Но Шэнь Бай упорно не позволял ей смотреть.
Ночь была глубока, огни погасли, и вся усадьба погрузилась во тьму.
Тучи разошлись, и лунный свет, подобный крови, хлынул вниз, покрывая двор жутким багрянцем.
В темноте послышался полный скорби плач, от которого кровь стыла в жилах. Снег падал хлопьями, становясь всё гуще, и вскоре двор превратился в белоснежное полотно.
Шэнь Бай, до этого погружённый в сон, открыл глаза, встал с кровати и шаг за шагом направился к выходу.
Возле каменного колодца во дворе, выпрямившись, стояла женщина в белом европейском платье, с зонтиком в руках.
Свежая кровь непрерывно сочилась из неё, быстро окрашивая белое платье в алый цвет.
Кровь стекала по подолу, капая на землю, пропитывая снег и окрашивая вышитые туфельки лунно-белого цвета у неё на ногах.
— Внизу так холодно, составь мне компанию, хорошо?.. — жуткий женский голос зазвучал у самого уха Шэнь Бая, искушая его.
— Хорошо... — Шэнь Бай сделал шаг в сторону каменного колодца.
— Не хватает только тебя, приходи скорее.
В тот самый момент, когда Шэнь Бай собрался прыгнуть в колодец, чья-то рука крепко схватила его за плечо и оттащила в сторону.
— Шэнь Бай! Шэнь Бай! — Се Цин принялся изо всех сил трясти его, надеясь привести в чувство.
Глава девятая
Шэнь Бай очнулся от настойчивых криков Се Цина. Он растерянно смотрел на него, не понимая, что произошло.
Се Цин, заметив, что Шэнь Бай пришёл в себя, не успел даже вздохнуть с облегчением, как краем глаза увидел, что из комнаты вышла Ли Няньюй и медленно направилась к колодцу.
— Что со мной было? — спросил Шэнь Бай.
Се Цин бросился перехватить Ли Няньюй:
— Тебя околдовали, ты чуть не прыгнул в колодец.
— А? — Шэнь Бай тоже поспешил на помощь, чтобы удержать девушку. — А где остальные?
— Не знаю. — Когда Се Цин вышел, он видел лишь Шэнь Бая, пытающегося прыгнуть в колодец, других он не заметил.
— Что случилось? Я же спала? — Ли Няньюй пришла в себя и тут же испуганно вскрикнула.
Неизвестно когда у колодца появилась Бай Чжэньчжу. Она была в красном европейском платье, и свежая кровь стекала по её подолу на землю.
Она не мигая смотрела прямо на Шэнь Бая, оказывая на него колоссальное психологическое давление.
Се Цин и Шэнь Бай одновременно шагнули вперёд, закрывая Ли Няньюй собой, и все трое начали медленно отступать, постепенно увеличивая расстояние между собой и Бай Чжэньчжу.
— Спускайтесь ко мне... внизу так холодно... — Бай Чжэньчжу протянула к ним руки, и в её голосе зазвучала невыразимая скорбь.
— Что делать? — тихо спросил Шэнь Бай у Се Цина.
Се Цин ответил лишь двумя словами:
— В комнату.
— Сяо Юй! — крикнул Шэнь Бай.
Ли Няньюй не стала медлить, развернулась и побежала к комнате.
Так и не дождавшись ответа, Бай Чжэньчжу пришла в ярость. Её голос стал пронзительным:
— Почему вы не хотите составить мне компанию?
В тот момент, когда Бай Чжэньчжу бросилась в атаку, Шэнь Бай и Се Цин одновременно отпрянули в разные стороны.
— Так больно, мне правда так больно... — Бай Чжэньчжу шаг за шагом приближалась к Шэнь Баю, и кровь капала с кончиков её пальцев.
Взгляд Шэнь Бая упал на её руки: он заметил, что под ногтями Бай Чжэньчжу торчат серебряные иглы.
Се Цин, увидев это, бросился вперёд и схватил Бай Чжэньчжу за плечи, чтобы остановить её.
Та резко развернулась и попыталась вцепиться пальцами в лицо Се Цина, но он откинулся назад и чудом увернулся.
— Шэнь Бай, беги в комнату! — крикнул Се Цин, удерживая Бай Чжэньчжу, чтобы дать товарищу шанс спастись.
Однако Шэнь Бай не воспользовался случаем. Он вытащил из кармана фотографию Бай Чжэньчжу и Гу Чанцина:
— Госпожа Бай, это ваша фотография?
Движение, с которым Бай Чжэньчжу атаковала Се Цина, замерло. Она с трудом повернулась к Шэнь Баю.
Шэнь Бай снова поднял фото и повторил вопрос:
— Госпожа Бай, это ваша фотография?
Бай Чжэньчжу склонила голову набок, бессмысленно глядя на снимок в руках Шэнь Бая.
Се Цин воспользовался моментом и подошёл к Шэнь Баю, настороженно наблюдая за женщиной.
Прошло довольно много времени, прежде чем Бай Чжэньчжу сделала шаг навстречу Шэнь Баю.
Своими окровавленными руками она бережно взяла фотографию, прижала к ладоням, а затем прильнула к ней лицом — выражение её глаз стало мягким.
— Ханьские воины захватили земли, со всех сторон слышны песни Чу... — напевая что-то неразборчивое, она медленно направилась к выходу со двора.
Красный цвет на её платье стал постепенно тускнеть, возвращаясь к первоначальному белому.
Лишь когда фигура Бай Чжэньчжу окончательно скрылась за воротами, Шэнь Бай, который от напряжения забыл, как дышать, судорожно вдохнул:
— Мамочки, чуть сердце не выскочило.
— Как ты догадался, что фотография сможет её успокоить? — спросил Се Цин.
Шэнь Бай перевёл дух и ответил:
— Из-за любви. Она очень любила Гу Чанцина.
Из дневника Бай Чжэньчжу можно было понять, что её чувства к Гу Чанцину были искренними, поэтому её и удалось успокоить совместным фото.
— Брат Шэнь Бай, брат Се Цин... — Ли Няньюй приоткрыла дверь, выглянула наружу и робко спросила: — Можно мне выйти?
— Выходи, — сказал ей Шэнь Бай. — Пойдём посмотрим, что с остальными.
— Хорошо...
Они обошли все комнаты, но так и не обнаружили следов трёх других Игроков.
Ли Няньюй перевела взгляд на каменный колодец и замялась. Она думала о том, не лежат ли остальные три Игрока на дне.
У Шэнь Бая возникли те же мысли, но как это проверить?
Лезть в колодец глубокой ночью было безумием — кто знает, какие ещё напасти подстерегают там внизу?
— Сначала вернёмся в комнаты, дождёмся рассвета и посмотрим, что будет, — сказал Се Цин.
— А госпожа Бай вернётся сегодня ночью? — испуганно спросила Ли Няньюй.
Шэнь Бай ответил:
— Скорее всего, нет. А даже если вернётся — пока мы не выходим из комнаты, всё должно быть хорошо.
Вернувшись в комнату, Шэнь Бай снова достал дневник и нашёл запись о первой встрече Бай Чжэньчжу и Гу Чанцина.
— Брат Шэнь Бай, ты что-то новое выяснил? — с любопытством спросила Ли Няньюй.
Шэнь Бай ответил:
— Вчера, когда мы вошли в Родовую кумирню, мы с Се Цином оба видели, как на краю гроба маршала кто-то сидел. Но Се Цин видел человека в красном платье, а я — в белом.
Се Цин подошёл и добавил:
— Когда Бай Чжэньчжу впервые встретила Гу Чанцина, она была в белом платье. А в день, когда она бросилась в колодец, хоть она и надела то самое белое платье, оно было пропитано её собственной кровью, так что по сути она покончила с собой уже в красном.
— Когда она нападала на нас, платье было красным. А после того как её успокоила фотография, цвет сменился на белый. Значит, можно считать, что белый — это жизнь, а красный — смерть.
Услышав это, Ли Няньюй всё поняла:
— Значит, условие прохождения игры — поддерживать госпожу Бай в том состоянии, в котором она была при первой встрече с Гу Чанцином?
— Можно понять это именно так, — кивнул Се Цин.
Заметив, что Шэнь Бай примолк, он спросил, в чём дело.
Шэнь Бай открыл последнюю страницу дневника:
— Это условие звучит просто, но на деле всё сложно. Фотография, которая могла её успокоить, уже у неё. Когда она придет снова, я даже не знаю, чем её утешать.
— Вышитыми туфлями, — напомнил Се Цин. — Разве мать Гу Чанцина не сделала ей новые туфли? Отдадим их ей.
— А что если ей нравятся только те, что были у неё изначально? — Шэнь Бай не пытался спорить, он искренне считал это возможным.
Се Цин:
— ...
— Может, когда госпожа Бай придет в следующий раз, мы попробуем? — осторожно предложила Ли Няньюй.
Шэнь Бай и Се Цин одновременно посмотрели на неё так, что у той мурашки побежали по спине.
Ли Няньюй потеребила пальцы и снова робко произнесла:
— Может, не надо? Если мы попробуем, а она нас прикончит, будет не очень хорошо...
— Думаю, Сяо Юй права! — Шэнь Бай захлопнул дневник и с серьёзным видом добавил: — Попробуем. А вдруг случится чудо?
Се Цин тяжело кивнул:
— Хорошо, тогда давайте скорее спать, завтра много дел! Сяо Юй, стели на полу.
Ли Няньюй:
— ...
После ночных событий все трое страдали от бессонницы, ворочались с боку на бок и заснули лишь под утро. Когда они проснулись, солнце уже стояло высоко.
Се Цин первым вышел из комнаты и, едва подняв глаза, был шокирован двумя трупами у колодца.
— На что ты смотришь? — Шэнь Бай выглянул из-за его спины и, увидев мертвецов, почувствовал, как резануло глаза.
— Тебе не кажется, что здесь кого-то не хватает? — с бесстрастным лицом спросил Се Цин.
— Ты про того толстяка? — Шэнь Бай обошёл Се Цина и направился к телам. — Если он не умер, то где он может быть?
Ли Няньюй, потирая сонные глаза, подошла ближе:
— Что случилось?
Увидев трупы, она мгновенно проснулась:
— С самого утра такие острые ощущения, это не слишком?
— У этих двоих вырвали сердца. — Шэнь Бай обыскал тела, но не нашёл никаких улик, и с досадой покачал головой.
— Сердца... — лицо Ли Няньюй изменилось. Очевидно, она вспомнила вчерашнюю тарелку супа.
Её невольно затошнило, а затем словно молния пронзила:
— Мы вчера были под контролем, может, это связано с супом?
Но тут же усомнилась: ведь с Се Цином ничего не случилось.
Се Цин понял, о чём она подумала:
— Да, я вчера не пил суп.
Ли Няньюй:
— ...
Дворецкий появился с опозданием. Он бесстрастно взглянул на трупы:
— Почему некоторые гости всегда такие непослушные.
Се Цин слегка улыбнулся:
— Похоже, вы знаете, почему эти двое умерли?
Дворецкий помедлил, прежде чем ответить:
— Эти гости нарушили запреты усадьбы, так что их смерть закономерна. — Он наклонился и схватил тела за ноги. — Завтрак готов, прошу гостей пройти в Главный зал.
Шэнь Бай внезапно схватил тела за вторые ноги и под спокойным взглядом дворецкого искренне сказал:
— Переносить два трупа в одиночку неудобно, давайте я вам помогу.
Дворецкий явно не ожидал такого поворота от Шэнь Бая и долго молчал, глядя на него.
http://bllate.org/book/29711/3615737
Готово:
