Несколько фотографий легко спланировали к его ногам, и раздался громкий мужской голос:
— Извращенец, который носит женские юбки и охмуряет парней!
Весь класс тут же взорвался громким гулом обсуждений и насмешек.
Юй Лин замер на месте, механически опустив взгляд на фотографии под ногами. На снимках был запечатлен их с Чжун Цином совместный выход на прошлой неделе — кто-то тайком сфотографировал их из укрытия. На снимке четко было видно его лицо в парике, а Чжун Цин стоял к объективу спиной, что-то ему говоря.
Между ними не было никаких телесных контактов, не говоря уже о каком-либо охмурении, но это не имело значения. Те, кто бросался подобными обвинениями, в любом случае не нуждались в реальных доказательствах — им было достаточно одной лишь фотографии.
Пережив приступ паники, Юй Лин постепенно успокоился, хотя его руки все еще неконтролируемо дрожали. Он постарался сделать голос ровным:
— Тебя это вообще не касается.
Однако окружающие разразились лишь еще более колкими насмешками:
— Он признался!
— Ха-ха-ха-ха, какая мерзость!
— Кто этот парень на фото? Неужели кто-то из лопухов в нашей школе?!
Говорить что-то еще было бесполезно — все равно никто бы не стал слушать. Юй Лин замолчал и уже собирался поднять фотографии с пола, как чьи-то руки опередили его и сгребли все снимки.
Фань Маньсинь, даже не взглянув на них, запихнула фотографии в свой рюкзак. С покрасневшими глазами она гневно бросила в адрес Чжан Хуна, который первый начал насмехаться:
— Какое твое дело, во что одеты другие? Тебе заняться нечем?!
Увидев, что за Юй Лина заступилась девчонка, Чжан Хун разозлился еще сильнее. Потеряв всякий стыд, он выругался матом и принялся оскорблять Юй Лина еще более грязными словами.Фань Маньсинь так разозлилась, что слёзы чуть не брызнули из глаз, но она изо всех сил закусила губу, сдерживаясь. Подхватив стопку книг с ближайшего стола, она, не разбирая, чьи они, швырнула их прямо ему в лицо, яростно выкрикивая: — Да у тебя изо рта так воняет, будто ты с утра дерьма нажрался!
Чжан Хун случайно получил одной из книг по лбу и тоже мгновенно взбесился, с яростью кидаясь в бой. Увидев его искажённое от злости лицо, Юй Лин быстро шагнул вперёд, оттаскивая Фань Маньсинь, и сцепился с обидчиком. Оба покатились на пол, а Фань Маньсинь бросилась им на помощь, отчаянно цепляясь за Чжан Хуна и не давая ему придавить Юй Лина.
Весь класс погрузился в полный хаос.
В конце концов прибежал учитель и пресёк драку, забрав всех троих в учительскую.
Когда вызвали родителей, Юй Лин опустил взгляд — больше всего на свете он боялся увидеть в глазах Лю Юэ разочарование.
Фань Маньсинь в деталях пересказывала всё произошедшее. Девочка сидела со спутанными волосами, и в какой-то момент не выдержала, всхлипнув: — Как он мог так оскорблять одноклассника? Совершенно ничего не зная, распускает грязные слухи, это уже переходит все границы!
Чжан Хун презрительно фыркнул: — С чего это вдруг слухи? Есть же фотографии.
Классный руководитель, держа в руках несколько снимков, прервала их перепалку: — Хватит. Распускать сплетни о других учениках — это действительно неправильно.
Она лишь вскользь упомянула проступок Чжан Хуна, а затем перевела взгляд на Юй Лина, который всё это время молча стоял рядом: — Но Юй Лин, на кого ты похож в женской одежде? Да ещё и преспокойно разгуливаешь так по улице, шашни крутишь с парнями — подобные вещи позорят и наш класс, и всю школу.
Фань Маньсинь с шоком уставилась на собственную классную руководительницу, родители Фань тоже нахмурились, выражая явное неодобрение. А Юй Лин лишь лениво поднял взгляд, похоже, заранее ожидая услышать нечто подобное.Классный руководитель продолжал отчитывать его, искренне полагая, что проявляет заботу:
— Хорошо, что всё выяснилось вовремя. Ты уже ученик выпускного класса, нельзя заниматься подобными непотребными делами. Время для учёбы на вес золота, разве можно нормально учиться, когда ты промышляешь Бог весть чем на стороне?
Фань Маньсинь со слезами на глазах возразила:
— Учитель, Юй Лин ничего такого не делал.
Классный руководитель со злостью хлопнул фотографией по столу и сурово произнёс:
— Они уже в такой одежде ходят, а ты говоришь — не делал?!
— Учитель, — вовремя подала голос Лю Юэ, стоявшая за спиной Юй Лина. — Сегодня Юй Лин, пожалуй, не сможет присутствовать на занятиях в классе. Я отведу его домой, мы со всем хорошенько разберёмся.
Она выразилась вежливо и разумно, поэтому классному руководителю оставалось лишь дать напутствия, попросив как следует его проучить, после чего он отпустил их. Что касается оставшихся Чжан Хуна и Фань Маньсинь, то после того, как их родители немного поговорили с классным руководителем, они тоже ушли, и оба ученика вернулись на уроки. Судя по всему, на этом сегодняшний инцидент был исчерпан.
Юй Лин шагал позади Лю Юэ, отставая на полшага. Отойдя от школы на некоторое расстояние, он сильнее сжал лямки рюкзака и хрипло произнёс:
— Мам, я не занимаюсь ничем плохим.
Услышав его голос, Лю Юэ остановилась, повернулась и ласково похлопала его по плечу — она уже не дотягивалась до макушки Юй Лина.
— Мама знает. Мама знает, какой ты мальчик, Сяо Лин.
От её слов у Юй Лина защипало в носу, и он наконец поднял на неё взгляд. В уголках глаз Лю Юэ залегли тонкие морщинки, которые становились ещё заметнее, когда она улыбалась. Напускное спокойствие Юй Лина полностью рассыпалось под её всепрощающим, материнским взглядом. Он поджал губы, сдерживая подкативший к горлу ком.Я больше не буду носить такое и не стану доставлять тебе хлопот.
Лю Юэ мягко ответила:
Разве ты можешь доставить хлопоты? Ты же мой ребенок.
Они вдвоем не спеша пошли домой.
В течение следующих двух недель Лю Юэ больше не заводила речь ни о каких фотографиях, а Юй Лин ничего не рассказывал ей о том, с чем сталкивался в школе.
Фотографии отобрали, но незримое насилие только начиналось. Каждый день по дороге в школу он слышал за спиной бесчисленные насмешки, издевки и колкости — и не только от окружающих учеников, но и от некоторых преподавателей, чьи слова скрывали уничижительные советы. Он становился все более молчаливым, и даже редкие улыбки Фань Маньсинь вызывали лишь тяжелое движение уголков губ.
В один из дней две недели спустя, когда он вернулся домой после вечерней самоподготовки, Лю Юэ поставила на стол разогретую еду и сказала ему:
Я сегодня подала за тебя заявление о переводе. Мы будем учиться в другом городе, я уже попросила старого друга твоего отца помочь подыскать хорошую школу, через несколько дней переедем поближе к ней.
Рука Юй Лин, державшая палочки, замерла. Он в изумлении посмотрел на сидевшую напротив мать, всегда отличавшуюся мягким и спокойным нравом:
Но ведь... уже третий год старшей школы.
Никакой выпускной класс не важнее тебя. Все эти дни она видела молчаливость и терпение Юй Лин и могла представить, через что ему приходится проходить в школе. Она не хотела, чтобы ее ребенок провел последние месяцы старшей школы в столь грязной обстановке.
Ресницы Юй Лин чуть затрепетали, и его грудь, казалось, забитая за эти дни илистым мусором, наконец пропустила струю воздуха, позволив ему вздохнуть. Он медленно кивнул в знак согласия:
Угу.
http://bllate.org/book/30404/3706612
Готово:
