Бо Цзыся думала о том, что во дворе её дома всё ещё лежит безголовый труп, и голова шла кругом. Она немного сомневалась: то ли уйти, как велела госпожа Сю, то ли вернуться в Путь Свирепых Призраков с докладом. Поразмыслив так и эдак, она решила всё же вернуться в Путь Свирепых Призраков. Раз уж убийца объявился, разве мог у неё быть повод бежать? К тому же, оставлять без внимания месть учителя и погибших соратников она не желала.
Приняв решение, Бо Цзыся пока не стала заботиться о том, что тело старшего брата Чжуна некому предать земле, и ускоренным шагом вышла из города. Она осознала, что на этот раз Путь Свирепых Призраков, возможно, столкнулся с невиданным по своей силе противником. Причём этот противник во что бы то ни стало намерен уничтожить Путь Свирепых Призраков.
Внезапно Бо Цзыся остановилась, чувствуя, как по спине снова побежали капли холодного пота. Когда в дождливую ночную пору она встретилась с Хэдэ, та, казалось, произнесла: Мне так холодно на Пути Асур, я хочу, чтобы ты составила мне компанию.
И снова Путь Асур. Неужели Хэдэ тоже как-то связана с Путем Асур? Бо Цзыся принялась перебирать в памяти прошлое, связанное с Хэдэ, и чем больше думала, тем более подозрительной она ей казалась. Подозрительным было всё: и момент её появления, и те бессвязные слова, что она произносила.
В действительности Бо Цзыся даже не знала подлинных фамилии и имени Хэдэ. Самое имя Хэдэ ей тоже дала Бо Цзыся. Два года назад, когда Владыка Пути поручил Бо Цзыся приглядывать за Хэдэ, та заметила у неё старую деревянную бирку. Надписи на ней почти стёрлись, с трудом угадывались лишь два иероглифа: у первого сверху был ключевой элемент человек, а под ним — горизонтальная черта. Хэдэ утверждала, что на бирке начертано её имя, однако сама она понятия не имела, как её зовут. Бо Цзыся предположила, что первый иероглиф — это хэ, вспомнила знаменитую красавицу Чжао Хэдэ и нарекла девушку этим именем.
Если подумать, Бо Цзыся прожила с Хэдэ бок о бок два года, а теперь ей приходится постигать её сущность словно чужому человеку.
Она бросила взгляд на собственное запястье: царапины от браслета Хэдэ уже затянулись, оставив лишь едва заметный след, который при беглом осмотре и вовсе нельзя было разглядеть.
Бо Цзыся вздохнула и решила сперва вернуться в Путь Свирепых Призраков, а уж потом ломать голову над остальным.
Поскольку здесь произошла страшная бойня и гибель всего клана, главный зал Пути Свирепых Призраков превратили в траурный зал. Под балками крыши висели белые погребальные полотна, в самом центре красовались десятки табличек с именами, неугасимые лампады горели день и ночь, клубился дым, и даже среди бела дня от этого зрелища становилось не по себе.
Бо Цзыся отвесила глубокий почтительный поклон Лин Сю, стоявшему к ней спиной и протиравшему поминальные таблички:
— Владыка.
— Прошлой ночью тебя не было в Пути Свирепых Призраков. На то была причина? — не оборачиваясь, спросил Лин Сю.
Бо Цзыся на миг лишилась дар речи, но к счастью, стоявшая рядом госпожа Сю выручила её:
— Это я отправила Цзыся вниз с горы. А каковы тому причины, позволь мне объяснить позже.
Затем она повернулась к Бо Цзыся и спросила:
— Есть о чём доложить?
— Старший брат Чжун мертв, он погиб в моем городском жилище.
Бо Цзыся умолкла на секунду, но Лин Сю продолжал протирать таблички, а госпожа Сю никак не отреагировала.
— Я пошла по кровавому следу и преследовала убийцу вплоть до владений Янь Юйлоу. Убийца старшего брата Чжуна назвался Яньмо и чуть было не убил меня тоже, спасибо, что ноги унесла быстро.
Госпожа Сю опустила голову, словно слегка улыбнувшись Бо Цзыся:
— Яньмо? Тот самый музыкант, что носит в руках цитраву? Он из Пути Асур.
Она кашлянула дважды и, подняв взгляд на Лин Сю, произнесла:
— Владыка, правда о гибели нашего клана в Пути Свирепых Призраков вот-вот откроется, неужели нельзя сделать так, чтобы адепты больше не гибли напрасно?
— А-Сю, давай без утайки: ты меня упрекаешь? — Лин Сю обернулся и посмотрел на госпожу Сю. Бо Цзыся украдкой покосилась на неё, но лицо госпожи Сю оставалось абсолютно бесстрастным. На мгновение атмосфера накалилась.
Как раз в этот момент в зал вошел адепт с деревянной шкатулкой в руках и доложил Лин Сю, что некий молодой господин, именующий себя Линем, просит о встрече, а принесенная им шкатулка — подарок для знакомства. При звуках имени господина Линя сердце Бо Цзыся тревожно ёкнуло: она гадала, не тот ли это самый господин Линь.
Лин Сю кивнул, знаком велев адепту положить шкатулку на стол.
Госпожа Сю внезапно преградила Лин Сю путь:
— Я чувствую запах крови.
— Проверка это или вызов — в любом случае надо открыть и посмотреть.
Лин Сю опустился на стул, поднял голову, одарил госпожу Сю улыбкой, вытер руки матерчатой салфеткой и лишь после этого откинул крышку. Бо Цзыся судорожно втянула воздух: внутри лежала не чья-то иная голова, а самая настоящая голова старшего брата Чжуна.
— Владыка Лин, вам по душе такой подарок?
Господин Линь неспешно вошёл в главный зал Пути Свирепых Призраков, стряхивая пыль с ворота одежды. Только теперь Бо Цзыся заметила, что он на редкость хорош собой, а его белые одежды сшиты явно не из простой ткани. Вот только волосы его не были собраны, и горный ветер растрепал их так, будто перед ними безумец.
— Уважаемая госпожа, мы виделись с вами всего минувшей ночью. Время было дорого, и я не успел должным образом поприветствовать вас, прошу не взыщите.
Господин Линь отвесил поклон Бо Цзыся и лишь затем перевёл взгляд на Лин Сю:
— Я здесь лишь затем, чтобы передать слова.
— Так ты и есть Линь Минсы? — Лин Сю шагнул вперед, разглядывая молодого человека.
— Именно так. Владыка отправлял людей следить за мной тайком, но в этом поистине не было нужды.
Линь Минсы встал перед Лин Сю лицом, потом боком, раскинул руки, словно приглашая Лин Сю получше его разглядеть. Бо Цзыся подумала, что с головой у Линь Минсы, пожалуй, не всё в порядке.
— Ах да, передать мне велено следующее:
Линь Минсы извлек из рукава лист бумаги, развернул его и принялся читать по слогам:
— Деяния Пути Асур прямы и бескомпромиссны. Коли вздумаете вести расследование, извольте делать это открыто, а не исподтишка. Эта голова — лишь намек, в следующий раз все не ограничится одним лишь этим. Ха-ха-ха-ха.
Последние четыре ха Линь Минсы монотонно прочел на ровном восходящем тоне, так механически, что хотелось рассмеяться. Однако никто из присутствующих не издал ни звука, наоборот, все напряжение достигло предела. Бо Цзыся почувствовала, как ворвавшийся в двери горный ветер заставил оледенеть всё внутри.
— Путь Асур, значит… — тихо повторил Лин Сю и внезапно взмахнул рукой. Стоявшая на столе чашка со свистом закружилась в воздухе и стрелой полетела прямо в Линь Минсы. Тот испуганно шарахнулся в сторону, чашка разорвалась прямо посреди воздуха, и брызги чая окатили Линь Минсы с головы до ног.
— Какой же вы невоспитанный человек! — с досадой топнул ногой Линь Минсы и вытащил из рукава платок, чтобы смахнуть капли с одежды. Его движения были столь жеманными, что даже стоявшая рядом госпожа Сю поморщилась, не то желая от души пнуть Линь Минсы, не то его стошнило.
Однако Бо Цзыся отчётливо видела: когда чашка помчалась на Линь Минсы, в его рукавах взметнулся порыв ветра, отчего чашка и взорвалась, причем испущенная им ци оказалась весьма мощной. Боевые искусства Линь Минсы непостижимы, и если завязать с ним драку здесь, еще неизвестно, кто останется в проигрыше. Вспомнив к тому же, сколь весомы были его небрежные слова, сказанные вчера перед лицом Яньмо, она невольно задалась вопросом: кто же он на самом деле?
http://bllate.org/book/30477/3715415
Готово:
