Двадцать лет назад, судя по возрасту, нынешнему управляющему было едва за двадцать. Богач не стал бы нанимать молодежь для управления поместьем, так что эта зеленая яшма действительно могла принадлежать только старому управляющему.
Вот вам и доказательство того, насколько верен мой вывод.
И Цзиньчао тихонько хмыкнул и посмотрел на противостоявших друг другу Шэнь Пина и управляющего.
Лицо управляющего помрачнело так, будто вот-вот рухнет небо, но Шэнь Пин, словно не боясь смерти, продолжал плясать на краю обрыва:
— Что такое? Моя разгадка застала вас врасплох и вы лишились дар речи? Пожалуй, сам призрак не ожидал, что старый управляющий, которому он доверял больше всех, окажется главным виновником гибели его семьи. Он ведь просто... кхм...
— Не смей... снова клеветать! — управляющий в ярости ухватил Шэнь Пина за короткие влажные волосы и резко оттянул его голову назад. — Старый управляющий верой и правдой служил этому поместью всю свою жизнь! Даже тяжело заболев, он не покидал его ни на шаг до самой смерти, и даже после кончины велел мне, своему сыну, продолжить исполнять его обязанности!
Предать мог кто угодно, но только не он.
Шэнь Пин холодно усмехнулся:
— Ха! Вся эта его преданность — не более чем следствие загрызшей его совести после того, как он погубил всю семью богача!
Хлоп!
Не в силах сдержать эмоции, управляющий с размаху ударил Шэнь Пина ладонью по затылку. Тот со всего маху впечатался лбом в стену, угодив в трещину, и брызнула кровь.
Глаза управляющего покраснели. Снова вздернув голову Шэнь Пина за волосы, он прошипел:
— Еще хоть слово пискнешь — убью.
Шэнь Пин исподлобья глянул на управляющего:
— А старый управляющий... все равно был предателем.
Хлоп!
Последовал еще более тяжелый удар о плоть и кости, и кровь змейкой потекла по неровным выступам и трещинам.
Увидев это, стоявaвший неподалеку И Цзиньчао наконец быстрым шагом направился к ним и, перехватив управляющего за запястье прямо перед тем, как тот собирался нанести Шэнь Пину смертельный удар, сурово бросил:
— Остановись.
Управляющий повернул голову, глядя на него покрасневшими глазами. Разница в росте почти в полголовы и усилие, с которым И Цзиньчао пытался вырвать запястье, — все это отчетливо напоминало И Цзиньчао о том, что в силе он явно уступает противнику. И тем не менее И Цзиньчао выдержал его взгляд лицом к лицу.
— Управляющий, Шэнь Пин чужак, это правда, но если вы его убьете, вам все равно предъявят обвинение в убийстве. Ради этого поместья вам лучше пока оставить его в живых.
В слове обвинение, прозвучавшем с особым нажимом, управляющий отчетливо расслышал предупреждение.
Этот игрок, похоже, прекрасно понимал их отношения с чужаками, а также скрытое правило этого места, запрещающее причинять вред посторонним, раз уж он даже с самого начала притворился NPC, чтобы подобраться поближе.
Пристально вглядевшись в И Цзиньчао, управляющий задал вопрос:
— Ты в конце концов пришелец извне или сам родом отсюда?
И Цзиньчао покосился на полуприкрывшего глаза Шэнь Пина в руках управляющего и тихо ответил:
— Кем хочешь меня видеть, тем я и буду.
Сказал вроде бы всё, но ничего толком не объяснил.
Выражение лица управляющего, однако, постепенно смягчилось. Он отпустил Шэнь Пина, позволив тому безвольно сползти по стене и рухнуть на пол без сознания.
Несколько медицинских принадлежностей лежат на полке у обеденного стола. Отнеси его в комнату отдыха, и если это повторится, я больше не буду сдерживаться.
Бросив эти слова, управляющий решительно удалился из виду. И Цзиньчао бросил взгляд на Шэнь Пина, тяжело вздохнул и позвал Гу Тинханя, чтобы вместе отнести того в комнату.
Шэнь Пин лежал на кровати, чувствуя непрекращающуюся боль во всем теле, особенно в запястье и на лбу. Из-за этого его мысли о внешнем мире были донельзя ясными, в то время как собственное тело совершенно не слушалось.
Все погрузилось во мрак, каждый вдох и малейшее движение живота ощущались в несколько раз сильнее обычного.
Эх, похоже, на этого Шэнь Пина надежды никакой.
Возле самого уха раздался звонкий мужской голос — это говорил тот самый И Цзиньчао, который его спас.
Пойдем поищем еще какие-нибудь улики в комнате управляющего, возможно, удастся найти что-то новое. Этот голос звучал куда холоднее и принадлежал Гу Тинханю.
Нет, управляющий, должно быть, уже вернулся в ту комнату напротив столовой, в конце узкого коридора. Если зажигать свет и открывать проход, поднимется немалый шум, нельзя дать ему о чем-то догадаться.
Ты дело говоришь, давай-ка сегодня отдохнем, а завтра с утра пораньше займемся поисками.
Перекинувшись еще парами фраз, они быстро пришли к единому мнению.
Лежавший на кровати Шэнь Пин в этот момент был готов подскочить и прикончить их обоих прямо здесь.
Казалось, им было совершенно наплевать на то, выживет он или нет. Стоит помнить: если он сегодня не пройдет испытание, то станет следующим покойником.
Ушедшие гости закрыли дверь комнаты, и вокруг снова воцарилась тишина. Старые настенные часы принялись скрипеть. Во все более густеющей темноте Шэнь Пин почувствовал, что за окном стоит призрак и жаждет завладеть его жизнью своими единственным бельмом на глазу, и его сердце забилось на пределе возможностей.
Тик... так... тик... бум!
Среди долгого боя часов внезапно послышался звук чего-то треснувшего. Шэнь Пин вздрогнул от озноба, а когда пришел в себя, то понял, что снова обрел контроль над собственным телом.
Схватившись за раскалывающуюся от головокружения голову, он поднялся на ноги, кое-как доковылял до стола и схватил с пола спасшие его часы — на разбитом циферблате стрелки неумолимо отсчитывали время, перевалив за 11:30.
До того момента, как призрак придет за его душой, оставалось всего полчаса.
Тело Шэнь Пина от кончиков волос до лодыжек пылало жаром из-за поднявшейся температуры. Тяжело дыша, он с часами в руках вывалился за дверь, нащупал перила и спустился на нижний этаж замка.
В большой зале сквозь окна со всех четырех сторон пробивался лунный свет, кое-где пятнами ложась на пол. На этих искаженных, переплетенных, неровных стенах залегли несколько демонов с человеческими лицами и телами шакалов. Они раздувались, удлинялись, сливаясь воедино, словно десятки пар слепых глаз впились в него, намертво жаждая его гибели.
Шэнь Пин сглотнул слюну, подавляя поднимающийся из глубин души страх, и нажал выключатель у стены. Яркий свет залил помещение, и все призрачные видения мгновенно исчезли. Перед лицом неминуемой смерти все это казалось сущими пустяками.
Следуя словам И Цзиньчао, он прошел в узкий коридор напротив кухни и, добравшись до комнаты в самом его конце, обнаружил, что дверь заперта изнутри на задвижку.
Черт возьми, отворяйте!
Шэнь Пин принялся барабанить в дверь и пинать ее ногами — в ответ не последовало ни звука. Он попытался выбить ее плечом, но в итоге лишь первым делом невыносимо заныли старые раны.
Бросив быстрый взгляд на часы, он понял, что осталось всего двадцать минут. Оглядевшись по сторонам, Шэнь Пин заметил в боковой кладовой, куда падал свет из небольшого окошка, сложенные сельскохозяйственные орудия. Подойдя туда, он взял мотыгу, вернулся к двери и со всего размаха обрушил ее на замок.
Бух! Бух! Бух!
Щепки полетели во все стороны, замок разлетелся в щепки. Шэнь Пин толкнул дверь и, нажав на выключатель света, увидел, что скрытый в углу проход действительно открылся сам собой.
Бросив взгляд на часы, которые он уронил на пол — оставалось не больше десяти минут, — он размозжил их ударом мотыги и спустился по ходу вниз.
Шаг за шагом Шэнь Пин добрался до самого дна, толкнул приоткрытую дверь и в тусклом свете из коридора увидел, что управляющий мирно спит под одеялом, не проснувшись даже от того, что кто-то вошел.
Все они, игроки, каждую ночь спасаются бегством от призрака, так почему же он, единственный распорядитель этого поместья и сын главного виновника всех бед, может так спокойно и безмятежно проводить здесь каждую ночь, когда свирепствуют злые духи?
Ярость волной хлынула в грудь, а вспомнив, как управляющий обошелся с ним несколько часов назад... Шэнь Пин, потеряв всякий контроль над собой, шагнул к кровати, окинул взглядом сгорбленный под одеялом силуэт и, вскинув засыпанное деревянной стружкой орудие, со всего маха опустил мотыгу вниз.
Бух.
Ожидаемого ощущения мягкой плоти и сопротивления не последовало, звук разрываемой ткани оказался легким донельзя, почти ненастоящим.
Шэнь Пин откинул мотыгой одеяло и обнаружил, что под ним вовсе никакой не управляющий, а всего лишь пара сваленных в кучу диванных подушек, служивших простой обманкой.
Чужак, даже убив меня, ты не сможешь помешать призраку забрать твою жизнь.
Холодный голос раздался прямо из-за спины. Шэнь Пин обернулся и увидел управляющего, вышедшего из-за двери; на его невозмутимом лице читалось, что он, судя по всему, раскусил все его действия заранее.
Взглянув на висевшие на стене часы, управляющий произнес:
Ха-ха, пять минут.
Шэнь Пин злобно усмехнулся и, вскинув мотыгу, шаг за шагом двинулся на управляющего, окончательно растеряв остатки человеческого разума:
— Пяти минут, чтобы утащить тебя с собой на тот свет, вполне достаточно!
Глава 13. Поместье Свирепых Призраков (тринадцатая)
Шэнь Пин крепче перехватил мотыгу и неумолимо приближался к управляющему.
— Стоит мне убить тебя, и я смогу отчитаться перед призраком...
— И мне не придется умирать здесь...
Он продолжал бормотать себе под нос, словно читая смертельное проклятие, подошел вплотную к управляющему, высоко поднял мотыгу и изо всех сил рубанул прямо по его широкому лбу.
Хлоп!
Мотыга со звоном вонзилась в стену, так что у Шэнь Пина онемела рука, а заживающее запястье снова дало о себе знать — из-под повязки сочилась кровь.
— Ты ведь и правда хотел меня убить.
Управляющий откинул голову в сторону, уворачиваясь от удара, но прядь волос у него на виске оказалась пригвождена к стене и растрепалась.
— Ты сам меня довел! — взревел Шэнь Пин, с силой выдернул мотыгу и снова замахнулся сбоку, целясь в управляющего.
Управляющий среагировал мгновенно: он подался вперед и перехватил руку Шэнь Пина с мотыгой, а второй рукой попытался вырвать орудие, как вдруг Шэнь Пин в лоб бросился на него, прямо тараня в лицо.
Хлоп!
От столь тяжелого удара у обоих потемнело в глазах. Управляющий почувствовал, как мотыга выскользнула из рук, а в затуманенном взоре мелькнул Шэнь Пин, который снова занес оружие для удара.
В самый критический момент управляющий успел перехватить стоявшую рядом дверь и прикрыться ею. Мотыга пробила раму насквозь, и острый край полотна полоснул его по груди, вспоров кожу и брызнув фонтаном крови.
Не успел он даже ощутить боль, как пробившая дверь мотыга зашевелилась, собираясь вынырнуть обратно. Шэнь Пин, начисто забыв о боли в его сломанном запястье, уперся ногой в дверь, силясь выдернуть оружие.
В такой ситуации управляющему некогда было раздумывать, и он бросился наверх по лестнице.
Хлоп!
Снизу из прохода снова донесся глухой звук: мотыга проломила дверь и ударила о пол.
Зажав рану на груди руками, управляющий первым добежал до входа в комнату и нажал на замаскированный под светильник выключатель.
Наверху каменная плита стала медленно смыкаться вовнутрь. В самый последний момент перед полным закрытием в проем просунулась мотыга, намертво заклинив щель. Плита замерла под давлением, и в образовавшемся проеме показалось искаженное злобой лицо Шэнь Пина; к счастью, зазор оставался узким — максимум пролезла бы голова.
Управляющий перевел дыхание, собираясь заняться раной, как вдруг, подняв глаза, увидел, что И Цзиньчао и Гу Тинхань почему-то уже стоят перед ним, а дверь комнаты, которая должна была быть заперта накрепко, давно потеряла свое предназначение:
— Что вы... черт возьми, натворили?
http://bllate.org/book/29726/3617221
Готово:
