Видя, что тот молчит, Сюй Синли тоже не стал заводить разговор первым, лишь сосредоточившись на игре.
Словно нарочно, он выбрал песню в бунтарском рок-стиле и включил звук на полную громкость. Яростные удары барабанов и гитарные проигрыши непрерывно гуляли по комнате, терзая барабанные перепонки.
В конце концов, под безумные звуки музыки Сюй Синли услышал куда более безумный вопрос.
— А эту пианино давай выбросим, а?
Мимо —
Мимо —
Мимо —
Игра окончена —
Шумная музыка внезапно смолкла, экран телефона залило багровым. Сюй Синли позволил игре завершиться поражением, а выражение его лица сменилось с первоначального неверия на ярость, стоило ему прийти в себя.
— Ты с ума сошел? — он резко бросил телефон, поднялся на ноги и произнес сквозь сжатые зубы: — Из-за Сюй Юя? За кого ты меня принимаешь? Проваливай из моей комнаты!
Сюй Чжоу знал, что Сюй Синли очень дорожит своим пианино, но реакция брата оказалась куда сильнее, чем он предполагал. Мужчина явно на мгновение замер, прежде чем ответить:
— Оно уже совсем старое.
— И что с того? Это моя вещь! Какое ты имеешь право решать, что с ней делать? — Сюй Синли посчитал это совершенно немыслимым. Он протянул руку и изо всех сил толкнул Сюй Чжоу, пытаясь выставить того за дверь.
Неизвестно откуда в нем только взялись силы, но от толчка Сюй Чжоу пошатнулся, а Сюй Синли яростно закричал на него:
— Проваливай! Я ненавижу тебя!
Услышав эти слова, Сюй Чжоу тут же нахмурился. Он выровнял равновесие и теперь просто стоял, позволяя Сюй Синли колотить и пинать себя.
Сюй Синли вкладывал в удары всю свою злость, но выносливость Сюй Чжоу оказалась поистине пугающей. Наконец, запыхавшись, парень замер и поднял на него свирепый взгляд.
Его глаза неизвестно когда покраснели, уголки увлажнились, и одинокая слеза без всякого предупреждения покатилась по бледной щеке, выглядя крайне неуместно в мягком желтоватом свете лампы.
Сюй Синли крепко закусил нижнюю губу, не давая всхлипыванию вырваться наружу, лишь гневно сверлил Сюй Чжоу взглядом. Его светло-карие глаза заволокла пелена влаги, но скрывать затаенные обиду и ненависть он даже не пытался.
Сюй Чжоу окончательно остолбенел.
Он редко видел, чтобы Сюй Синли плакал. Тот вообще не был изнеженным человеком и с самого детства, что бы ни случилось, молча проглатывал любые трудности, справляясь со всем в одиночку. В ранние годы еще доводилось слышать, как Сюй Синли жалуется на какие-то досадные мелочи и капризничает с ним, но по мере взросления он стал говорить лишь о сущих пустяках, не стоящих внимания. А после возвращения Сюй Юя у Сюй Синли и вовсе будто не осталось характера — казалось, его слезные железы напрочь иссохли.
Поэтому, увидев такого Сюй Синли, Сюй Чжоу вдруг почувствовал себя так, будто смотрит на совершенно незнакомого человека.
Сюй Синли никогда прежде не смотрел на него с таким выражением, да и самого Сюй Чжоу захлестнула совершенно иная волна — еще более острой боли и скорби.
— Син... — он машинально сделал шаг к Сюй Синли, собираясь назвать его по домашнему прозвищу, но горло будто перехватило, и произнести хоть слово не получалось.
Заметив его приближение, Сюй Синли отчаянно оттолкнул его. Сюй Чжоу на секунду потерял концентрацию, и его по инерции вытолкнули за порог комнаты.
— Сюй Чжоу, — сквозь зубы процедил Сюй Синли. — Если ты посмеешь выбросить мое пианино, я искромсаю твою скрипку в клочья! А потом утащу тебя с собой на тот свет!
Глава 11: Я дорожу этим
С этими словами дверь с силой захлопнулась.
— Бах! —
Оглушительный грохот раскатился по всей вилле, заставив едва заметно содрогнуться все здание.
Сюй Чжоу тихо стоял перед дверью и, услышав щелчок замка, инстинктивно сунул руку в карман брюк, крепко сжав в кулаке ключ.
Почему Сюй Синли так разозлился?
Что только что сказал его младший брат?
Сюй Чжоу совершенно не мог вспомнить. В его сознании стояла лишь последняя сцена: Сюй Синли с налитыми кровью глазами злобно бросил ему в лицо, словно заклятому врагу: Я утащу тебя с собой на тот свет!
На тот свет...
На тот свет!
Эти слова ударили по его голове, словно тяжелый молот. Сердце вдруг забилось с бешеной силой, волны панического трепета полоснули по коре головного мозга. Он резко вскинул взгляд, вытащил ключ и уже собирался отпереть дверь, как позади посмерсли торопливые шаги.
— Старший брат? — Сюй Юй придержал перила у лестницы и, тяжело дыша, спросил: — Что-то случилось? Почему здесь так шумно?
Сюй Чжоу спрятал ключ обратно в ладонь, крепко сжал его, глубоко вздохнул и только после этого молча повернулся.
— Ничего, — ответил он. — Это я не рассчитал силу, когда закрывал дверь.
— Вот как. — Сюй Юй моргнул, перевел взгляд на закрытую дверь за спиной мужчины и задумчиво бормознул что-то себе под нос.
Сразу после этого он встретился взглядом с Сюй Чжоу, тут же улыбнулся и произнес:
— Папа с мамой вернулись, ужин тоже готов, давайте позовем Сяо Сина спускаться.
Сюй Чжоу помолчал немного, прежде чем кивнуть:
— Я позову его, спускайся пока.
— Хорошо, — отозвался Сюй Юй и зашагал вниз.
Пока силуэт юноши не скрылся из виду, Сюй Чжоу стоял не двигаясь. Лишь затем он повернулся обратно к двери, опустил глаза в задумчивости, но в конце концов всё же убрал ключ в карман и постучал:
— Пора ужинать, Син-эр.
Син-эр — так он ласково называл Сюй Синли в детстве, и это прозвище было уникальным, больше во всей семье так никто не обращался.
Когда Сюй Синли пошел в старшую школу, он перестал так часто его называть, но эмоциональное состояние брата становилось все более нестабильным. Сюй Чжоу прекрасно знал, что Сюй Синли затаил на него обиду, однако все равно по привычке сорвался на это домашнее имя.
Интуиция подсказывала ему, что это прозвище поможет Сюй Синли немного успокоиться.
Прошло немало времени, прежде чем дверь наконец отворилась.
Младший парень выглядел почти нормально, если не считать все еще покрасневших глаз. Увидев его, он лишь равнодушно отвел взгляд и, обойдя брата, направился вниз по лестнице.
Сюй Чжоу наконец облегченно выдохнул.
За ужином Сюй Мин даже упомянул недавний грохот у двери, но Сюй Чжоу взял вину на себя, сославшись на то, что просто не рассчитал усилие.
Сюй Мин больше ничего не сказал, лишь попросил впредь быть аккуратнее.
Впятером они молча закончили ужин. Слуги подали фруктовую тарелку, но Сюй Синли, даже не взглянув на нее, поднялся из-за стола и ушел.
Лестница находилась близко к парадному холу. В такое время прислуга по большей части уже расходилась по комнатам отдыха, а дворецкий неизвестно куда запропастился, так что в огромном холле остался лишь один Сюй Синли, отчего пространство казалось пустынным и безмолвным.
Таков был привычный уклад его детства. В его воспоминаниях днем родителей почти никогда не удавалось застать дома — компанию ему обычно составляли лишь Сюй Чжоу да нянька.
Позже Сюй Чжоу пошел в старшую школу и возвращался домой не раньше девяти вечера, так что с Сюй Синли оставалась лишь одна пожилая экономка.
А еще позже нянька уволилась, Сюй Синли подрос, и нуждаться в ком-то, кто неотступно следует по пятам, перестал, оставшись в абсолютном одиночестве.
За первые шестнадцать лет жизни дней, когда вся семья собиралась в этом холле вместе, набралось меньше, чем случаев, когда Сюй Юй после своего возвращения отчитывал Сюй Синли вместе со всеми.
Сюй Мин и Е Цзятин, казалось, искренне верили, что вся семья должна быть в сборе исключительно для подобных сцен.
Сюй Синли окинул все вокруг холодным взглядом и решительно направился к лестнице.
Но не успел он дойти до ступенек и выйти из безлюдного коридора, как Сюй Юй, который по идее все еще должен был находиться в столовой, выскорзнул неизвестно откуда.
Хлюп —
Мир вокруг стремительно перевернулся, и Сюй Синли пришел в себя лишь среди усеявших пол осколков фарфора.
Они с размаху столкнулись плечами. Парень качнулся, отчаянно пытаясь поймать равновесие, но всё же задел стоявшую в коридоре антикварную сине-белую вазу из коллекции Сюй Мина.
Коридорный ковер вчера как раз забрали в химчистку, так что под ногами оставалась лишь гладкая плитка из полированного мрамора. Хрупкий фарфор не выдержал подобного удара и разлетелся вдребезги.
Осколки разлетелись далеко во все стороны, и шедший рядом Сюй Юй тоже завалился прямо на них, изобразив на лице испуг.
Широко распахнув глаза от ужаса, он пару раз дернулся, силясь подняться, и заковылял к Сюй Синли.
— Сяо Син, ты в порядке? — он протянул ему руку, словно собираясь помочь подняться.
Сюй Синли помрачнел и холодно уставился на него.
Эта сцена уже происходила в его прошлый жизни, причем именно в этот же день. Как он мог забыть об этом?
Тогда он, тщательно подавляя эмоции после ужина, по привычке покинул столовую пораньше, и никто его не задержал. Кто же знал, что Сюй Юй увяжется за ним, срежет путь по другому коридору, выберет идеальный ракурс и устроит этот спектакль.
А сейчас, выведенный из себя Сюй Чжоу, он совершенно выкинул эту мелкую деталь из головы.
Сюй Синли мысленно обругал Сюй Чжоу на все лады, а затем безжалостно оттолкнул протянутую руку Сюй Юя.
— Ай... —
Сюй Синли признавал, что действительно приложил некоторое усилие, отшвыривая руку сводного братца, но любой нормальный мужчина устоял бы на ногах от подобного толчка — тем более что Сюй Юй в прошлой жизни столько раз дрался в школе, и физическая подготовка у него была вполне приличная.
Однако человек перед ним рухнул вниз без малейшего предупреждения, следуя ровно по направлению толчка, и плашмя завалился прямо в груду острых осколков.
— ? — Сюй Синли нахмурился, собираясь уже заявить, что устраивать подобный цирк было совсем необязательно, как за спиной внезапно раздался шум шагов.
— Сяо Юй!
Услышав оклик, Сюй Синли обернулся и увидел бегущую к ним Е Цзятин, за которой следовали Сюй Мин и Сюй Чжоу.
Он не успел и глазом моргнуть, как Е Цзятин уже бросилась поднимать Сюй Юя, с тревогой расспрашивая обо всем на свете, а затем с упреком посмотрела на Сюй Синли и рявкнула:
— Зачем ты толкнул старшего брата?!
Получив эту отповедь прямо в лицо, Сюй Синли на секунду опешил. Придя в себя, он садистски скривил губы в усмешке и произнес:
— Он пытался навредить мне, я что, по-твоему, еще и поддержать его должен был?
Троица из семьи Сюй тут же окаменела.
Не дав им опомниться, Сюй Чжоу уже оказался рядом с ним. Он присел на корточки, широко расставив руки, явно намереваясь подхватить его и поднять.
Увидев это, Сюй Синли тут же отпрянул. Плевать на осколки под ногами, он уперся руками в пол, с трудом поднялся, отряхнул ладони и, неизвестно — нарочно ли задевая Сюй Юя или просто по привычке, бросил:
— Я не настолько изнежен.
Сказав это, он сделал шаг, намереваясь уйти, но дорогу ему преградил Сюй Чжоу.
— Чего встал? — Сюй Синли гневно нахмурился, вскинув взгляд на непроницаемые черные омуты чужих глаз.
— Протяни руки, дай посмотреть, — произнес Сюй Чжоу, и в его голосе прозвучали нотки не терпящего возражений ультиматума.
Сюй Синли и не подумал подчиняться. Презрительно усмехнувшись, он бросил:
— Какое тебе до меня дело? Беги лучше поухаживай за своим родным братишечкой, а то вдруг его нежная душонка такого потрясения не вынесет.
Видя, что разговоры не работают, Сюй Чжоу помрачнел. Сделав шаг вперед, он крепко перехватил запястье парня и потащил за собой.
http://bllate.org/book/29873/3636905
Готово:
