Полная луна висела в небе, и её свет проникал сквозь оконную решетку внутрь комнаты.
Сун Чжиюй бросил взгляд на окно, и только тогда сообразил, что сегодня пятнадцатое число.
Сон пропал, он поднялся, накинул на плечи шубу и решил выйти пройтись. Повернув голову, он заметил пустую тахту: подушка и одеяло по-прежнему аккуратно лежали на ней.
В последние дни погода потеплела, и Сун Чжиюй не чувствовал особого холода. Издалека он заметил, что в кабинете горит свет.
В комнате не жгли уголь в жаровне, и там было даже на несколько градусов холоднее, чем на улице.
Заметив, что пришедший — он, Сяо Ханьянь мгновенно сгнал с лица выражение раздражения, в спешке вскочил на ноги и чуть не опрокинул вазу на многоярусной полке.
— Ты чего пришёл? И даже нормально не оделся, так и простудиться недолго завтра.
Говоря это, Сяо Ханьянь снял со своих плеч чёрную шубу, положил её поверх белой шубы Сун Чжиюя и сам принялся вытаскивать жаровню, чтобы развести огонь.
На письменном столе лежала чистая бумага для указов, тушь в тушечнице высохла, а кисти на подставке тоже выглядели нетронутыми. Помимо этого, там не было абсолютно ничего.
Сун Чжиюй отвёл взгляд, плотнее запахнул на себе обе шубы и нахмурился:
— Ты собрался спать в кабинете?
— С чего бы? Просто делаю кое-какие дела, — непринуждённо ответил Сяо Ханьянь, и в его голосе не было ни малейшего намёка на смущение.
Такое объяснение не выдерживало никакой критики, и Сун Чжиюй, разумеется, ему не поверил. Он опустился в кресло с подлокотниками и уже собирался заговорить, как его прервали.
Раздался скрип — дверь снова отворилась. Сяо Гуйцзы держал в руках пиалу с отваром. У его ног он слегка замешкался, но тут же взял себя в руки:
— Хозяин, пора принимать лекарство.
Сун Чжиюй не упустил мимолётного колебания на его лице и с любопытством спросил:
— Что это за лекарство?
— Это просто…
— Заткнись! — Сун Чжиюй зыркнул на него, а затем перевёл взгляд на Сяо Гуйцзы: — Говори ты.
Судя по реакции Сяо Ханьяня сегодня, никаких срочных дел у него не было. Появление в кабинете посреди ночи само по себе выглядело странно, а уж приём лекарств и вовсе явно указывал на то, что от него что-то скрывают.
Вот только что это за отвар? Неужели старые раны и болезни дали о себе знать?
Сяо Ханьянь взял пиалу из рук слуги, поставил её на стол и знаком велел Сяо Гуйцзы объясниться.
Сяо Гуйцзы склонил голову и почтительно произнёс:
— Молодой господин, это лекарство от простуды. Хозяин за последние пару дней подхватил простуду, но наотрез отказывался пить лекарство. После долгих уговоров слуги хозяин согласился принять отвар, опасаясь заразить вас. Молодой господин, вы чувствуете себя нехорошо? Приказать кухне приготовить ещё одну порцию?
— Не нужно.
Сун Чжиюй холодным взглядом окинул Сяо Ханьяня, после чего посмотрел на пиалу с лекарством.
С тех самых пор, как он вернулся в Столицу, здоровье Сун Чжиюя оставляло желать лучшего. Подхватить простуду посреди лета случалось нередко, и уж кто-кто, а он прекрасно знал, каково на вкус лекарство от простуды.
Стоявшая на столе пиалушка внешне ничем не примечалась, но пахла совсем не так, как те целебные отвары, которые он пил раньше.
— Как раз в эти дни я тоже немного простудился.
Сун Чжиюй поднес со стола пиалу, собираясь сделать глоток.
Глава 8. Подделка
Сяо Ханьянь немедленно попытался его остановить:
— Если ты чувствуешь недомогание, я позову лекаря, не пей всякую дрянь.
— Рецептов от простуды всего-то пара штук, что в этом такого? Или же…
Фниксовые глаза Сун Чжиюя чуть сузились, а уголки губ приподнялись.
Сердце Сяо Ханьяня подскочило к самому горлу.
— С лекарством что-то не так?
Взгляд Сун Чжиюя скользнул ниже, остановившись в районе его живота.
Желая доказать, что с ним всё в порядке, Сяо Ханьянь напряг линию челюсти и воочию наблюдал, как Сун Чжиюй осушил всю пиалу до дна.
Вкус оказался горьковатым, с едва уловимой терпкостью. Лекарственные травы, применяемые при простуде, по большей части имеют тёплую и согревающую природу, а на вкус должны быть острыми.
Сун Чжиюй отставил пиалу. Раз уж Сяо Ханьянь позволил ему выпить это, значит, ничего опасного в отваре не было — скорее всего, это какой-то укрепляющий тоник.
Только вот Сяо Ханьянь обычно отличался крепким здоровьем и ещё не дошёл до того состояния, когда ему потребовались бы тонизирующие отвары. К тому же, бродить посреди глухой ночи без сна и специально идти в кабинет ради приёма снадобья выглядело крайне подозрительно.
Неужели он принимает лекарства слишком часто?
Сун Чжиюй перевёл взгляд на сидевшего рядом человека, медленно опустил глаза вниз, замер на мгновение и тут же отвёл их обратно.
Сяо Ханьянь всё это время внимательно следил за ним и не пропустил момент, когда его взгляд замер на определенном месте. Внезапно низ живота у Сяо Ханьяня болезненно сжался. Он слегка кашлянул, переводя тему:
— Плохо спишь по ночам? В комнате случайно не слишком холодно?
Сун Чжиюй покачал головой:
— Проснулся, тебя нет, вот и пришёл проверить.
— Специально шёл меня искать? Переживаешь?
В его словах сквозила доля игривости и лёгкое удивление.
Сун Чжиюй понимал, что тот намеренно уводит разговор в сторону и наверняка что-то от него скрывает, поэтому прямо спросил:
— Вчерашнее пари всё ещё в силе?
— Конечно в силе. Даже без всяких пари я бы делал для тебя всё, что нужно.
Поразмыслив немного и опасаясь, что его просьба может оказаться для того слишком обременительной, Сун Чжиюй переспросил:
— Любое дело?
— Ты можешь верить мне вечно и всегда использовать меня.
Низкий голос звучал неторопливо, слова становились всё тише и тише.
Движение пальцев Сун Чжиюя замерло. Он поднял взгляд и встретился с парой тёмных, бездонных глаз. Ему доводилось видеть в этих глазах слишком много эмоций: любовь, боль, гнев, расчётливость, жестокость. Но преданность в них он прочёл впервые в жизни.
Конечности внезапно стали ватными, в груди заныло, а в горле встал горький ком. Сун Чжиюй слегка прикусил кончик языка, подавляя поднимавшиеся чувства, и напустил на себя невозмутимый вид.
— У меня есть двоюродный брат по имени Су Линь, он совсем недавно вернулся в Столицу. Сейчас семья Су пришла в упадок и далеко не так влиятельна, как прежде, а он сидит без дела. Посмотри, найдётся ли для него подходящая должность при дворе?
Су Линь — сын дяди Сун Чжиюя. Много лет назад, после падения клана Су, вся семья переселилась на родину предков в Хуайнань. Семья Сун держала оборону в Инчэне и не смела поддерживать связь с внешним миром через письма, так что обе ветви рода потеряли друг друга из виду.
После трагедии в Инчжоу Су Линь был убежден, что здесь кроется какой-то подвох: как мог опытный генерал, прошедший сотни битв, сгинуть вместе с десятитысячной Армией семьи Сун в каком-то пограничном городке?
Он в одиночку отправился в окрестности Инчэна, чтобы докопаться до правды о трагедии, и в ходе поисков действительно напал на некий след, уверовав, что с Сун Чжоу что-то не так.
Вернувшись в Столицу, Су Линь окольными путями вышел на связь с Сун Чжиюем. По сравнению с Сун Чжоу — сводным братом, с которым он рос с малых лет, — Сун Чжиюй, естественно, не мог слепо доверять двоюродному брату, которого видел всего-то пару раз.
Ситуация становилась всё более запутанной. И как раз тогда он поступил в Академию Наньшань и нарочно провернул всё так, чтобы оказаться в Поместье Сяо и выведать побольше информации.
http://bllate.org/book/30516/3719989
Готово:
