— Еще шесть подписей, только ты можешь мне помочь. — Цинь У огорченно опустил голову. Он обежал все этажи со второго по седьмой, прежде чем нашел комнату отдыха, где горел свет. Весь офис выглядел настолько пустынным, словно это была какая-то контора мошенников.
Бай Цзяянь усмехнулся и утешил его: — Понимаю, в обычные дни здесь действительно почти никого нет, все артисты целыми днями пропадают на съемках. Идем, я помогу тебе освоиться.
Под руководством Бай Цзяяня дело пошло куда быстрее. Оказалось, что в некоторых комнатах вовсе не было пусто — просто новичку вроде него никто не открывал.
Вместе с тем его симпатия к этому Учителю Бай взлетела до небес. Он действительно оказался на редкость добродушным старшим коллегой, который даже сам предложил обменяться контактами.
Позже, когда он с комфортом нежился в ванне в отеле, в голове вдруг смутно мелькнуло: где-то он уже слышал это имя.
В это время мягкий и обходительный господин Бай уже проставил лайки под всеми постами Цинь У, бесцеремонно вторгаясь в его личное пространство. А у господина Цзяна, который как раз закончил съемки и освободился, телефон начал разрываться от уведомлений: в ленте его маленького аксессуара внезапно появилось это ненавистное лицо.
【Прогресс прохождения: уровень симпатии -100, -150...】
Целая череда звуковых сигналов помогла Цинь У освежить память: кажется, он по неосторожности задел главного конкурента киноактера Цзяна! Неудивительно, что уровень симпатии вот-вот пробил бы дно.
Он попробовал позвонить Цзян Чи, но тот сбросил вызов. Старый негодник был явно сильно задет.
Система, глядя на шкалу прогресса, чуть не плакала: 【Хозяин, может, попробуешь его задобрить? Период защиты для новичков уже закончился. Если симпатия упадет до нуля, активируется случайное наказание. Его назначает штаб-квартира, я не могу на это повлиять...】
Задобрить, как же. У него, негодяя, нет терпения ублажать кого бы то ни было, к тому же он терпеть не мог, когда ему угрожают.
Система, скрытая в глубине сознания, почувствовала, как похолодело лицо его хозяина, и поняла, что дело пахнет керосином: этот предок, когда его донимали, начинал пускать всё на самотёк. И действительно, в следующую секунду Цинь У создал групповой чат, добавив туда и Бай Цзяяня, и Цзян Чи.
Бай Цзяянь, который как раз собирался спать: ?
Киноактер Цзян, который всё еще дулся: ? Что за чертовщину он творит?
Низкий и сексуальный голос киноактера Цзяна прорвался сквозь экран голосовым сообщением: — Малыш, нельзя быть таким жадным. Место в друзьях только одно, выбирай сам.
Цинь У отправил стикер с покорным баклажаном.
— Честно говоря, я ваш фанат как пары. Нам втроем жить душа в душу — это важнее всего остального.
Учитель Бай отличался кротким нравом, он долго смеялся, прежде чем нашел силы ответить: — Я не против, спроси у Учителя Цзяна.
Учитель Цзян промолчал, чувствуя, что окончательно потерял лицо. Ему хотелось подвесить этого мальчишку и хорошенько проучить. Маленький ублюдок, подожди, послезавтра я закончу съемки и доберусь до тебя.
***
По сравнению с прежней любительской конторкой, пиар-отдел Фейсюн работал на голову профессиональнее. Цинь У, мелкую сошку, у которой не было ни одной вышедшей работы, они упаковали как перспективного начинающего актера, успешно воспользовавшись шумихой вокруг официального анонса «Величия и блеска эпохи».
С такой скоростью взлета к концу года, когда платформы будут подводить итоги, он, возможно, даже получит награду. Теперь Цинь У уже не был просто мелкой сошкой: сначала набрал подписчиков после дерзкого выпада в сторону киноактера, затем очаровал фанатов оригинала своими эффектными промо-фотографиями, а потом еще и прибавил популярности, когда лихо пошел на конфликт с Шэнь Хэ и вышел из ситуации сухим из воды.
Хотя фандом состоял из самых разных людей, после всех чисток в нем оставалось около миллиона человек. Этого количества, конечно, не хватило бы, чтобы называться топовым молодым кумиром, но он уже был восходящей звездой, от которой ожидали прорыва.
Пусть ни одного проекта еще не вышло, но одно только сотрудничество с именитым режиссером и киноактером на личной странице работало лучше любого релиза. Время, когда фигуры еще не расставлены на доске — самое опасное.
В начале декабря, в отличие от вечно теплого климата прибрежных городов, в Б-си, что под сенью императорского престола, земля уже была устлана сухими листьями. В холодном ветре, неизвестно откуда дувшем, чувствовалось приближение суровой зимы.
Развлекательная индустрия, полгода пребывавшая в затишье, словно внезапно ожила. Крупные журналы и платформы рассылали приглашения, стремясь застолбить статус ведущих СМИ, а предлагаемые ими ранги и титулы становились все престижнее.
— Маленький аксессуар, хочешь пойти на красный ковер журнала EM? Скажешь пару приятных слов, и я возьму тебя с собой.
Киноактер Цзян в телефонной трубке звучал довольно самодовольно. EM был топовым журналом о роскоши, приглашавшим лишь знаменитостей первой величины и восходящих бизнес-звезд. Достать билет было крайне сложно, и было очевидно, что по своему статусу Цинь У туда пока не дотягивал.
— Лень идти.
Цинь У потянулся. Ему было вполне неплохо бездельничать в отеле. Едва избавившись от слежки бывшего мужа, он должен был сосредоточиться на прогрессе своих стратегий.
Известно, что симпатия бывшего мужа росла стабильно, а Цзян Чи, этот старик, сам шел в руки — пусть сейчас он и дулся, но его легко было умаслить. Его симпатию можно было собирать, как бесплатную ягоду.
Обе линии были стабильны, но тут возникла проблема: двое оставшихся «сынов судьбы» были его старыми знакомыми, с которыми он не хотел связываться. И что теперь? Сцепить зубы и охмурять друга детства или соблазнять сводного младшего брата? Любой из этих вариантов не прошел бы цензуру.
Штаб каждый день слал письма с предупреждениями о саботаже. Думаю, Система просто хочет меня доканать.
Ситуация горела, а Цинь У прятался, занимаясь самовнушением. Где уж тут ходить по красным коврам?
Учитель Цзян негодовал: — Глупец, я предлагаю тебе повысить статус, а ты отказываешься. Неужели ты только вошел в индустрию и не понимаешь ценности этого предновогоднего шоу EM?
— Понимаю, но в компании слишком много тренировок, нет времени. Кстати, когда вы заканчиваете съемки? Не забудьте напомнить мне прислать букет.
— Завтра после обеда. Не забудь купить огромный букет роз, спасибо.
— Тысяча юаней. Учитель Цзян, оформите сначала возмещение расходов.
Цзян Чи изначально брякнул это просто так, не ожидая, что маленький аксессуар и правда соберется покупать. Старик на мгновение замялся, помолчал секунд десять и перевел тему.
— Настолько беден? Разве ты не подписал контракт с Фейсюн? Тебе не подняли зарплату?
— Подняли, но все равно не хватает. Я сейчас ищу карманных денег у своего спонсора. Может, будем вместе тратить деньги того мужчины?
Черт, ну и щедрый же ты.
Киноактер Цзян с отвращением сбросил вызов. Как он мог забыть того мужчину, которого мельком увидел в тот вечер? Тот был моложе него, красив и богат. Цзян Чи не мог с уверенностью сказать, каковы его шансы против такого соперника.
Приходилось признать: маленький аксессуар не только обладал смертоносной красотой, но и вкус на мужчин у него был исключительный. Даже в глазах соперника тот человек был на высоте.
Шансы невелики — это одно, но раз они еще не женаты, значит, он свободен. Киноактер Цзян не испытывал никаких угрызений совести, пытаясь отбить его. С каких пор он стал человеком с высокими моральными принципами?
К тому же, в глазах старого негодяя Цзяна, его маленький аксессуар был таким чистым и невинным, с таким ясным взглядом, что они определенно не успели натворить ничего дурного. А раз тот мужчина, находясь так близко, живя с ним под одной крышей, ничего не добился — значит, он просто ни на что не годен!
Климат в Б-си был далек от приятного: порой за один день можно было пережить все четыре времени года. Погода менялась, и это было неудивительно — в конце концов, в вековой суровости имперской столицы не вырастить изнеженного господина.
Когда Цинь У проснулся после сна, он почувствовал, что стал еще более вялым. В разговоре с Си Чжэном он говорил в нос, и хотя голос звучал еще мягче и милее, мужчина на том конце провода раньше самого Цинь У понял, что тот простудился.
— Ты замерз? Принял лекарство?
Цинь У чихнул и только тогда осознал, что, кажется, заболел. Неудивительно, что последние дни ему всё время хотелось спать, а тело становилось всё тяжелее.
Эх, Си Чжэн беспомощно покачал головой: как он вообще дожил до такого возраста?
Цинь У был человеком, который никогда не смотрел прогноз погоды. В его чемодане при вылете лежали лишь несколько тонких рубашек. Если бы за ним никто не присматривал, он бы так и ходил в этих вещах. Система, которую он таскал с собой, была полным профаном в бытовых вопросах: если нужно было кого-то ограбить, она могла предложить сотню планов, но вот напомнить хозяину позаботиться о здоровье она была не способна.
Когда Цинь У собрался заказать одежду онлайн, в дверь отеля постучали.
— Господин Цинь, ваша доставка.
Цинь У, прислонившись к стене, наблюдал, как молодой человек в деловом костюме внес огромную коробку. Увидев, что он не возражает, тот сам принялся распаковывать вещи и раскладывать их в шкаф отеля. Движения его были легкими, элегантными и профессиональными.
Неизвестно, кто дал ему такое распоряжение, но перед уходом юноша молча оставил аптечку, где всё было заботливо подписано — по сколько штук и когда принимать. Обращались с ним как с детсадовцем.
Цинь У невольно усмехнулся: бывший муж, оказывается, имеет связи везде.
Даже не спрашивая, где он находится, смог точно вычислить номер комнаты. Неудивительно, что, когда он его отпускал, он был таким сговорчивым.
А ведь он действительно подумал, что тот человек просто не стал бороться.
— Очень предусмотрительно, — сказал он, совершая видеозвонок.
Тот ответил без колебаний. Похоже, он был в конференц-зале компании: черное кожаное кресло выглядело невероятно дорогим.
Си Чжэн ослабил галстук. На его строгом дымчато-сером костюме выделялся темно-зеленый галстук со сложным старинным узором, напоминавшим переплетенные лианы или маленьких змей. В общем, всё было подобрано с невероятной тщательностью. На глазах, черных как тушь, красовались очки в золотой оправе, и, когда он не улыбался, от него веяло образом утонченного мерзавца.
— Ой, — с любопытством спросил Цинь У, — с каких пор ты носишь очки?
— Уже некоторое время. Надеваю их, когда нужно сосредоточиться.
Си Чжэн нагло лгал. Стоявший рядом помощник смотрел на всё с проницательным взглядом: ведь они были надеты только сегодня утром. Его босс, который всегда ставил практичность превыше всего, наследник богатой семьи, отдававший предпочтение стилю «старых денег», носитель глубокой алексимии, чей гардероб состоял исключительно из черного, белого и серого — этот стиль был таким ярким, словно павлиний хвост, специально чтобы Цинь У спросил об этом.
Многие дни до этого Чжуан Юй мечтал сфотографировать своего президента и показать этой роковой соблазнительнице — ему было тяжело видеть, как такой выдающийся человек молча идет на такие жертвы ради того, чтобы просто понравиться.
— Простуда прошла?
— После лекарств стало лучше. Парень, который принес вещи, неплох. Его ведь зовут Сяо Чжоу, да? Можешь отдать его мне в личные помощники?
Лицо человека на том конце провода мгновенно похолодело. Он не знал никакого Сяо Чжоу, но с сегодняшнего дня этот человек больше не появится в стране.
http://bllate.org/book/30388/3704837
Готово:
