Е Хань на мгновение замер, а затем ответил:
— Не слишком искушён, но могу научиться.
Менеджер кивнул:
— Ничего страшного, у нас есть вводное обучение. Первые три дня, поскольку у тебя испытательный срок, почасовая ставка составит 16 юаней, а после выхода на смену — 60 юаней в час. Если гости оставляют чаевые, половина идёт тебе в качестве бонуса. Разумеется, если поступит жалоба от клиента и она подтвердится, с тебя вычтут сто юаней. Тебя это устраивает?
В конце концов, сюда приходили обедать в основном руководящие работники среднего и высшего звена из окрестных мест, а ресторан дорожил своей репутацией и постоянными клиентами, поэтому отзывы ценились превыше всего.
Е Хань подумал: три часа в день — и дневной заработок составит целых 180 юаней, а за месяц набежит больше, чем его основное жалованье.
Шутки в сторону, разве он не сможет это стерпеть?
Кто же станет отказываться от денег?
Е Хань дал согласие.
Его рабочее время на подработке было с шести тридцати до девяти тридцати вечера — как раз в часы пик. Это означало, что после окончания основной работы ему придётся сломя голову бежать в ресторан, и времени попусту тратить было нельзя. К счастью, путь предстоял неблизкий, но вполне посильный — пешком можно было добраться за пятнадцать минут, а по дороге ещё оставалось выкроить минут десять, чтобы прикупить парочку паровых булочек на ужин.
Заведение, где он подрабатывал, было открыто на деньги одного молодого богача, который выкупил целиком два верхних этажа в здании, расположенном в процветающем коммерческом районе, под ресторанный бизнес.
На гигантском камне у входа были высечены три размашистых и величественных иероглифа: Ресторан «Янькэлоу».
Стоило выйти из лифта, как человек словно попадал в иной мир: резные балки и расписные перекрытия, дорожки из зелёного камня, древний и изысканный антураж, а над полом клубилась лёгкая дымка водяного тумана, создавая ощущение пребывания в обители бессмертных.
Верхний и нижний этажи занимали огромную площадь. Посреди первого этажа даже обустроили пруд с карпами кои; дно было выложено гладкой речной галькой, и разноцветные рыбки неспешно плавали в воде. Над прудом возвышалась круглая платформа диаметром в метр, где девушка в розовом традиционном платье держала в руках пипу и одну за другой перебирала струны. Вокруг клубился легкий туман, красавица была полускрыта за вуалью, а звуки мелодии плыли под самыми перекрытиями.
Атмосфера была поистине прекрасной.
Е Хань три дня по всем правилам учился под руководством наставника. Вместе с ним стажировку проходила еще одна девушка. Использование различных приборов, названия блюд и правила общения с гостями — всё это было подробно записано в специальных брошюрах, и Е Ханю с напарницей требовалось лишь заучить всё это наизусть.
Девушку, проходившую обучение вместе с ним, звали Сяо Чэнь. Она была миловидной хохотушкой с ямочками на щеках, обладала очаровательной и чистой внешностью и выглядела лет на восемнадцать-девятнадцать.
Перелистывая меню, она не удержалась от удивления и, воспользовавшись отсутствием управляющего, шепнула Е Ханю:
— Порция жареной зелени стоит 388 юаней, её что, золотым песком посыпали?
И это при том, что цены в меню были самыми обычными. Блюда подороже, вроде «Будда перепрыгивает через стену», стоили за порцию от четырех знаков, начинаясь с двойки.
К тому факту, что одна эта тарелка стоила половины его месячного жалованья, Е Хань отнесся совершенно спокойно:
— Здесь совсем другой уровень, а люди, которые сюда приходят, не испытывают недостатка в деньгах.
Сяо Чэнь посмотрела на белое, красивое лицо Е Ханя и с любопытством спросила:
— Должно быть, твоя семья тоже очень богата.
Иначе с чего бы он так быстро смирился с этими ценами? К тому же, когда управляющий только что учил их заваривать чай и правилам этикета за столом, Е Хань справился просто безупречно, и даже его движения выглядели куда более изящными и приятными глазу, чем у самого управляющего.
Сразу было видно, что раньше ему уже доводилось с этим сталкиваться.
Е Хань не собирался вдаваться в подробности своей семьи и лишь взял в руки чашку из сине-белого фарфора, чтобы потренироваться в последовательности сервировки.
Управляющий вскоре вернулся и продолжил обучать их другим премудростям, так что у Сяо Чэнь больше не было возможности расспрашивать Е Ханя — ей самой хватало головной боли на то, чтобы запомнить все правила.
Как и ожидалось, Е Хань успешно прошёл обучение.
Сяо Чэнь, хоть и путалась в некоторых вещах, тоже кое-как справилась.
В первый день на официальной смене Е Хань был облачен в стилизованную под старину униформу с запахом на груди и вместе с другими официантами выстроился у главного входа в ожидании гостей.
Стройная, подобная зелёному бамбуку фигура в одежде тёмно-серого цвета выгодно подчёркивала его лицо, похожее на нефритовую луну. Женщины-официантки были одеты в длинные платья глубокого синего цвета, также выдержанные в старинном стиле. Мужчины — красавцы, девушки — прелестницы: отменная внешность персонала была одной из визитных карточек ресторана «Янькэлоу».
В конце концов, плоть и чувственные радости свойственны людям, а раз они вели дела с сильными мира сего и знатью, то и уровень сервиса должны были выставить по самому высшему разряду.
В свой первый рабочий день Е Хань столкнулся с уже знакомым гостем.
— Сяо Е, проводи гостей в Бамбуковый сад.
Е Хань поднял взгляд, и перед его глазами предстало то самое лицо, красота которого когда-то поразила его.
Высокий нос, глубоко посаженные глаза, тонкие губы нежно-розового оттенка, и этот взгляд прекрасных янтарных глаз, брошенный вскользь — это был тот самый мужчина, с которым он случайно встретился в торговом центре.
Рядом с ним шел добродушно улыбающийся мужчина средних лет.
— Директор Ли, здесь очень вкусно, это место пользуется популярностью в наших кругах. Говорят, этот ресторан принадлежит вашему однокласснику по старшей школе.
Директор Чжао имел в виду Нин И. Ли Чэнцзэ действительно знал, что тот инвестировал в ресторанный бизнес, просто еще ни разу не бывал в этом заведении.
— Благодаря директору Чжао, я здесь впервые.
— Ха-ха, директор Ли в столь юном возрасте взял на себя семейный бизнес, разумеется, он вечно занят как белка в колесе. Не то что я: годы берут своё, сил уже не хватает, вот и остаётся только выискивать по всюду изысканную еду.
Позади них шли их личные помощники.
Е Хань, к которому обратились по имени, с улыбкой шагнул навстречу:
— Прошу за мной, Бамбуковый сад находится в этой стороне.
Проходя по дорожке из каменных ступеней, Е Хань даже тихонько напомнил гостям смотреть под ноги.
Бамбуковый сад полностью оправдывал свое название: ширмы и декор вокруг состояли из побегов зелёного бамбука, а на стенах висели картины и свитки с каллиграфией, восхваляющими бамбук, что придавало обстановке необыкновенную утонченность.
Е Хань достал буклет меню и протянул его гостям. Директор Чжао взял его и тут же передал Ли Чэнцзэ.
— Директор Ли, посмотрите, есть ли у вас какие-то предпочтения или ограничения в еде.
Ли Чэнцзэ небрежно перелистнул страницы, назвал два блюда и вернул меню директору Чжао.
Директор Чжао добавил еще два блюда и передал меню своему помощнику, чтобы тот согласовал заказ с Е Ханем.
Помощник директора Чжао был молодым человеком лет тридцати с аккуратной стрижкой и приветливой улыбкой на лице. Он уточнил у помощника директора Ли насчет нелюбимых продуктов, и в итоге, после всех правок, было заказано восемь блюд.
Когда в конце зашла речь о вине, Ли Чэнцзэ отказался:
— Давайте без алкоголя, лучше принесите чайник Цзюньшань Иньчжэнь. Директор Чжао, прошу прощения, но на вечер у меня назначена еще одна встреча, боюсь, если выпью, доехать не смогу.
— Понимаю, прекрасно понимаю! Ха-ха, я на самом деле тоже не большой любитель выпить. Жена вечно твердит, что мне нужно пить поменьше из-за возраста, переживает, что живот всё растет.
Е Хань удалился. В самом павильоне имелся собственный чайный набор, но за заваркой и горной ключевой водой нужно было идти наружу.
Цзюньшань Иньчжэнь — это желтый чай, который обладает способностью снимать усталость и освежать голову. Движения Е Ханя во время кипячения воды и заваривания чая были плавными и непрерывными, словно текущая вода. Прозрачная струя воды вливалась в чайник из исинской глины, и его длинные и белые пальцы принялись за промывку чая и его настаивание. После ритуала трижды поклона феникса бледно-желтый чай заиграл легкой рябью в крошечных белоснежных чашечках.
Настолько изящными были его движения, что Ли Чэнцзэ невольно перевел взгляд с чайных принадлежностей на пальцы Е Ханя, а в конце замер на его сосредоточенном лице.
Какой красивый молодой человек, — подумал про себя Ли Чэнцзэ, — почему-то он казался ему смутно знакомым.
Но в чем именно заключалось это знакомство, директор Ли, чья голова была вечно забита тысячами дел, разумеется, вспомнить не мог.
Е Хань с улыбкой стал разносить чашки с чаем: сначала Ли Чэнцзэ, затем директору Чжао, а после и помощникам...
На вкус чай был слегка терпким, оставляя после себя долгое сладкое послевкусие.
— Недурно, — вздохнул директор Чжао. — А парень-то мастак чай заваривать.
Ему часто приходилось бывать на деловых обедах, и он принадлежал к числу людей, что годами мотались по самым разным ресторанам. Искусство заваривания чая в исполнении Е Ханя попало прямо ему в сердце.
Дома у него хранилось несколько плиток старого прессованного чая, цена которых превосходила золото, но директор Чжао вечно чувствовал, что если заварит их сам, то лишь испортит ценный продукт.
Возможно, в следующий раз стоит привезти его сюда и заставить этого официанта повозиться, — с довольной улыбкой подумал директор Чжао.
Ни у кого из четверых мужчин целью не было просто поесть. Е Хань лишь подавал блюда, а вскоре директор Чжао и вовсе отпустил его.
Чтобы в случае необходимости клиенты могли сразу позвать персонал, официанты должны были дежурить прямо у входа в павильон.
Обед продолжался около часа, и когда директор Чжао вышел, лицо его сияло довольством — судя по всему, сделка удалась.
— Директор Ли, как-нибудь в другой раз обязательно соберемся снова.
— Обязательно.
Ли Чэнцзэ взглянул на часы: было уже около восьми. Если выехать прямо сейчас, он еще успевал в Тяньцзи.
Водитель ожидал внизу. Отпустив помощника пораньше домой, Ли Чэнцзэ в одиночестве сел в машину и направился в клуб на севере города.
Е Хань тоже был очень доволен: менеджер сказал, что гости, которых он обслуживал в этот раз, остались им чрезвычайно довольны, так что в его копилку упал отличный отзыв.
Если за месяц удастся набрать двадцать таких отзывов, вдобавок полагалась денежная премия.
Деньги, что падают с неба, грех не забрать.
Возможно, это был удачный старт, но всю последующую неделю подработка Е Ханя шла как по маслу.
Каждый вечер после работы он мчался в «Янькэлоу», так что Ван Янь несколько раз безуспешно пытался вытащить его поесть ночного супа.
Наконец, в один из выходных дней, когда Е Хань сидел в общежитии за учебниками, его поймал Ван Янь.
— Мы во второй половине дня собираемся в бильярд, пойдешь с нами?
Бильярд?
Е Хань покачал головой:
— Я не умею, так что не поеду.
С этими словами он снова уткнулся носом в книгу.
Ван Янь не выдержал:
— Парень, да ты неисправим! Ни разу не присоединился к коллективному отдыху. Тебе не надоедает целыми днями пялиться в книги?
Надоедает?
Тринадцатилетний Е Хань, пожалуй, счел бы скучным тратить дни на Четверик книг, Пятикнижия и различные политические трактаты, но пятнадцатилетний Е Хань во сне видел себя вернувшимся в тот самый тринадцатый год своей жизни.
— Нисколько. Разве читать книги — это не увлекательно?
— Можно подумать, этот день иль полтора что-то решат! Ты уже дважды перелистал эту книгу, пошли во второй половине дня развеемся, выдался же редкий выходной.
Брат Ван настойчиво звал его, и Е Хань счел неудобным в очередной раз отказываться. Он закрыл книгу:
— Ладно, тогда буду признателен, если брат Ван меня научит.
— Эй, об этом и речи быть не может!
Вместе с ними собирались староста соседней комнаты и брат У.
Старосте было на вид около двадцати шести-семи лет. Зажав в зубах сигарету и увидев, что Е Хань тоже согласился пойти, он изогнул бровь:
— Неплохо, старик Ван, а ведь и вправду вытащил Сяо Е.
Брат У тоже усмехнулся:
— Наверное, измором взял? Боялся, что тебе не с кем будет встать в пару?
Взгляд Е Ханя вернулся к Ван Яню, который только что утверждал, будто заставляет его привыкать к жизни в коллективе.
http://bllate.org/book/30370/3703292
Готово:
