— Два дома, три человека с одинаковыми именами — это невероятное стечение обстоятельств, не стоит называть это неприятностями, — произнес стоящий неподалеку Цяо Лэюань. — Позвольте спросить, как же ваши родители и сестра... — Он был человеком крайне любопытным и, по-видимому, сдерживался уже довольно долго.
— Не знаю, следили ли вы за новостями, — Цяо Мэнди вспомнила недавний инцидент с пропавшим самолетом. — Они летели тем самым рейсом в город, где я училась, чтобы навестить меня, но самолет пропал с радаров над океаном, и его до сих пор не нашли.
Как и ожидалось, госпожа Ши и Цяо Лэюань тяжело вздохнули. В этот момент Цяо Мэньтянь подошла, неся цветочный чай. Цяо Мэнди приняла чашку, поставила ее на стол и поблагодарила.
— Может, это прозвучит нескромно, но раз уж нас свела такая судьба, если вы не против, то можете рассказать, если вам нужна какая-то помощь, — мягко сказала госпожа Ши. — Ах да, мы же до сих пор не знаем, как вас зовут.
— Цяо Мэнди. — Имя, которое она никак не могла произнести, слетело с губ само собой, стоило госпоже Ши спросить.
Ответив, она сама невольно удивилась. В это мгновение она поняла: прежде она думала о себе как о настоящей Цяо Мэнди, но сейчас, произнося это имя, она осознала себя главной героиней Кровавых слез брачного союза.
— Моего отца зовут Цяо Лэюань, мать — Ши Юнъюнь, а сестру — Цяо Мэньтянь. — Наверняка они не будут проверять списки пассажиров того пропавшего рейса.
— Ах, какое совпадение!
— Если бы у нас была дочь по имени Цяо Мэнди, это было бы точь-в-точь как параллельные миры в фильмах.
— Старый Цяо, будь серьезнее.
— А я считаю, что папа прав. Если бы у меня была такая ослепительная сестра... — Цяо Мэньтянь посмотрела на Цяо Мэнди, небрежно скользнув взглядом по ее груди, — ...было бы просто замечательно.
Цяо Мэнди опустила голову, сдерживая грустную улыбку. Раньше ее сестра вечно жаловалась на несправедливость: почему у одних и тех же родителей одна дочь — с размером D, а другая — с A? Зачем, если есть Лян, нужно было создавать Юй?
— Ну вы, отец и дочь, право слово...
— Ничего страшного, — Цяо Мэнди понимала, что госпожа Ши заботится о ее чувствах. — Я очень рада, что встретила вас, но не буду больше злоупотреблять вашим вниманием. Спасибо за гостеприимство. — Она сделала несколько глотков горячего чая; сладкий, нежный аромат напитка разлился внутри, согревая ее. — До свидания.
Перед уходом она купила немного выпечки, приготовленной госпожой Ши. Они пытались уговорить ее остаться и еще немного отдохнуть, но Цяо Мэнди была непреклонна, и они проводили ее до дверей.
Спустившись по ступеням, Цяо Мэнди обернулась и помахала им рукой. Она еще раз посмотрела в их невероятно теплые глаза и улыбнулась. Она всегда была женщиной эффектной, но теперь ее улыбка выглядела такой изможденной. Уходя, она не оборачивалась: боялась, что, обернувшись, проявит слабость и не сдержится, чтобы не попытаться убедить их в том, что она — их старшая дочь.
По дороге она думала о том, что, скорее всего, больше никогда их не увидит. Она боялась мешать им, но еще больше — разбитого сердца. Поэтому она решила, что слова о том, что она «только что потеряла родителей и сестру», по большому счету, не были таким уж обманом.
Кафе Цяо, где произошла встреча, находилось в западной части Лучжоу, в университетском квартале, тогда как дом настоящей Цяо Мэнди и особняк семьи Яо располагались в восточной части города, где жили состоятельные чиновники и богачи. Дорога между этими местами занимала больше часа, почти как путь между двумя разными городами. Если не ехать целенаправленно, шанс встретиться снова был практически равен нулю.
С чувством, будто она прощается навсегда, Цяо Мэнди ускорила шаг. Ей хотелось скорее вернуться домой, как следует отдохнуть, ведь вечером ей предстояла встреча с Яо Чиюэ, и нужно было обсудить очень важные вещи.
Цяо Мэнди было немало хороших друзей, но перемены, произошедшие с ее семьей, отбили у нее желание с кем-либо видеться. То, как бесследно стерлись следы ее существования из жизни близких, окончательно лишило ее надежды. Что это — перемещение в книгу или воплощение романа в реальности? Почему все, что было раньше, исчезло без следа? Подобные вопросы бесконечно возникали в голове, но у нее уже не было ни сил, ни желания искать ответы.
По дороге домой она вспомнила, как вчера утром пообещала настоящей Цяо Мэнди, что возьмет все остальное на себя. Самое важное дело — расторжение помолвки, на которое так надеялась прежняя владелица тела, полагая, что отец пожалеет дочь, — она решила взять в свои руки и лично заявить об этом Яо Чиюэ. Поэтому о предстоящей встрече она никому не сказала.
«Деньги на свадебное платье перевела», — вчера, услышав, что Цяо Мэнди начала нормально питаться, Цяо Чэнжун обрадовался, отправил ей сумму и написал сообщение.
«Получила», — Цяо Мэнди приняла деньги со спокойной душой, даже не потрудившись поблагодарить.
Раньше настоящая Цяо Мэнди, по крайней мере до начала всей этой истории с помолвкой, всегда была очень вежливой. Цяо Чэнжун подумал, что она все еще сердится, и не придал значения легким переменам в поведении дочери.
Цяо Мэнди решила, что, как только увидится с Яо Чиюэ, сразу выложит все карты на стол. Согласится та на разрыв или нет, она все равно уйдет.
Вернувшись домой, она застала в доме тишину. Посмотрев на время, она поняла, что сестрица Сун уже ушла после обеда, а Линь Линьфэн, должно быть, снова отправилась на какие-то пышные мероприятия. Пройдя через гостиную, Цяо Мэнди поспешно поднялась на второй этаж. Как только она вошла в комнату, то немедленно расстегнула бюстгальтер, который был ей мал и сдавливал грудь, словно корсет. Как только грудь освободилась, ей стало легче дышать.
Вытащив бретельку левой рукой и потянув за вырез правой, она опустила взгляд и увидела, что на коже, как и ожидалось, остались красные следы от сдавливания.
http://bllate.org/book/30047/3660446
Готово:
