Если бы это снимали в кино, один лишь кадр с Чжоу Цюэ сумел бы выразить всё: героическое самопожертвование, смерть за родину и множество других сложных чувств, переданных языком тела.
Цюй Ци не отрывала глаз от Чжоу Цюэ, не желая упустить ни единого момента этого зрелища.
В мужской уборной внезапно поднялся гвалт. Кто-то крикнул:
— Эй, да это же мужской туалет!
— Поймали переодетого!
Несколько человек уже достали телефоны и включили камеры.
Чжоу Цюэ мгновенно захлопнул дверь кабинки.
...
Через несколько минут он спокойно вышел из кабинки и под пристальными взглядами мужчин неторопливо вымыл руки и вытер их. Закончив, он прикрыл ладонью голову, схватил за руку Цюй Ци, которая ждала у выхода, и бросился бежать.
Они остановились у колеса обозрения, где почти никого не было.
Чжоу Цюэ посмотрел на Цюй Ци, лицо которой перекосило от сдерживаемого смеха, и медленно, чётко проговорил:
— Цюй Ци, если ты осмелишься кому-нибудь рассказать об этом...
Цюй Ци тут же вскинула руку с четырьмя вытянутыми пальцами:
— Не скажу! Ни за что не скажу! Я ещё жить хочу!
Выражение лица Чжоу Цюэ немного смягчилось.
Цюй Ци наконец расхохоталась, хватаясь за живот:
— Но... ха-ха-ха... это же... ха-ха-ха... слишком смешно! Ха-ха-ха-ха!!!
Чжоу Цюэ молчал.
***
Цюй Ци удивлялась: с тех пор как Чжоу Цюэ вернулся, его мужская харизма полностью проявилась — в походке, во взгляде, в манере держаться и в общей ауре. Даже сейчас, в женской одежде, невозможно было не заметить, что перед тобой мужчина.
Из-за этого получалось... немного режущее глаза зрелище.
Цюй Ци не выдержала:
— Чжоу Цюэ, ты не мог бы хоть немного убрать эту мужскую энергетику? Сейчас ты выглядишь как настоящий переодетый парень.
Как актёр, завоевавший множество престижных наград по всему миру, Чжоу Цюэ уже играл женщин — правда, только за границей, во время учёбы, но никогда в китайском кинематографе.
Однако одно дело — играть по сценарию перед камерой или зрителями, и совсем другое — перевоплощаться в другую личность, живущую внутри тебя.
Он помолчал, сделал несколько шагов вперёд и спросил:
— А так?
Цюй Ци была поражена его актёрским мастерством, способным мгновенно менять образ. Она запнулась:
— Ну... э-э... слишком... взросло получилось.
На следующем шаге он чуть изменил походку — и уже почти полностью превратился в Чжоу Мэй.
Цюй Ци невольно захлопала в ладоши, искренне восхищённая:
— Вот это да! Вот она — сила настоящего профессионала.
Сам Чжоу Цюэ не ожидал, что его актёрские навыки пригодятся именно сейчас. Он постучал каблуками по земле и слегка нахмурился:
— Скажи, вам, девушкам, всегда так больно носить каблуки?
Цюй Ци обернулась и увидела, что пятки Чжоу Цюэ уже стёрты до крови. Кровь просочилась сквозь чёрные чулки — не очень заметно, но любая девушка сразу поймёт: это очень больно.
К тому же, бегая в каблуках, он ещё больше повредил ноги. Каждый шаг, вероятно, давался ему с мукой, будто он шёл по лезвию ножа.
У самой Цюй Ци тоже были новые туфли, но она заранее наклеила пластыри, так что всё было терпимо. А «Чжоу Мэй» тогда отказалась, сославшись на то, что «это некрасиво».
Цюй Ци порылась в сумочке и протянула ему несколько пластырей:
— Держи, наклей — станет легче.
Чжоу Цюэ взял их:
— Спасибо.
Он нашёл поблизости скамейку, сел, снял туфли и чулки, а затем с размаху закинул ногу на сиденье.
Цюй Ци аж ахнула и быстро шлёпнула его по ноге, заставив опустить её.
Чжоу Цюэ растерялся:
— Что?
Цюй Ци огляделась по сторонам, словно боялась, что кто-то подслушает, и шёпотом сказала:
— Да ты что! Ты сейчас девушка! Не забывай об этом!
Чжоу Цюэ наконец понял.
Он развёл руками:
— Ну и что теперь делать? Не идти же снова в туалет? Лучше уж умру, чем вернусь туда в таком виде.
Цюй Ци вытащила у него пластыри:
— Сиди спокойно, я сама приклею.
В следующее мгновение она опустилась на корточки, аккуратно вытерла кровь салфеткой и осторожно наклеила пластырь.
Чжоу Цюэ впервые в жизни получил такую заботу от девушки. Его ресницы дрогнули, и на несколько секунд он растерялся, будто перепутались роли главных героев в романтической комедии.
— Готово! — Цюй Ци хлопнула в ладоши, совершенно не замечая его замешательства. — Вставай, попробуй походить.
Чжоу Цюэ снова надел туфли, прошёлся вперёд и назад и улыбнулся:
— Гораздо лучше.
Цюй Ци посмотрела на его расслабленную улыбку и на мгновение замерла. Затем осторожно спросила:
— Чжоу Мэй?
Улыбка Чжоу Цюэ тут же исчезла, и он холодно бросил:
— Да пошла ты, Чжоу Мэй! Это всё ещё я.
Цюй Ци разочарованно протянула:
— Эмм...
Чжоу Цюэ молчал. А в чём тут разочарование?
Цюй Ци сменила тему:
— Голоден? Пойдём поедим? Мы же весь день таскались.
Чжоу Цюэ потянул за подол платья:
— В таком виде?
Цюй Ци возразила:
— Если снимешь макияж, фанаты тебя тут же узнают.
Чжоу Цюэ согласился — она права.
Они дошли до выхода из парка развлечений, поймали такси и поехали по адресу, который назвал Чжоу Цюэ.
Этот ресторан имел высокий порог входа и не принимал обычных посетителей. Соответственно, уровень клиентов был высокий, и никто не стал бы тайком фотографировать знаменитостей — здесь было безопасно.
Чжоу Цюэ сначала позвонил в ресторан, а затем велел Цюй Ци назвать его имя, чтобы их провели внутрь.
После того как их усадили за столик, Чжоу Цюэ отправил Дэвиду своё местоположение и начал выбирать блюда.
— Вам сегодня весело было? — спросил он.
Цюй Ци задумалась:
— Сначала было страшновато, потом всё нормально стало. А тебе? Это, наверное, самое рискованное приключение в твоей жизни? Проснуться и сразу броситься с крыши?
Чжоу Цюэ вздохнул:
— Пожалуй, да. Но самым страшным был первый раз.
Глаза Цюй Ци загорелись — она явно ждала juicy details.
Чжоу Цюэ усмехнулся:
— Боюсь, правда тебя разочарует. Я проснулся в женской одежде и с игровой приставкой Super Mario в руках. Потом проверил историю браузера и обнаружил, что «я» сам себя очернил на форуме Tianya. Правда, пост не набрал популярности — модераторы быстро удалили его за клевету, даже моему менеджеру не пришлось вмешиваться.
Цюй Ци, доедая спагетти, задумчиво проговорила:
— Значит, всё-таки из-за сильного стресса?
В глазах Чжоу Цюэ мелькнула тень, и он тихо ответил:
— Возможно.
— Поскольку ты спас меня, я никому не проболтаюсь. Но если это всё же всплывёт, как ты будешь выходить из ситуации?
— Буду решать по ходу дела, — ответил он без особой надежды.
Конечно, карьера пострадает — вопрос лишь в том, насколько сильно, и как это можно будет замять.
Цюй Ци попыталась его утешить:
— Чжоу Мэй хоть и ненавидит тебя, но всё же ограничивается мелкими пакостями. Иначе СМИ уже давно всё знали бы. Так что не стоит отчаиваться.
Чжоу Цюэ покачал головой. Вэй Цинлинь говорил то же самое, но рано или поздно правда всплывёт:
— Ладно, хватит об этом. Что ещё хочешь заказать?
Цюй Ци без стеснения выбрала ещё два десерта.
Когда официант принёс заказ, в кабинку ворвался Дэвид.
Цюй Ци помахала ему:
— Привет, Дэвид! Как дела?
Дэвид лишь дёрнул уголком глаза, не ответив, и направился к Чжоу Цюэ. Но, увидев его, замер:
— Цюэ-гэ?
Чжоу Цюэ вытер рот салфеткой, заодно стирая помаду:
— Это я.
Дэвид облегчённо выдохнул, будто сбросил с плеч груз всех забот:
— Цюэ-гэ! Наконец-то ты вернулся!
— ... — Чжоу Цюэ напомнил ему: — Потише.
Дэвид тут же прикрыл рот ладонью и сел на стул, который пододвинул официант.
Они обсудили ближайшие рабочие моменты, после чего все трое вышли из ресторана.
У входа им навстречу шли двое мужчин — Юй Хайфэн и незнакомец, только что вышедшие из машины.
Чжоу Цюэ и Дэвид, идущие впереди, резко остановились.
Цюй Ци, шедшая позади, удивилась:
— Почему стоим?
Она выглянула вперёд и прямо встретилась взглядом с Юй Хайфэном.
Сердце Цюй Ци замерло. Она изо всех сил сдержалась, чтобы не обернуться на Чжоу Цюэ, и, собрав всю волю в кулак, сказала:
— Привет, Хайфэн-гэ! Какая неожиданность! Вы тоже здесь обедаете?
На лице Юй Хайфэна мелькнуло лёгкое замешательство:
— А, Цюй Ци! Действительно неожиданно. Уже поели?
— Да, просто собрались с друзьями.
Чжоу Цюэ опустил козырёк кепки ниже, а Дэвид, как лев, защищающий детёныша, встал перед ним, весь напряжённый. Правда, его роста хватало лишь на то, чтобы прикрыть подбородок Чжоу Цюэ.
Это была инстинктивная реакция ассистента, привыкшего к постоянной бдительности. Он даже не знал, как сдержать свою напряжённую ауру — весь был словно натянутая тетива.
Такая напряжённость не могла не привлечь внимания Юй Хайфэна и его спутника.
Когда их взгляды начали скользить в сторону Чжоу Цюэ, Цюй Ци ловко встала между ним и Дэвидом:
— Хайфэн-гэ! Извини, у моих друзей срочная работа — не успеем представиться. В другой раз угощу тебя французской кухней!
С этими словами она буквально вытолкнула обоих мужчин прочь.
Они уходили почти бегом, пока не свернули за угол и не перевели дух.
Убедившись, что Юй Хайфэн с другом зашли в ресторан, они вернулись к машине.
Закрыв двери, Чжоу Цюэ сразу сорвал кепку и парик и откинулся на сиденье.
Стёкла машины были тонированные — снаружи ничего не было видно. Дэвид сел за руль и опустил перегородку. Чжоу Цюэ достал заранее приготовленную одежду и, не обращая внимания на Цюй Ци, переоделся прямо в салоне, прикрыв интимные места.
Потом он смял платье в комок и засунул в пакет.
Цюй Ци вдруг вспомнила:
— Фотография! На американских горках мы сделали снимок на «Полароид». Чжоу Мэй положила его в карман платья!
— Что?! — Чжоу Цюэ тут же включил свет в салоне. — Ищи!
Они вместе перерыли всё платье.
Нигде.
Не в карманах.
Не в пакете.
Не в машине!
***
Тем временем Юй Хайфэн с другом выбирали блюда в ресторане.
Официант поднял с пола у стола фотографию. Из уважения к приватности он даже не взглянул на неё и вежливо подал Юй Хайфэну:
— Извините, это ваша вещь?
Юй Хайфэн взял снимок:
— А, это у моей подруги. Передам ей в следующий раз.
Он уже собирался убрать фото, но вдруг задержал взгляд на нём, прищурился и вгляделся внимательнее.
Его спутник, заметив странное выражение лица Юй Хайфэна, спросил:
— Что случилось?
Юй Хайфэн очнулся, спрятал «Полароид» во внутренний карман пиджака и спокойно ответил:
— Ничего. Просто увидел знакомого.
— Что они сказали?
Чжоу Цюэ вкратце объяснил Дэвиду ситуацию и велел ему остановиться, чтобы тот позвонил менеджеру ресторана.
Всё пошло по наихудшему сценарию.
Лицо Дэвида после звонка выражало одно: «всё пропало». Он с трудом выдавил:
— Фото действительно упало в ресторане. Официант спросил у Юй Хайфэна, и тот взял его себе.
Чжоу Цюэ откинулся на сиденье и закрыл глаза, массируя переносицу.
Дэвид с отчаянием в голосе обернулся к Цюй Ци:
— Почему ты раньше не предупредила Цюэ-гэ?
Цюй Ци тихо пробормотала:
— ... Это моя вина, да?
Чжоу Цюэ открыл глаза:
— Теперь остаётся только проверить, какова позиция Юй Хайфэна. Дэвид, сообщи Инъцзе — пусть готовится.
Дэвид кивнул:
— Хорошо.
Цюй Ци вызвалась:
— А мне что делать?
Чжоу Цюэ посмотрел на неё несколько секунд и сказал:
— Иди домой спать.
Цюй Ци: «... Ладно.»
Чжоу Цюэ вдруг приложил ладонь ко лбу Цюй Ци:
— Не простудилась?
Цюй Ци моргнула и подняла пакет с вещами от Чжоу Мэй:
— От этого всё лечится.
Он улыбнулся и велел Дэвиду сначала отвезти Цюй Ци домой.
Дэвид взглянул на них в зеркало заднего вида и кивнул.
***
Пережив насыщенный день, Цюй Ци, еле передвигая ноги, вошла в подъезд своего дома. «Динь!» — лифт остановился на её этаже.
Она вытащила ключи из сумки и уже собиралась открыть дверь, как вдруг из-за угла вынырнула чья-то фигура — и Цюй Ци аж подпрыгнула от испуга.
http://bllate.org/book/3040/333690
Готово:
