Нам, пожалуйста, две порции лапши с вонтонами.
Сюй Цзэлинь спрыгнул с маленькой табуретки и припустил на кухню. Ли Хань проводил его взглядом и увидел внутри еще одну женщину. Кухня была окутана паром, но даже сквозь него можно было разглядеть тонкие, изящные черты лица, отдаленно напоминавшие женщину, сидевшую в зале.
Ли Хань услышал, как Сюй Цзэлинь назвал ее сестрой.
Значит, женщина средних лет в зале — это мама Сюй Цзэлиня.
Всего за несколько минут Ли Хань разобрался в семейном положении мальчика: мать и сестра есть, а вот отца пока не видно.
Неужели все так, как говорила Мэн Цяньлин, и отец Сюй Цзэлиня — убийца, который с ними не живет?
Аромат еды прервал размышления Ли Ханя. Сестра Сюй Цзэлиня вышла с тарелкой лапши, поставила ее на стол и сказала:
— Вторая порция будет чуть позже, подождите немного.
В бульоне плавали зеленый лук и кинза, на дне виднелась тонкая, как нити дракона, лапша, а сверху — несколько полупрозрачных, аппетитных вонтонов, сквозь тонкое тесто которых просвечивали креветки.
Цзян Ифань, поглощенный чтением, не поднимая головы, сказал Ли Ханю:
— Я не голоден. Ешь первым.
Ли Хань, который уже проголодался, подхватил тарелку и сделал большой глоток бульона. Вкус был превосходным, и он довольно причмокнул.
Вскоре сестра Сюй Цзэлиня принесла вторую порцию и, поставив ее перед Цзян Ифанем, опустила глаза и произнесла:
— Приятного аппетита.
Только тогда Цзян Ифань поднял голову и увидел, как выглядит принесшая ему еду девушка.
Его пальцы, перелистывавшие книгу, замерли, а взгляд невольно проводил девушку обратно на кухню.
Называть ее женщиной было бы не совсем верно: она выглядела совсем молодой, едва ли старше двадцати. По идее, она должна была еще учиться в старшей школе или университете.
Сейчас она стояла у плиты, окруженная клубами белого пара. Несколько выбившихся прядей волос прилипли к щекам, а на юном, невинном лице читалась явная усталость.
Цзян Ифань снова посмотрел на полную тарелку лапши и спросил Ли Ханя:
— Вкусно?
У Ли Ханя был полон рот, поэтому он мог только энергично кивнуть.
Цзян Ифань поднялся и подошел к дверям кухни. Поправив очки, он спросил:
— Девушка, у вас есть уксус?
Находившаяся внутри не ответила напрямую, а, повернув голову в сторону зала, крикнула:
— Сюй Цзэлинь, принеси гостям уксус!
Сюй Цзэлинь подхватил свою табуреточку, подбежал к стеклянному шкафчику у кухни, взобрался на нее и достал оттуда уже начатую бутылку старого уксуса из Шаньси.
Ли Хань проглотил лапшу и не удержался:
— Осторожнее там.
Сюй Цзэлинь обернулся, кивнул Ли Ханю, ловко спрыгнул с табуретки и поставил бутылку на их стол.
— Спасибо, — сказал Цзян Ифань.
Сюй Цзэлинь посмотрел на Ли Ханя и тихо ответил:
— Пожалуйста. — После чего, обхватив табуретку, вернулся к кассе.
Цзян Ифань откусил кусочек лапши:
— Кажется, этот мальчишка к тебе неравнодушен.
Ли Хань рассмеялся:
— Еще бы. Я всегда нравился людям, разве в нашей деревне найдется ребенок, который бы меня не любил?
— И то верно, — Цзян Ифань склонил голову и продолжил есть лапшу, не отрываясь от книги.
Посетителей в заведении было немного. В восемь вечера, кроме столика Ли Ханя и Цзян Ифаня, никого не осталось.
На улице изредка проходили прохожие. Многие лавки уже готовились к закрытию.
Ли Хань, сытый и довольный, подошел к кассе, чтобы расплатиться. Пока Сюй Цзэлинь отсчитывал сдачу, он заметил на краю стола раскрытую рабочую тетрадь.
http://bllate.org/book/30564/3726548
Готово:
