Фу Чэнь не переставал брыкаться и взревел:
— Отпустите! Отпустите меня!
Вэнь Юй, наконец вырвавшись из его хватки, поспешно спрыгнул с кровати и отбежал подальше.
— Чего застыли? Живо несите верёвку и свяжите этого паршивца! — Фу Чэнцзэ слегка повернул голову, отдавая приказ слугам.
— Есть! — те опомнились и бросились искать верёвку. Фу Чэнцзэ в два счета связал Фу Чэня. Тот яростно сопротивлялся, не сводя глаз с Вэнь Юя и всё повторяя в исступлении: — Верните мне его! Верните его мне!
— Ты в порядке? — спросил Фу Чэнцзэ у Вэнь Юя.
— …Я в порядке, — тихо ответил Вэнь Юй, голос его слегка охрип. Его и правда напугал вышедший из-под контроля Фу Чэнь; казалось, он хотел буквально раствориться в теле Вэнь Юя.
Такова была абсолютная связь между нормальным Альфой и Омегой, обусловленная высокой степенью совместимости феромонов. Каким бы ни был человек — даже если его терпеть не можешь — при столь высоком показателе неизбежно возникает безумное чувство собственничества. Можно ли вообще отличить такое желание обладать от настоящей любви?
Глядя на обезумевшего Фу Чэня, Вэнь Юй внезапно понял, откуда берется его сопротивление. Ведь было бы предельно жалко, если бы Фу Чэнь испытывал столь сильное влечение к кому угодно, кто обладал бы этой железой с высокой совместимостью феромонов.
В глазах Вэнь Юя на мгновение промелькнула жалость. Жалость к Альфе, которому суждено всю жизнь находиться во власти феромонов.
Бедняга.
Неизвестно, показалось ли ему, но Вэнь Юю на миг почудилось, что взгляд Фу Чэня прояснился, однако в следующее мгновение это исчезло.
Доктор Сюй прибыл быстро. К его приходу Фу Чэнь уже перестал буйствовать и, обессиленный, провалился в забытьё.
Осмотрев пациента, Доктор Сюй снял с запястья Фу Чэня браслет и извлек данные. Выяснилось, что в последний месяц уровень феромонов Фу Чэня по ночам становился крайне нестабильным, образуя на графике череду пиков. Сегодня же показатели начали расти ещё с утра, а к ночи достигли пугающих отметок.
— Молодой господин Фу намеренно терпел и молчал, — вздохнул Доктор Сюй. — При таких цифрах, как сегодня, любой другой человек уже сошел бы с ума.
Фу Чэнцзэ и Шэнь Ваньцзюнь переглянулись и нахмурились. Вэнь Юй тоже был поражен.
— Молодой господин Фу скорее предпочтет мучиться от Синдрома нарушения феромонов, чем просить помощи у своей истинной пары, — легко прочитал мотивы поведения Фу Чэня врач.
— Да что за упрямство такое? — рассердился Фу Чэнцзэ, недовольный тем, что сын не бережет здоровье. — К чему эта показуха?
Шэнь Ваньцзюнь, тоже удивленная, спросила:
— Доктор Сюй, что же нам теперь делать?
Доктор Сюй взглянул на Фу Чэня, а затем перевел взгляд на Вэнь Юя:
— После такого приступа потребность организма молодого господина в феромонах истинной пары только возросла. Если раньше было достаточно просто часто проводить время вместе, то теперь им лучше не расставаться ни на минуту. Желательно, чтобы они не разлучались более чем на час.
Фу Чэнцзэ и Шэнь Ваньцзюнь молча посмотрели на Вэнь Юя. Это означало, что теперь им мало ходить вместе в школу — нужно ещё и жить в одной комнате.
Фу Чэнцзэ знал, что они и раньше иногда ночевали вне дома. Он всегда баловал Фу Чэня, стараясь исполнить любой его каприз, и, по правде говоря, его мало заботило состояние Вэнь Юя. По сути, так называемая помолвка Семьи Фу и Семьи Чжоу была сделкой, а значит, Вэнь Юй теперь принадлежал Семье Фу. Фу Чэнцзэ терпел алчность Семьи Чжоу лишь потому, что Вэнь Юй мог вылечить Фу Чэня. А раз так, то и о временной метке нечего было рассуждать — если понадобится полная метка ради спасения жизни, кто посмеет возразить? Что уж говорить о совместном сне в одной комнате.
— Сяо Юй… — Шэнь Ваньцзюнь обратилась к нему с явным затруднением, выглядя крайне неловко.
Вэнь Юю хотелось аплодировать её выдающейся актерской игре. Помолчав, он произнёс:
— Я не против, но хочу, чтобы Фу Чэнь не пропадал подолгу. Мне нужно время на учёбу.
— Хорошо, я поговорю с Сяо Чэнем, — улыбнулась Шэнь Ваньцзюнь, довольная его уступчивостью.
Фу Чэнцзэ бросил взгляд на Вэнь Юя. Этот Омега знал, что к чему. Раз никто не против, пусть живут и спят в одной комнате.
***
Когда Фу Чэнь пришел в себя, он увидел вокруг целую группу людей. Тело ныло от слабости, голова гудела, а плечо особенно сильно болело.
— Сяо Чэнь, ты проснулся, — улыбнулась Шэнь Ваньцзюнь.
Фу Чэнь смутно помнил события ночи, но его поразило присутствие Доктора Сюя.
— Зачем вы позвали доктора? — спросил он, присаживаясь на кровать и потирая виски.
— Ты ничего не помнишь? — уточнила мать.
Фу Чэнь нахмурился:
— А что я должен помнить? Что случилось?
Сказав это, он вдруг заметил, что обстановка в спальне изменилась: его кровать переместили к окну, а рядом поставили ещё одну.
— Откуда здесь вторая кровать?
Шэнь Ваньцзюнь посмотрела на Доктора Сюя, а затем вкратце описала вчерашние события. С каждым её словом лицо Фу Чэня мрачнело. Внезапно в памяти вспыхнули полные жалости глаза, в уголках которых при каждом моргании едва заметно проступала красная родинка.
Фу Чэня, казалось, разобрал смех сквозь ярость:
— Мало помолвки, теперь ещё и жить в одной комнате? Исключено.
Вэнь Юй сидел рядом, никак не реагируя на слова Фу Чэня — в конце концов, именно такой реакции он и ожидал.
Фу Чэнцзэ, напротив, разозлился и холодно посмотрел на сына:
— Решил, что самый умный? Хочешь перетерпеть всё сам, чтобы доказать, что не нуждаешься в чужих феромонах?
Отец прекрасно знал характер сына и озвучил его истинные мысли, отчего гнев его только усилился.
— Так издеваться над своим телом, не беречь себя — и ты ещё хочешь в Спецвойска «Белый волк»? — Фу Чэнцзэ понимал, что для сына важно. — Слушай врача, выполняй лечение, а не то станешь дураком. Кому ты будешь нужен в армии, если не вылечишься?
Фу Чэнцзэ тяжело посмотрел на Фу Чэня и вышел из комнаты.
Фу Чэнь сжал кулаки и процедил сквозь зубы, глядя на Вэнь Юя:
— Не обольщайся. Я рано или поздно избавлюсь от этой дрянной болезни.
***
Тем же вечером Вэнь Юй закончил решать два теста, умылся и пришел в спальню Фу Чэня с подушкой.
Фу Чэнь только что принял душ и стоял в темно-синем халате. От него шёл пар, воротник был слегка распахнут, обнажая белую грудь и четко очерченные ключицы.
Увидев Вэнь Юя, Фу Чэнь холодно фыркнул, сел на свою кровать и предупредил:
— Если вздумаешь ночью залезть ко мне в постель — убью.
Вэнь Юй промолчал. Ему очень хотелось объяснить, что он и не собирался лезть в чужую постель, а те два случая были чистой случайностью.
Вэнь Юй разобрал рюкзак, лег и выключил свет. Фу Чэнь всю ночь был настороже, то и дело открывая глаза, чтобы проверить, что там делает Вэнь Юй. Тот лежал к нему спиной, тихо, не издавая ни звука, и выглядел очень послушным. Вскоре Фу Чэня сморил сон.
На следующее утро Фу Чэнь проснулся неожиданно рано, даже раньше Вэнь Юя. Тот теперь лежал, повернувшись к нему лицом. Фу Чэнь разглядывал безмятежное спящее лицо: длинные густые ресницы, миниатюрные губы.
В этот момент Вэнь Юй проснулся. Их взгляды встретились.
Фу Чэнь быстро отвел глаза. Он был вынужден признать: это был лучший сон с тех пор, как он заболел.
Вэнь Юй быстро встал, умылся в своей комнате, а затем они одновременно спустились на первый этаж завтракать. Это был их первый совместный завтрак, чему Дядя Чэнь даже удивился.
После молчаливой трапезы они сели в машину водителя, по-прежнему стараясь держаться как можно дальше друг от друга на заднем сиденье. В классе Фу Чэнь неожиданно не стал спать, а принялся листать военные новости на коммуникаторе.
Многие поглядывали на них с любопытством — ведь за Фу Чэнем прочно закрепилась кличка Спящий бог первой школы.
С самого первого года обучения не было ни дня, чтобы он проснулся поутру. Но так как оценки Фу Чэня оставались стабильно высокими, все списывали это на то, что он учится по ночам, изнуряя себя. К этому все уже привыкли.
Поскольку он хорошо справлялся со всеми предметами, учителя закрывали глаза на его привычку спать на уроках. Сегодня же почти каждый преподаватель успел заметить: «Надо же, Фу Чэнь сегодня не спит». Это всякий раз вызывало взрывы хохота в классе. Фу Чэнь подпирал щеку рукой, почернев от злости.
В обед к нему, как обычно, пришел Цзи Чэнь и тоже изумился, увидев его бодрствующим.
— Солнце сегодня не с той стороны взошло? — удивился он.
— Да вы достали, — Фу Чэнь за утро наслушался этих восклицаний до тошноты.
Цзи Чэнь покосился на Вэнь Юя и заметил, что тот тоже выглядит неплохо. Обычно бледный, почти болезненный, сегодня он порозовел, и весь его вид стал куда более живым.
На самом деле Вэнь Юй и сам чувствовал, что выспался просто отлично — лучше, чем за всё время пребывания в Семье Фу. Он невольно задумался о чудесной силе феромонов между Альфой и Омегой: феромоны Фу Чэня вызывали у него сильное чувство близости, а рядом с ним он подсознательно ощущал странное спокойствие и безопасность.
Такова была физиологическая особенность высокой совместимости: феромоны истинной пары, чья связь почти достигает ста процентов, неизбежно пробуждали друг в друге ощущение близости.
http://bllate.org/book/30262/3689646
Готово:
