— Ей тебя и привели, ступай поблагодари её.
Кэ Цин перевела взгляд на стоявшую у дверей девочку: лицо совсем юное, ростом невысокая, на вид не больше четырнадцати лет.
Непонятно почему, но Янь Син неизменно чувствовала исходившее от неё невыразимое давление. На сердце заскреблась беспричинная тревога, и она заговорила запинаясь:
— Я… я ничего такого не делала. Это Младшая соученица наставника ухаживала за тобой целые сутки напролёт.
Сы Мо заметила её смущение, шагнула вперёд и забрала белую фарфоровую пиалу:
— Иди тренируйся.
Словно амнистию получив!
Янь Син торопливо выбежала наружу и, прижав руку к груди, облегчённо выдохнула. Черты лица этой гостьи и впрямь очень напоминали Младшую соученицу наставника: красива-то она красива, да только обе ледяные, никаких эмоций не прочтёшь.
— Маленькая младшая соученица, ты чего?
Янь Син обернулась, и на её лице тут же расцвела улыбка, а голос стал звонче:
— Первая старшая соученица!
Вань Тан протянула руку и смахнула с её плеча прилипшие снежинки. Глядя на сияющие глаза девочки, она невольно улыбнулась и вытащила из пазухи несколько медных монет, вкладывая их ей в ладонь.
— Сегодня я пойду с тобой спускаться с горы за провизией, а эти возьми — купишь себе леденцы на палочке.
— Спасибо, Первая старшая соученица!
Янь Син с восторгом разглядывала монетки на ладони. Наставник у них был прижимистым и каждую луну выдавал самую малость на мелкие расходы, да и у остальных старших соучениц денег вечно не водилось — лишь Первая старшая соученица то и дело баловала её медяками на всякую всячину.
Вань Тан протянула руку и взъерошила её волосы, а в глазах плескалась нежность:
— Ладно, ступай скорее на тренировку, а не то Наставник увидит — снова накажет.
— Первая старшая соученица, пойдём со мной!
— Хорошо.
Глава 3. Первая стычка
— Меня зовут Кэ Цин.
Сы Мо помешивала ложкой белую кашу в пиале. В её глазах отражался лишь поднимающийся от еды парок, казалось, её ничуть не волнует, кто эта гостья, откуда она взялась и почему в такой снегопад оказалась заброшена на Гору Ушань.
— Ешь кашу.
Стоило признать, каша была сварена поистине великолепно: рис разварился в мягкие хлопья, но при этом каждая крупинка оставалась цельной, а освежающий сладковатый привкус полностью заглушал лекарственный дух, наполнявший комнату. Кэ Цин приняла пиалу, съела несколько ложек и наконец почувствовала, как в тело возвращаются силы.
— Как тебя зовут?
— Зори как хочешь, мне всё равно.
— Ты словно остерегаешься меня.
— Ошибаешься, я всегда такая.
После долгого голодания нельзя было наедаться досыта, поэтому Кэ Цин съела лишь чуть больше половины пиалы и отставила её в сторону:
— Где это мы?
— Гора Ушань.
— Гора Ушань… Так ты глава Секты Уи?
— Она моя сводная сестра.
Кэ Цин сызмальства знала все крупные и мелкие школы и секты Цзянху. Хотя в Секте Уи состояло меньше десятка человек и все они были женщинами, каждая владела уникальным мастерством, а глава их Хэ И особенно искусно управлялась с длинным мечом, так что прославилась в Цзянху в весьма юные годы. И раз уж глава столь сильна, её сводная сестра наверняка и вовсе выдающаяся личность.
Подумав об этом, она снова исподлобья окинула взглядом стоявшую перед ней женщину: белые одежды, чёрные сапоги, стройная фигура и отрешённый нрав — редкостной красоты дева. Но губы ее были бескровны, поступь — неуверенной, с первого взгляда угадывался человек, страдающий от давнего недуга. К тому же на поясе не было никакого оружия, надо полагать, она привыкла пользоваться скрытым.
Сы Мо не обратила внимания на её пытливый взгляд, достала кисть, тушь, бумагу и чернильницу, быстро написала рецепт и протянула ей:
— Когда спустишься с горы, купи по нему лекарства. Принимай раз в день, если пропьешь семь дней подряд — застарелый холод сам выйдет из тела.
— Ты что же, гонишь меня?
— Таковы правила Секты Уи: чужаков не держим.
Кэ Цин не взяла рецепт и, глядя ей прямо в глаза, холодно бросила:
— А если я не уйду — что ты мне сделаешь?
— Сначала по-хорошему, потом по-плохому.
Не успела повиснуть тяжёлая тишина, как снизу донёсся шум — крики, угрозы и звуки драки. Брови Сы Мо слегка сошлись на переносице: неужто Янь Син снова навлекла на кого-то неприятности? Не успела она погрузиться в раздумья, как сидевшая на кровати гостья произнесла:
— Похоже, это за мной.
— Что ты натворила?
Женщина сидела с прямой спиной, с беззаботным видом и неторопливо ответила:
— Сожгла дом.
— Чей?
— Семьи Фан.
— Какой еще семьи Фан?
— Той самой, что держит охранное агентство.
Едва стихло эхо её слов, как Кэ Цин увидела, что эта женщина перехватила её за запястье.
— Ты что делаешь?
— Сдам тебя властям.
Кэ Цин крутанула запястье, применила приём мелкого захвата и, перехватив инициативу, попыталась заломить руку соперницы. Сы Мо среагировала мгновенно: разжав пальцы, она метнула удар в точку Цюй-чи на её руке.
Одна ещё до конца не оправилась от тяжёлой болезни, другая страдала от хронического недуга; обе не применяли внутреннюю энергию и сражались лишь одной рукой, парируя удары на ходу. Сы Мо прекрасно знала акупунктурные точки, и пальцы её двигались молниеносно, но всё же она уступала тонким и изменчивым приёмам Кэ Цин. Не прошло и нескольких десятков обменов ударами, как Сы Мо поняла: та использовала три или четыре разных стиля заломов, и все они принадлежали знаменитым школам Цзянху. Вот только упражнялась она совсем недолго и понимала их поверхностно, благодаря чему самой Сы Мо удавалось так долго держаться.
Кэ Цин обменялась с ней десятком ударов и тоже убедилась, что боевые навыки противницы весьма посредственны и та вовсе не притворяется. Не желая больше тратить силы на стычку, она резким движением вывернула руку и зафиксировала её запястье.
— Ты проиграла.
— И что с того?
Кэ Цин разжала пальцы: застарелый холод в теле всё ещё давал о себе знать, и стоило ей провести всего пару комплексов заломов, как на лбу выступили капли холодного пота. Она присела на край кровати, чтобы немного перевести дух, и лишь когда тело чуть отпустило, заговорила вновь:
— Мне нужно остаться на Горе Ушань.
— На Горе Ушань чужаков не держат.
— Могу в ученицы к главе попроситься.
Сы Мо бросила взгляд на собственное покрасневшее запястье и холодно ответила:
— Она больше не набирает учеников, а та, что привела тебя сюда в тот день, — её последняя ученица.
— Тогда я стану твоей ученицей.
— Я никогда никого не учу.
Пока они так стояли друг напротив друга, Сы Мо внезапно услышала испуганный вскрик Янь Син. Забыв о сидевшей перед ней женщине, она толкнула дверь и бросилась туда, откуда доносился голос.
— Маленькая младшая соученица!
Вань Тан никак не ожидала, что пришедшие посмеют первыми пустить в ход оружие, и в её редком для столь мягкого и покладистого человека гневе проступила ярость. Глядя на сотню вооружённых мечами и палками людей, она сорвала с пояса мягкий золотой хлыст, обернула его вокруг руки и заслонила собой Янь Син.
http://bllate.org/book/29718/3616551
Готово:
