Вперед, переплетенная змея! Загрызи его! — скомандовал Цинь Ухао.
Появившаяся на свет пара змей — одна синяя, другая желтая, свившиеся вместе и достигающие в высоту больше метра, — с первого же взгляда испугала дикого волка. Тот с опаской уставился на противников. Завидев, как змеи ползут прямо на него, обнажая жуткие клыки, зверь с испугу крутанулся на месте и бросился наутек.
Какая там еда, когда на кону собственная жизнь! Бывший вожак стаи, изгнанный сородичами, продемонстрировал величайшую тягу к выживанию, пусть даже оставшись в полном одиночестве.
Увидев, что дикий волк сбежал, Цинь Ухао испустил вздох облегчения и без сил рухнул на землю.
И почему я не начал осваивать навыки как можно скорее? — выражение лица Цинь Ухао было отчасти отчаянным.
Интересно, не поздно ли ему сейчас вернуться и грызть сухие лепешки?
Украдкой взглянув на опухшую щиколотку, Цинь Ухао был готов заплакать.
Изначально он планировал подняться сюда поскорее и так же быстро ускользнуть обратно, но о возвращении теперь нечего было и думать — если по прошествии этого дня он вообще сможет шевелиться, это уже можно будет считать удачей.
Пока Цинь Ухао сокрушался о своем обеде, у подножия горы царила паника на лице кормилицы Чжоу.
Муж кормилицы Чжоу говорил, что наймет для нее паренька, который будет носить еду Цинь Ухао, чтобы этой работой не приходилось всегда заниматься ей самой. В клане Цинь кормилица Чжоу не пользовалась особым влиянием, зато в этом поместье она была самым уважаемым человеком, чье слово имело наибольший вес.
Если бы Цинь Ухао по-прежнему выглядел полумертвым, кормилица Чжоу не возражала бы перепоручить это дело кому-то другому, но теперь, видя, как он заметно пошел на поправку, она занервничала.
Ни в коем случае нельзя позволять этому парню и дальше поправляться. Лекарство, конечно, нужно продолжать вливать в него насильно, и обязательно следить, чтобы он всё выпивал.
Чтобы Цинь Ухао со спокойной душой выпил снадобье, кормилица Чжоу на этот раз захватила не только лепешки, но даже три блюда — одно мясное и два вегетарианских. Однако, толкнув дверь, она обнаружила, что в комнате нет ни души. Хао-гэ пропал без следа.
Кормилица Чжоу тут же запаниковала, повернулась и принялась расспрашивать живших поблизости людей, но те лишь качали головами — никто ничего не видел. Женщина, вставшая сегодня спозаранку, припомнила смутный силуэт, промелькнувший в утренней дымке, но из страха перед властным нравом кормилица Чжоу и боясь, что та свалит на нее пропажу человека, предпочла просто промолчать и ничего не сказать.
Кормилица Чжоу чуть не умерла от страха.
Хозяин, скажи, что, что же нам делать! — кормилица Чжоу металась по комнате из угла в угол. — Человек пропал, как нам держать ответ перед госпожой!
Разве ты не послала людей на поиски? Куда он мог деться в таком крошечном месте, да еще среди зимы? Всё равно куда-нибудь вернется, — затягивая самокрутку, произнес мужчина.
Услышав это, кормилица Чжоу немного успокоилась, но, подумав, снова заговорила: — А если его не удастся отыскать? Вдруг он сбежал из поместья наружу...
Тогда он точно замерзнет или умрет с голоду. Чего паниковать, подумай, какое сейчас время года? Скоро Новый год, ни один дом не работает, где он найдет кого-то, чтобы наняться и добраться домой? К тому же у него за душой нет ни медной монетки, ни еды, ни питья, а по ночам холодно — не пройдет и много времени, как он окочурится где-нибудь на улице.
Но если мы не найдем тело, отчитаться тоже будет непросто, — возразила кормилица Чжоу.
Что значит непросто? Найдем кого-нибудь в поместье или купим на стороне мальчика подходящего возраста, прикончим, завернем в циновку и сунем в гроб. Неужели госпожа станет лично открывать его и проверять? — мужчина постучал табакеркой о край стола. — Если ты и впрямь не спокойна, а за эти три-пять дней человек так и не найдется, воспользуйся поводом отправить госпоже новую зерновую дань из поместья к Новому году и заодно расспроси всё у людей клана Цинь. Пока этот ублюдок не вернулся в клан Цинь, где бы он ни подох — какое тебе до этого дело?
Верно, ты прав... Так и сделаем! — убежденная мужем, кормилица Чжоу окончательно успокоилась, опустилась на стул и перевела дух, а на ее лице вновь проступило презрительное выражение. — Хм, в свое время эта дешевка заслужила милость, забравшись на ложе главы, и как же важничала передо мной, какая гордая была. А теперь посмотри на нее: сама уже горстка праха, а ее некогда любимый сынок неизвестно в каком углу валяется сгнившим трупом на съедение зверям. Эх, людишки, какая кому судьба суждена, такая и будет. Как ни борись, а результат всё тот же.
Сидевший рядом с кормилицей Чжоу мужчина горячо одобрительно кивнул.
На улице, кажется, что-то происходило: Чжо Чэнь услышал шум и гам, которые вывели его из глубокого сна.
Выбравшись из временного убежища-пещеры, он увидел лишь юношу, которого по всей горе гонял преследующий его волк.
Очередная печальная история о глупом ребенке, который из любопытства пришел погулять в горы, столкнулся с волком и в итоге жалко погиб в его пабе.
На подобное Чжо Чэнь насмотрелся еще несколько веков назад.
Это его не касалось, поэтому Чжо Чэнь, волоча наполовину обугленное тело, бесцельно покачиваясь, скользнул обратно в пещеру.
Духовная энергия в этих горах была поистине скудной. Если бы не его выдающийся природный талант, как бы он смог за пять веков дойти до стадии обретения человеческого облика?
Однако Небесный Путь всегда был суров к культиваторам-демонам. Даже при том, что он никогда не губил живые существа без нужды — лишь бы утолить голод, — и шел по самому ортодоксальному пути самосовершенствования из родовой памяти, те несколько ударов Громовой кары едва не лишили его жизни.
Но с тех пор, как прогремела Громовая кара, прошло уже около полугода, а его раны так и не зажили. Духовная энергия в горе истощилась из-за того, что он поглощал ее, и Чжо Чэнь был вынужден всерьез задуматься о переезде.
Однако половина его тела онемела, и он не мог проползти далеко — куда же ему податься?
Свернувшись клубком и смачно зехнув, он услышал доносившиеся снаружи жалобные завывания того самого волка.
Чжо Чэнь уловил запах собрата.
Он украдкой выполз из пещеры и выглянул наружу: две змеи гнали волка по всей горе.
Обычные змеи? Нет, похоже, у них пробудился разум.
Но назвать их культиваторами-демонами тоже было бы неверно. Озадаченный Чжо Чэнь подполз ближе и своим давлением заставил троих зверей остановиться. Внимательно осмотрев их, он обнаружил, что эти две змеи — призванные звери-демоны, связанные контрактом.
Здесь неожиданно есть Культиваторы? Чжо Чэнь был крайне потрясен.
В столь уединенном месте, при столь скудной духовной энергии — не говоря уже о Культиваторах на Стадии Закладки Основания, — даже адепты на Стадии Очищения Ци брезгливо скривились бы. С чего бы вдруг культиватору со способностью Укрощение зверей забрести сюда? Уж не дурак ли он часом?
Впрочем, Чжо Чэнь быстро сообразил, что представился шанс. Он качнулся, и вся змея целиком превратилась в полоску белого дыма, которая ввинтилась внутрь желтой змеи, погрузив ее душу в сон и без тени смущения захватив чужое гнездо.
http://bllate.org/book/30019/3656639
Готово:
