У него были короткие волосы черные как полночная ночь, светло-серые глаза, а на лице — грозное выражение, способное внушить трепет и без гнева. На плече ярко сверкала крестообразная звезда-знак отличия.
Вэнь Цяо мгновенно вцепился в лямки рюкзака, чувствуя себя крайне неуютно. Он думал, что встреча на фен-корабле станет для него с этим господином Генералом и первой, и последней, но никак не ожидал, что они так скоро столкнутся вновь.
И на этот раз Холанси, судя по всему, снова явился, чтобы поймать его.
Он заметил, как стоило тем похожим на падающий снег серым глазам генерала-адмирала упасть на него, их и без того ледяной взгляд стал еще холоднее, и в нем, кажется, промелькнула капля досады.
Однако, не глядя на Вэнь Цяо, Холанси прямо обратился с насмешкой к стоявшему рядом с парнем мужчине:
— Доктор Янь, я здесь по служебным делам, а вот ты? Что ты забыл в таком месте?
Хотя по смыслу его слова звучали совсем не любезно, тон выдавал близкое знакомство — судя по всему, они были хорошо знакомы друг с другом.
Вэнь Цяо благоразумно замолчал и послушно замер в стороне.
Янь Тин издал цокающий звук, скрестил руки на груди и с улыбкой произнес:
— А что не так с этим местом?
Походока у него была непринужденная. Он закинул руку на плечо Вэнь Цяо и по-свойски потрепал того по макушке:
— Сюда таким милым омегам приходить можно, а мне нельзя?
Вэнь Цяо уловил исходивший от мужчины слабый холодный аромат — кажется, переносить его было куда проще, чем запах самого Холанси. Не успел он подумать об этом, как внезапно почувствовал на себе взгляд Холанси — чуть испытующий и допытывающийся.
— Я могу всё объяснить, — на сей раз Вэнь Цяо решил сдаться добровольно.
Доктор Янь покачал головой и прокомментировал:
— Подумать только, они заставили омегу заниматься сделкой. Какая бесчеловечность.
Холанси посмотрел на опустившего голову Вэнь Цяо, затем перевел взгляд на руку Янь Тина, лежащую на макушке парня, и произнес безэмоциональным тоном:
— Убери руку.
Янь Тин издал звук вроде «о-го-го» и с вызовом посмотрел на него:
— Он же не твой омега, чего ты такой свирепый?
Тем не менее руку он все же убрал, небрежно сунул ее в карман и протянул:
— Если бы я случайно не заметил то, что лежало в сумочке у этого ребенка, ты бы вряд ли додумался обыскивать омегу и снова ушел бы с пустыми руками.
— Ты слишком много о себе во мнении, я всегда ко всем отношусь одинаково. — В глазах Холанси существовали лишь правые и виноватые, без какого-либо разделения на полы.
Холанси перевел взгляд на Вэнь Цяо, помедлил, и его тон стал чуть мягче:
— Выкладывай вещи.
Вэнь Цяо тихонько отозвался:
— Угу.
Под его пристальным взглядом он открыл маленький матерчатый мешочек и, поколебавшись с полсекунды, решительно выложил все улики на всеобщее обозрение.
Правда, доставал он их из сумочки по одной.
Маленький мешочек все еще висел у Вэнь Цяо на шее — его одолжил ему Лука, и вещь эта вряд ли считалась запрещенной, так что ее пришлось бы возвращать.
В этот момент обстановка вокруг генерала-адмирала начала постепенно принимать странный оборот: в руках Холанси разномастные ампулы с железами росли как на дрожжах, громогромодясь небольшой горкой, точь-в-точь превращая его в няньку, носящую за Вэнь Цяо вещи.
Пару секунд царила абсолютная тишина, пока со стороны Янь Тина не раздался смех человека, дождавшегося сладкой мести.
Янь Тин безжалостно высмеял незавидное положение Холанси, едва не выдавливая из глаз слезы:
— Неужели генерал-адмирал намерен конфисковать еще и чужую сумочку? Наш малыш ни за что ее не отдаст.
Однако Холанси ничуть не смутился. Он взял со столика у торца какой-то на вид весьма дорогой антикварный ларец, свалил туда все ампулы разом и под испуганным взглядом продавца швырнул его прямо в объятия Янь Тина:
— С тебя оплата.
— С какой стати? — у человека, у которого только что от смеха слезились глаза, брови сошлись на переносице, а вздернутые уголки глаз едва не опустились вниз.
— Отчет, который Научно-исследовательский институт задолжал Командному центру, должен быть сдан сегодня, — не меняя выражения лица, произнес Холанси. — Опоздаешь на минуту, и доктор Янь в следующем месяце перестанет получать людей в долг у военного ведомства.
Уголки губ Янь Тина дернулись, и он проскрежетал зубами:
— Ну и мерзавец же этот генерал-адмирал, так запросто использует служебное положение в личных целях.
Эта фраза пришлась точно по больному месту доктора Яня, так что ему оставалось лишь злополучно отправиться расплачиваться.
Вэнь Цяо стоял за спиной у Холанси, не видя его выражения лица, но отчетливо расслышал низкий смешок.
Он всё ждал допроса от Холанси, и на его висках выступили капельки пота, стекая по гладким щекам, однако сам мужчина, казалось, пока не собирался его допрашивать.
Компания простояла на месте слишком долго, состав людей на черном рынке и без того был крайне пестрым, а уж на Столичной Планете альф и омег водилось куда больше, чем на удаленных рубежах. Вокруг уже вовсю начинали то тут, то там коситься в их сторону подозрительные альфы.
Вэнь Цяо только-только исполнилось восемьнадцать, и его первая течка еще не наступила, из-за чего обоняние работало изнеженно и остро. Запахи вокруг переплетались в сложнейший клубок, и разобрать, кому именно принадлежал какой из них, не представлялось возможным. Их удушливое амбре заставляло его едва держаться на ногах, а из глубин тела уже накатывала знакомая слабость и ломота. Холодный пот на линии волос струился всё сильнее.
Раньше он думал, что потеет от нервозности перед лицом Холанси, но теперь казалось, что дело вовсе не в этом. Холанси был пугающим, но всё же не до такой степени — по крайней мере, пугать так сильно, как чужие феромоны альф, ввергающие в полутекучее состояние, он не умел.
Вэнь Цяо поднял голову и заметил, что все вокруг смотрят на него с суровыми лицами — особенно Холанси. Он догадался, что, по всей видимости, его феромоны начали бесконтрольно вырываться наружу, но собственный мозг уже погружался в хаос, не поддаваясь никакому управлению.
Вэнь Цяо ненавидел это ощущение, ненавидел, когда тело постепенно переставало подчиняться его собственной воле.
Как он и опасался, густой, приторно-сладкий аромат ирисов внезапно взорвался в воздухе, мгновенно привлекая к себе хищные, жадные взгляды бесчисленных альф.
— Плохо дело, этот малыш, кажется, впадает в течку, — встревоженный голос доктора Яня нечетко прозвучал у самого уха Вэнь Цяо.
Источающий манящий запах омега на улице — всё равно что ходячая кошачья мята, способная послужить фитилем для уличных беспорядков. Никому не улыбалось устраивать здесь рукопашную схватку, а обезумевших в приступе ярости альф усмирить труднее всего.
Прежде чем Вэнь Цяо успел сообразить, чей-то плащ набросили ему прямо на голову. Густой шлейф холодных ноток табачного дыма отрезал выход его собственным феромонам наружу, но одновременно с тем, с пугающей агрессией, снова резко ворвался в его ноздри. Впрочем, на этот раз запах не отдавал режущей нос резкостью — это было теплое дымное амбре тлеющего очага, ласково и мягко обвившее его со всех сторон.
http://bllate.org/book/30379/3704038
Готово:
