Он закончил смотреть на то, как Чжан Цзуй открыл рот, собираясь что-то сказать, и опередил его:
— Ваш генеральный директор Ци сейчас у моего дяди, вы ведь наверняка не хотите, чтобы я шёл туда и мешал их разговору?
Помощник Сун уловил скрытый смысл в его словах, поджал губы и проглотил отказ, который уже готов был сорваться с языка.
Гу Кэ отвел взгляд:
— Пойдём.
Ци Ци посмотрел на помощника Сун, и тот действительно не собирался его останавливать. Ци Ци повернулся и сердито уставился в спину Гу Кэ: этот тип давит на людей авторитетом его прекрасного дяди, знает ли об этом его прекрасный дяди?!
Хотя в романе Шан Ляньцзинь действительно считался одной из главных опор Гу Кэ.
— Быстрее сюда. — Отойдя на пару шагов и заметив, что человек сзади не поспевает за ним, Гу Кэ нетерпеливо повернулся и поторопил его.
Ци Ци подавил эмоции в душе, немного подумав, и всё же решил подойти послушать, что тот хочет сказать. Возможно, это как-то связано с Линь Юем.
Терраса в ночной тишине была погружена в покой, и весь шум остался запертым в банкетном зале.
Гу Кэ стоял у перила спиной к нему, ночной ветер слегка растрепал кончики его волос. Услышав шаги позади, он повернул лицо в профиль: высокий переносица, плавная линия подлянья — зрелище всё ещё было весьма услаждающим взор.
Человек, способный заставить Ци Ци влюбиться с первого взгляда, разумеется, не мог иметь дурной внешности, да и фигура его поддерживалась в хорошей форме.
Жаль только, что Ци Ци, знавший его истинный нрав, не мог им восхищаться. К тому же, едва увидев это грандиозное пиршество с участием прекрасного дяди, он закономерно находил всю эту пресную кашицу совершенно безвкусной.
Для открывшейся перед глазами картины в голове нашлось лишь одно ёмкое определение: выпендрёж.
Дождавшись, пока тот остановится за его спиной, Гу Кэ повернулся и посмотрел на этого капризного молодого господина, который вечно увивался за ним.
Вообще-то собеседник был неплох собой. Если бы тот не пытался играть с ним в чувства, Гу Кэ не возражал бы завести с ним мимолётный роман.
Но беда была в том, что его собственные чувства сначала принадлежали тому лунному свету, а позже — Линь Юю, и у него больше не оставалось ничего для других.
Происхождение и статус партнера заранее исключали роль удобного компаньона на одну ночь, с которым можно встретиться по первому зову и отпустить без сожалений. Завяжись между ними что-то серьезное, это принесло бы немало хлопот, поэтому Гу Кэ никогда его не принимал.
Лишь после истории с Линь Юем он стал чуточку более сострадательным к тем, кто питал к нему искренние чувства. Именно из-за этого он и поделился с парнем своими контактами.
Но подобный шаг, судя по всему, породил у того какие-то заблуждения: отношение к нему стало еще более пылким, он не только подстерегал его повсюду, но в последнее время умудрился заявиться даже к Линь Юю.
Кое-что еще можно стерпеть, но Гу Кэ не позволял докучать этому человеку.
— Что ты сказал Линь Юю, когда ходил к нему вчера?
Ци Ци не ответил, а задал встречный вопрос:
— Разве имеет значение то, что я сказал?
— Ци Ци, — нахмурившись, посмотрел на него Гу Кэ. — Я же просил: не лезь к Линь Юю.
Интересно, кто это тут довел человека до того, что тот сбежал из города А? Какое право он имеет говорить подобное? Разве он не слышал поговорку о том, что запоздалая нежность дешевле травы? К тому же — с его-то самопровозглашенной глубокой любовью, — мысленно отчитал его Ци Ци, скрестив руки на груди. — Я не лез к нему, мы просто сели рядом и поболтали.
Брови Гу Кэ сошлись еще круче. Он не верил, что с характером Ци Ци они могли просто посидеть и поболтать, но и пойти расспрашивать Линь Юго он тоже не мог — тот сейчас вообще не желал его видеть. Вздохнув, он произнес:
— Если у тебя возникнут какие-то вопросы, можешь приходить ко мне, только не ходи больше к нему и не тревожь его душу.
Ци Ци чувствовал, что его собственная душа сейчас тоже потревожена не на шутку, и прямо заявил:
— Если генеральный директор Гу не хочет тревожить его душу, то ему в первую очередь следовало бы разобраться с собственным поведением.
Гу Кэ тяжёлым взглядом посмотрел на него. С самого начала он заметил, что сегодня отношение Ци Ци к нему совершенно изменилось: при встрече не было прежнего безумного восторга, лишь холодность. Он подумал, что всё это происходит из-за ревности к Линь Юю.
Он отодвинулся от перил, на которые опирался полубоком, сделал шаг вперёд и сократил расстояние между ними.
Ночной ветер принёс аромат его дорогого мужского парфюма — не резкого, но Ци Ци он не слишком нравился. Слишком близкая дистанция тоже вызывала отторжение, поэтому парень отступил на шаг назад.
Гу Кэ снова надвинулся на него и протянул руку, чтобы коснуться его лица:
— Ци Ци, если ты будешь вести себя послушно, я не против подсластить тебе жизнь...
Раздался звонкий шлепок — кто-то оттолкнул его руку.
Словно очнувшись от наваждения, Ци Ци с испугом отскочил на пару шагов в сторону, прикрыл ладонью щеку, которую чуть не погладили, и вытаращил на него глаза:
— Ты чего делаешь?!
Совсем с катушек съехал, что ли, распускает тут руки?!
Гу Кэ посмотрел на собственную слегка побаливающую ладонь, а затем с полным неверием перевел взгляд на виновника.
— Ты меня ударил?
А что, неужели ещё и день для этого выбирать надо? — мысленно автоматически парировал Ци Ци, однако внешне взял себя в руки и произнес:
— Ты внезапно протянул руку, я испугался, это была чисто рефлекторная реакция, прошу прощения.
Но услышав его объяснение, лицо Гу Кэ лишь помрачнело. Он прекрасно помнил: однажды, стоило ему всего лишь легко потрепать парня по голове, как тот тут же радостно растрепал об этом в соцсетях, а в этот раз — взял и оттолкнул его руку.
Он убрал руку, поправил воротник и холодно произнес:
— Ци Ци, если ты затеял со мной какие-то игры в недоступность, прекращай как можно скорее, я на это не куплюсь.
Не давая собеседнику вставить ни слова, он снова сделал шаг вперёд и заглянул ему в глаза:
— И это моё последнее предупреждение: не смей больше заигрывать с Линь Юем, иначе не обессудь, если я перестану с тобой церемониться.
С этими словами он резко обошел Ци Ци сбоку и удалился, не оставив тому ни единого шанса на ответ.
Стоило Гу Кэ задеть его плечо своим, как Ци Ци вышел из оцепенения, вызванного потрясением от его слов. Он обернулся, глядя на удаляющуюся спину, затем перевёл взгляд на пустую террасу, растерянно моргнул и почувствовал полное бессилие оттого, что даже некому пожаловаться на этот бред.
Постояв так мгновение, он издал короткий, полный злости смешок, упл руки в боки и, больше не в силах сдерживаться, обратился с вопросом прямо к воздуху:
— Нет... он вообще больной, что ли?!
Но стоило его голосу утихнуть, как откуда-то со стороны донесся тихий смешок. Ци Ци испуганно вздрогнул и машинально вскинул руки в защитном жесте:
— Кто здесь?
Воздух замер на пару секунд, у двери с противоположной стороны террасы посветился легкий шорох, и из полумрака тени вышел человек, постепенно попадая в полосу света.
Глаза Ци Ци широко раскрылись, и он растерянно пробормотал:
— Пр... прекрасный дядя...
Подошедший мужчина явно не расслышал, что тот сказал, и вопросительно приподнял бровь:
— Что?
Окончательно пришедший в себя Ци Ци замахал руками:
— Ничего, ничего!
http://bllate.org/book/30250/3687525
Готово:
