— Я наелся…
Последняя фраза прозвучала очень тихо.
Су Имянь чувствовал, что жест Жун Юя, коснувшегося его живота, был точно таким же, как в тот вечер, когда тот похлопывал его рукой и убаюкивал, словно обращаясь с ним как с маленьким ребенком…
Ему стало еще более неловко, и он легко положил пальцы на руку Жун Юю, слегка оттолкнув ее в сторону.
Жун Юй приподнял бровь, глядя на мелкие движения примостившегося внизу человека, и, поддавшись слабому усилию, разжал пальцы. В этот момент у входа раздался звонок в дверь. Жун Юй выпрямился и повернулся, чтобы открыть.
Присутствие Жун Юя отдалилось, и Су Имянь перевел дух, но не успел он расслабиться до конца, как Жун Юй вернулся, держа в руке тюбик в белой упаковке, похожий на мазь, и направился прямо к дивану позади Су Имяня.
Су Имянь еще не успел сообразить, в чем дело, как под его колени и бедра легли чьи-то руки, и в мгновение ока его, подхватив, подняли с ковра и усадили на обтянутое суконными брюками колено Жун Юя.
— Сними штаны.
Голос Жун Юя звучал холодно. В одной руке он держал мазь, а другой сжал мягкую плоть на бедре Су Имяня. Четыре произнесенных слова донеслись до ушей ошеломленного юноши. Услышав их, юноша повернул голову в его объятиях, уставившись на него парой прекрасных и чистых глаз, в которых сквозила немалая растерянность от непонимания происходящего. Его бледно-розовые губы разомкнулись, и он растерянно переспросил:
— Чт… что?..
— Братец?
Мягкие хлопковые штаны опустились до колен, обнажив на воздухе большую часть белоснежной кожи, которая под ярким светом люстры отливала легким розовым оттенком.
— Раздвинь ноги.
Тон сидевшего сзади по-прежнему оставался спокойным. Су Имянь закусил губу, его длинные и тонкие ресницы дважды затрепетали.
Кожа на внутренней стороне оказалась открыта, слегка припухнув.
Су Имянь почувствовал, как взгляд Жун Юй упал именно туда. Затем тюбик с мазью отвинтили, молочно-белая субстанция растаяла на ладони Жун Юя и легла на слегка подрагивающие бедра Су Имяня.
— Слишком худой, — услышал Су Имянь оценку Жун Юя.
У того была широкая ладонь, и слегка обжигающее тепло ладони вместе с прохладной мазью будоражили нервы Су Имяня. Мочки ушей юноши окрасились в легкий румянец, он не слишком расслышал слова Жун Юя, но все же машинально кивнул в его объятиях, отзываясь на то, что тот ему сказал.
…
К тому моменту, когда Жун Юй закончил наносить мазь и Су Имяня отпустили, прошло уже полчаса.
Оказавшись вне объятий Жун Юя, Су Имянь почувствовал, как у него сильно горит лицо. Когда он снова сел на ковер, основание его бедер все еще подрагивало и пылало жаром. Он крепко закусил губу, а длинные ресницы опустились, скрывая влажный блеск в глазах.
Сфокусировав взгляд на раскрытом перед ним учебнике, Су Имянь вновь взял в руки ручку. Поначалу его пальцы слегка подрагивали, но, выведя пару символов, он лишь спустя долгое время постепенно пришел в норму.Су Имянь молча писал домашнее задание, невольно прислушиваясь к другому человеку в комнате.
Шаги Жун Юя были размеренными, казалось, он прошел в спальню, а спустя мгновение, когда он вышел, Су Имянь услышал легкое капанье воды.
Он помыл руки, — подумал Су Имянь.
Затем шаги приблизились, Су Имянь опустил голову еще ниже, и в ноздри ударил легкий запах табака.
Су Имянь вспомнил, как прошлым вечером закашлялся, оказавшись в объятиях Жун Юя.
Жун Юй уходил курить на балкон, тот слабый табачный аромат рассеялся вдали, смутно послышался прохладный и равнодушный голос Жун Юя — до слуха Су Имяня донеслись обрывки неясных звуков, судя по всему, Жун Юй с кем-то разговаривал.
— Не приезжай, ты его напугаешь.
— Завтра совещание, на выходных я привезу его в Родовое поместье.
— Не нужно, я сам все устрою.
Услышав слова «Родовое поместье», Су Имянь замер с зажатой в руке ручкой.
Неужели это звонили домочадцы Жун Юя?
Су Имянь сжал пальцы, вспоминая то, что ему раньше рассказывала Инь Вэй о Клан Жун.
Отец Жун Юя, Жун Сяоянь, и мать, Цзи Юнь, состояли в браке по расчету, их семьи лишь казались дружными, а на данный момент они жили раздельно. Отец Жун Юя находился в частной больнице, принадлежащей Клан Жун, он был прикован к постели, и за ним ухаживал специально нанятый человек, в то время как мать Жун Юя вела семейные дела в Родовое поместье.
В Родовом поместье также жил старший брат Жун Юя, Жун Цянь. Здоровье Жун Цяня было не слишком крепким, после окончания учебы он выбрал творческий путь и стал кинорежиссером и сценаристом. Он с самого детства был помолвлен с дочерью семьи Се, они росли вместе с малых лет и были женаты уже два года, их чувства друг к другу были крепки и нежны.
В Родовом поместье также оставались некоторые боковые ветви Клан Жун, но Инь Вэй не стала вдаваться в подробности, сказав лишь, что родственники из боковых ветвей обычно ведут себя тихо и сдержанно, так что Су Имянь вряд ли будет с ними тесно пересекаться, и ему не нужно специально запоминать их.
Поэтому поездка в Родовое поместье «на знакомство с семьей», о которой говорил ему Жун Юй, скорее всего, означала встречу с матерью и старшим братом с невесткой Жун Юя.
Размышляя об этом, Су Имянь постепенно отвлекся, учебник на журнальном столике долго не переворачивался, а ручка, зажатая в пальцах, которые он машинально подогнул во время задумчивости, оставила на тетради длинную беспорядочную полосу чернил.
У Су Имяня на самом деле не было четкого понимания, как именно перед родственниками Жун Юя изображать безумно влюбленную в Жун Юя пару, поэтому, когда он только узнал о предстоящей поездке в Родовое поместье, он и начал нервничать.
Сейчас... он все еще немного нервничал.
Впрочем, благодаря запасу времени Су Имянь подумал о своем расписании в университете на ближайшие дни: занятия были не слишком плотными, так что он сможет выкроить время, чтобы хорошенько подготовиться, и когда Жун Юй возьмет его с собой в Родовое поместье, он постарается выглядеть подобающим образом.Су Имянь опустил ресницы, погруженный в свои мысли. В этот момент лежавший в стороне телефон тихо вибрировал. Су Имянь вернулся к реальности, взял смартфон и разблокировал его.
На экране красовались два сообщения от преподавателя У.
У Цин: [Почему сегодня не пришел в офис сдать бланки?]
У Цин: [И еще, комендант общежития сказал мне, что ты только что оформил выселение и переехал за пределы кампуса? В чем дело, Су Имянь?]
Увидев сообщения от преподавателя У, Су Имянь на мгновение растерялся.
Те два бланка, что дал ему преподаватель У...
Он забыл.
На самом деле Су Имянь вовсе не соответствовал критериям подачи заявки на стипендию для малоимущих студентов. И заявление на эту помощь, и заявка на работу внутри кампуса — всё это преподаватель У разрешил ему заполнить в виде исключения.
Ранее Су Имянь несколько раз не ночевал в общежитии, и преподаватель У вызывал его на беседу. Во всех его словах читалось беспокойство о том, что это небезопасно. Су Имянь знал, что преподаватель У переживает за него, и не стал отвергать его добрые намерения.
Теперь же...
Обстоятельства изменились. Су Имянь подумал, что всё-таки стоит найти время и вернуть те два бланка преподавателю У.
Опустив голову, Су Имянь начал редактировать ответ. Тщательно подбирая слова, он опустил имя Жун Юя и написал лишь, что некий благотворитель помог разобраться с делами его семьи, поэтому он уже отказался от подработок за пределами кампуса и впредь будет серьезно сосредоточен на учебе.
После того как ответ Су Имяня был отправлен, прошло около получаса, прежде чем от преподавателя У пришло новое сообщение.
У Цин: [Я расспросил преподавателя, отвечающего за общежития. В твоем заявлении на проживание вне кампуса написано, что ты живешь со старшим братом.]
У Цин: [Что еще за старший брат?]
У Цин: [Тот самый благотворитель, о котором ты только что говорил?]
Увидев новые сообщения в окне чата, Су Имянь широко раскрыл глаза, а во взгляде промелькнуло легкое недоумение.
Он слишком долго смотрел на экран телефона, когда сбоку — неизвестно когда — с балкона вышел Жун Юй. Он встал рядом с Су Имянем, и его взгляд скользнул по зажатому в руках парня смартфону, отчетливо видя появившиеся на экране строчки.
Пальцы, сжимавшие телефон, оказались перехвачены длинными, изящными пальцами Жун Юя. Су Имянь с опозданием ощутил приближение мужчины, а когда опомнился, у его щеки уже виднелся жесткий и резкий контур чужого подвала. Жун Юй слегка наклонился, и Су Имянь оказался заключен в кольцо его рук.
Совершенно не успев среагировать, Су Имянь выпустил телефон из пальцев, и тот перекочевал в руки обнимающего его Жун Юя.
Чувствуя себя несколько скованно, Су Имянь так и замер на месте в тени склонившегося над ним Жун Юя, наблюдая, как тот отбивает несколько строчек в диалоговом окне с преподавателем У, ведя с собеседником краткую беседу с его телефона.
Жун Юй только что затушил сигарету, и от него всё еще исходил легкий, едва уловимый шлейф табачного аромата — не слишком резкого, от которого Су Имянь, в отличие от прошлого раза, не стал закашливаться.
Опустив глаза, мужчина объяснял ситуацию У Цину от его лица.
На его лице по-прежнему застыло привычное, едва заметное выражение холодной отстраненности. Всего пара фраз — и все сомнения У Цина быстро рассеялись. В самом низу экрана чата Су Имянь увидел последнее сообщение от У Цина, в котором тот велел ему послушно слушаться старшего брата, прилежно учиться на занятиях, а если снова возникнут трудности — обязательно обращаться к нему.
Тонкие веки Су Имяня чуть приподнялись, а ресницы слегка затрепетали.
Телефон вернулся в его ладонь. Су Имянь поджал губы, пальцы, сжимавшие гаджет, судорожно согнулись. Когда Жун Юй протянул руку, чтобы поправить выбившиеся пряди у него на лбу, его тронутые легким румянцем губы шевельнулись, и с некоторой нерешительностью, мягким и робким голосом он обратился к нему:
— Братец?
В пятницу после полудня во втором учебном корпусе университета А отзвенел звонок с пары, и из репродукторов зазвучали популярные композиции по заявкам студентов — наступило время ужина.
Под плывшие из динамиков мелодии снаружи учебного корпуса доносился шум моросящего дождя. Сначала это были лишь редкие капли, но через две-три минуты дождь усилился, с силой ударяя о землю и образовывая лужи разной глубины.
Выйдя из аудитории и остановившись в холле первого этажа, Су Имянь лишь задним числом осознал, что на улице вовсю льет ливень. В холле и коридоре толпилось множество людей, не захвативших зонты: они обсуждали прогноз погоды и возмущались столь внезапному дождю, хотя синоптики обещали ясный день весь напролет.
С рюкзаком за плечами пройдя через холл, Су Имянь тихо и безмолвно опустил взгляд, останавливаясь в коридоре. Окружающий шум на мгновение словно затих, и пространство вокруг Су Имяня само собой опустело.
Неподалеку кто-то перевел взгляд на Су Имяня. Сидевший рядом парень проследил за его взором и, разобравшись, на кого тот смотрит, привычно закинул руку ему на плечо и понизил голос:
— Хорош, правда? Первая красота и гордость нашего института.
Разве он не симпатичнее той первой красавицы с факультета компьютерных наук?
Парень достал телефон, открыл галерею и, быстро пролистав ее, вытащил несколько заветных снимков, протягивая их стоявшему рядом другу:
— Даже я, натурал, считаю его красавчиком. Когда лазил по форуму, сохранил кучу фотографий. Говорю тебе, наша Луна — просто знаменитость на форуме и доске признаний, многие пытались за ним ухаживать.
Показав другу фотографии, парень ожидал, что тот останется равнодушным, но, едва убрав телефон, услышал в ответ:
— Его зовут Луна?
http://bllate.org/book/30317/3696371
Готово:
