Школьный чат был с реальными именами, к тому же там состояли учителя, поэтому обычно никто не смел писать всякую чушь. ЦАО Яньо добавил его в другой, небольшой чат без учителей, и вот там было куда оживленнее.
Впрочем, сейчас ему было не до того, чтобы пролистывать историю переписку. Он нашел аккаунт Цзин Му, зашел в профиль и отправил заявку в друзья:
— Здравствуйте, я переводной ученик, Лу Юоши.
Он некоторое время смотрел на экран с сообщением об успешной отправке, и отвел взгляд лишь тогда, когда дисплей телефона автоматически погас, после чего доел оставшуюся половину пиццы.
Немного погодя он словно что-то вспомнил, торопливо вытер руки, снова схватил телефон и перевел его из беззвучного режима в виброрежим.
Вскоре черный экран телефона завибрировал три раза подряд. Глубоко вздохнув, он разблокировал устройство.
Оказалось, что это три заявки в друзья от совершенно других людей. Лу Юоши тут же так разозлился, что швырнул телефон на кровать, решив даже не обращать на них внимания. Лишь спустя довольно долгое время он с неохотой подполз ближе, поднял телефон — и обнаружил, что добавилось еще несколько заявок.
Разобравшись со всеми по очереди, он услышал, как в дверь комнаты постучали два раза:
— Юоши, ужинать.
Это была домработница, тетя Чэнь.
— Понял, тетя Чэнь, я сейчас спущусь.
Он отбросил телефон в сторону, прибрал недоеденную пиццу и отправился в столовую.
За обеденным столом уже сидели трое: его бабушка, госпожа Шэнь Цин, а также дядя Фу Цзюньянь и тетя Чжао Вэньцзин. Его дедушка, почтенный профессор Фу, находился за границей на научной стажировке и за этим столом пока не появлялся.
— Давайте ужинать, — отрыдилась приказом госпожа Шэнь Цин, и все молча взялись за палочки для еды.
Блюда были пресными и полезными для здоровья — это бросалось в глаза с первого взгляда. Лу Юоши ел без всякого аппетита, рассеянно и думая лишь о том, когда же тот человек наконец примет его заявку.
Наверное, из-за того, что его мысли были совершенно далеки от еды, Лу Юоши впервые почувствовал, что это унылое семейное застолье не такое уж и томительное.
После ужина в семье Фу неизменно наступало время «душевного общения». Когда дядя и тетя сухо и деловито отчитались о прожитом дне, госпожа Шэнь Цин назвала его по имени:
— Юоши, как впечатления от первого дня в школе?
Он витал где-то в облаках и лишь спустя полсекунды сообразил ответить:
— Всё отлично, с одноклассниками легко ладить, а учителя объясняют понятно и доступно.
Бабушка пристально вгляделась ему в глаза, будто пытаясь определить, где правда, а где ложь в его словах, и только после этого произнесла:
— Твой уровень вполне позволяет учиться в классе получше. Если в нынешнем классе тебе что-то не привычно или ты хочешь сменить обстановку на более благоприятную, еще не поздно всё исправить.
Руки Лу Юоши под столом непроизвольно сжались в кулаки, но на лице не дрогнул ни один мускул. С улыбкой он ответил:
— Наш класс вполне хорош. Я привык к мягкой системе обучения, и если вдруг переведусь в класс отличников, мне будет неуютно. Сейчас всё просто отлично.
Госпожа Шэнь Цин немного помолчала, а затем снова заговорила:
— Ты почти ничего не съел. Тебе нездоровится?
— Ничуть, — Лу Юоши невозмутимо удвоил бдительность. Нельзя было позволить ей узнать, что он ел доставку. — Я тренируюсь каждый день, со мной не так-то просто заболеть. Наверное, в обед в столовой съел слишком много, вот вечером и не хочется.
— Бабушка знает, как сильно ты любишь баскетбол, поэтому и позволила тебе самому выбирать класс. Мы доверяем тебе и надеемся, что ты не обманешь семейного доверия. Мм?
— Мм. — Лу Юоши продемонстрировал стандартную улыбку в восемь зубов. — Бабушка, не волнуйся.
С трудом выбравшись из столовой, Лу Юоши вернулся в спальню с ноющей от боли в желудке. Едва переступив порог, он заметил мигающий световой индикатор телефона и тут же бросился к нему.
Однако среди десятка запросов в друзья и нескольких пустых сообщений не оказалось того самого, которое он так жаждал увидеть. Он вздохнул, одобрил заявки новых одноклассников, а затем включил режим генератора тупиковых фраз, чтобы кое-как отвязаться от бессмысленных расспросов.
Побув некоторое время созерцателем экрана своего телефона и так и не дождавшись желанных перемен, Лу Юоши уныло взял пижаму и отправился в ванную. Когда он сушил волосы феном, ему показалось, будто у него слуховые галлюцинации: ему всё чудилось, что телефон на письменном столе вибрирует — раз, другой... но нет, ничего не было.
Вжух!
Дзынь!
Молодой господин Лу подпрыгнул на месте, словно кто-то нажал на пружину, и чуть не выронил фен из рук. Суетливо выдернув шнур из розетки и даже не успев обуть тапки, он босиком промчался по маленькому коврику у входа в ватную и бросился к телефону.
— Брат Лу! Что ел на ужин?
— Это же я, твоего родного брата преданнее, твой великий Дэчжэ!
— Ужин в столовой просто невыносимо отвратительный [картинка] плачу-плачу
— Чего не отвечаешь, браза моя родная~
Хрясь!
Лу Юоши показалось, что в его голове обошлась какая-то струна и терпение подошло к концу. Ему хотелось отлупить болтливого Ван Чжэ, а пальцы, сжимавшие телефон, едва не крошили корпус в щепки.
— Не стоит опускаться до уровня человекообразных обезьян, сохраняй человеческий разум, — закрыв глаза, Лу Юоши повторил это три раза, провел себе сеанс самоубеждения и только после этого ответил Ван Чжэ.
— Никто не следит за вашей вечерней самоподготовкой?
Собеседник ответил практически мгновенно.
— В понедельник дежурит Винни-Пух, он занят чтением веб-романа, сейчас, наверняка, на поздней стадии Золотого Ядра, ему до нас дела нет.
— Ох.
Лу Юоши ни капли не интересовало, кто такой Винни-Пух.
— Брат Лу, чего ты такой холодный?
— Да, сегодня же нет уроков Винни-Пуха, ты ведь еще не знаешь, кто это.
Да, не знает. И знать не хочет.
— Хочешь глянуть его фотку? Я тебе скину.
С какой стати мне рассматривать фотографию какого-то старшеклассного учителя, к тому же такого, по чьему прозвищу сразу понятно — это престарелый дядька?
Лу Юоши почувствовал некое оцепенение и только собирался сообразить, как бы от него отвязаться, как переписка внезапно затихла. Неужели телефон отобрали? Эта мысль промелькнула в голове, и Лу Юоши оставил всё как есть.
Ему было лень возвращаться и досушивать волосы — в конце концов, они уже почти высохли, — поэтому он рухнул на кровать и открыл игру «Убей звездочки».
http://bllate.org/book/30448/3712737
Готово:
