Фу Сицзэ смешал коктейль, стер капли воды со стенок бокала и пододвинул напиток к Синь Аю.
Глаза Синь Ай внезапно зажгло, и он задал вопрос, который не решался произнести в прошлой жизни вплоть до самой смерти:
— Как называется этот коктейль?
Голос Фу Сицзэ прозвучал четко:
— Судьба.
Судьба — Destiny.
Судьба сплеталась из тысяч незримых нитей; прожив жизнь заново, он отыскал Фу Сицзэ, и Фу Сицзэ взял и приготовил ему тот же самый коктейль.
Длинные ресницы Синь Ай, черные, как вороново крыло, слегка дрогнули, словно крылья бабочки.
В этой жизни они с Фу Сицзэ начали все так рано, а значит, сможет ли он бросить вызов своей горемычной судьбе?
Слеза на дне глаз Синь Ай скатилась по лицу и упала в бокал, и Синь Ай, подняв его, осушил до дна.
Фу Сицзэ зорким взглядом уловил мелькнувший в глазах Синь Ай блеск влаги.
Синь Ай плакал.
У этого молодого господина была благополучная семья, успешная учеба и куча друзей, а до слез его могла довести разве что любовь. Ну конечно, расплакался из-за неудачного признания и разлада в чувствах.
Фу Сицзэ и сам не знал, откуда ему известно, что сегодня Синь Ай признался Ци Чу и получил отказ, но так или иначе, он был в курсе.
Саньлитунь находился чертовски далеко от университета, и после начала семестра ездить так далеко в бар на подработку было тяжело и неблагодарно. Фу Сицзэ вполне мог отказаться, но все же взялся за эту работу — механический и повторяющийся труд бармена в конце концов помогал обрести душевный покой.
Сейчас Фу Сицзэ понятия не имел, как утешить парня. У этого молодого господина хватало друзей, и утешать его было явно не его роль — они с Синь Ай были едва знакомы.
Зато к стойке подбрел пьяный в стельку мужчина, желая посмотреть на шоу барменов:
— Эй, младший бармен, ты ведь здорово открываешь бутылки? Открой-ка мне одну, а?
Раньше Фу Сицзэ никогда не обращал внимания на подобных пьянчуг. Приличный бар, никаких акробатических трюков — жалуйся сколько душе угодно, посмотрим, уволит его босс или нет.
Но, бросив взгляд на подавленного и одинокого Синь Ай, он холодно бросил:
— Заказывайте коктейли!
Тогда этот пьяница специально заказал пиво, которое требовалось открывать.
Фу Сицзэ взял бутылку, чуть отступил назад, и раздался громкий, чистый звук — пробка сорвалась, запенились пузырьки.
Вслед за этим показушным представлением с открыванием бутылки дальнейшие движения Фу Сицзэ при смешивании напитков тоже стали невероятно эффектными: он вовсю красовался, подбрасывая шейкеры то левой, то правой рукой.
Пьянчуга, насмотревшись на потрясающее барменское шоу, громко засмеялся, захлопал в ладоши и принялся повторять:
— Здорово!
Синь Ай остолбенел. Прожив с Фу Сицзэ столько лет, он понятия не имел, что тот скрывал такой талант.
Оказывается, этот парень был тайным акробатом.
Синь Ай покачал головой и невольно усмехнулся.
Фу Сицзэ с бесстрастным лицом проделал весь этот номер, испытывая странное, смутное отвращение к происходящему — ему казалось, будто он выступает в цирке с обезьяньими фокусами, причем обезьяной был он сам.
Краем глаза он покосился на Синь Ай и, заметив приподнятые уголки его губ, быстро успокоился.
Пусть я буду царем Юлем.
Пока Фу Сицзэ прерывался от своего барменского шоу, Сюй Юй отыскал Чжоу Яньшэня и привел его с собой, а владелец бара Сюй Вэнь даже лично принес фруктовую тарелку и легкие закуски, чтобы угостить этого молодого господина.
Чжоу Яньшэнь придвинул стул и сел по левую руку от Синь Ай, Сюй Юй так же лениво прислонился к барной стойке с правого бока от него, а Сюй Вэнь встал позади Синь Ай.
Фу Сицзэ посмотрел на молодого господина и окружавших его мужчин и подумал: мне тут делать нечего, в нехватке внимания этот молодой господин не страдает.
Сюй Юй вытащил из тарелки виноградину, очистил от кожицы и поднес к губам Синь Ай:
— Виноград ужасно сладкий, Синь Ай, попробуй.
В студенческие годы Синь Ай и Сюй Юй были так близки, что буквально носили одни штаны на двоих, и подобное взаимное кормление было для них самым привычным делом. Раньше в таких случаях Синь Ай просто открывал рот и ел, но теперь, помня последующие восемь лет, когда его кормил Фу Сицзэ, Синь Ай не слишком привык к заботе со стороны Сюй Юя. Он отстранился и равнодушно произнес:
— Не хочу.
Сюй Юй не обиделся и тут же отправил эту виноградину себе в рот.
Сюй Вэнь же с улыбкой произнес:
— С чего это молодой господин решил заглянуть в мой бар?
Кончики бровей Синь Ай слегка сошлись, но он ничего не ответил.
Сюй Юй толкнул Сюй Вэня локтем.
Сюй Вэнь вдруг сообразил, что затронул болезненную тему молодого господина, и поспешно исправился:
— Для Сюй Эра огромная честь, что молодой господин смог пожаловать в Мусэ. Чего пожелаете, заказывайте что угодно, с меня угощение.
Только тогда Синь Ай посмотрел на Сюй Эра:
— Правда?
Сюй Вэнь усмехнулся:
— Разве я стану шутить?
Синь Ай знал, что Фу Сицзэ подрабатывает в Мусэ, и вряд ли сможет уйти прямо сейчас, а распоряжаться перемещениями Фу Сицзэ мог только владелец бара Сюй Вэнь.
Фу Сицзэ, конечно, бармен, но любому бармену требуется время, чтобы заработать репутацию, стаж и постоянных клиентов. В Мусэ Фу Сицзэ был лишь новичком, а держался бар на плаву и процветал благодаря шеф-бармену — тому тридцатилетнему мастеру с богатым опытом и собственной базой клиентов, который и составлял основу Мусэ.
Взвесив все за и против и решив, что увезти Фу Сицзэ с собой не составит особого труда, Синь Ай указал на Фу Сицзэ, перевел взгляд на Сюй Вэня и заявил:
— Он мне нужен.
Как только слова Синь Ай затихли, все присутствующие — Сюй Вэнь, Сюй Юй и Чжоу Яньшэнь — с крайним изумлением уставились на самого Синь Ай и на Фу Сицзэ, на которого он указывал. Они совершенно не могли взять в толк, что же могло произойти между ними за столь короткое время, раз молодой господин потребовал именно его по имени.Фу Сицзэ по-прежнему был полностью сосредоточен на смешивании коктейля, и лишь слегка замершее движение выдавало его растерянность и замешательство: сегодняшний вечер выдался для нашего кронпринца поистине не совсем пристойным.
Синь Ай же держался невозмутимо и спокойно. Откинувшись на спинку стула, он с легкой улыбкой посмотрел на Сюй Вэня:
— Разве нельзя?
Сюй Вэнь очнулся от задумчивости и торопливо ответил:
— Можно, конечно можно.
Затем он перевел взгляд на Фу Сицзэ и тихо распорядился:
— Сегодня ты уйдешь с работы пораньше, отвези кронпринца домой в целости и сохранности.
Брови Фу Сицзэ сошлись на переносице. Он окинул взглядом присутствующих и в конце концов все же отозвался:
— Договорились.
Пожалуй, в их кругу это было негласным правилом — приглядывать за Синь Аем. И дело было вовсе не в силе и влиянии, а в инстинктивном стремлении защитить эту чистую и прекрасную душу.
Синь Ай был для них всех недосягаемой белой луной, его нужно было носить на руках и баловать. Только у Ци Чу глаза были слепы, раз он посмел ему отказать.
Получив согласие отвезти Синь Ай домой, Фу Сицзэ прекратил смешивать напитки. С молниеносной скоростью он привел барную стойку в порядок, сполоснул руки и вытер их насухо полотенцем. После этого Фу Сицзэ поднял взгляд на Синь Ай:
— Я сначала схожу за своими вещами.
Синь Ай поднялся на ноги и последовал за ним:
— Вместе.
Фу Сицзэ пояснил:
— Я мигом вернусь.
Синь Ай лукаво усмехнулся:
— А вдруг ты сбежишь!
Фу Сицзэ нахмурился, чувствуя, что его только что бессовестно потроллили. Он тяжелым взглядом пару секунд буравил Синь Ай, но в конце концов ничего не сказал и позволил Синь Ай увязаться за ним в подсобное помещение бара.
Синь Ай достал кошелек, расплатился за выпивку, а затем попрощался с Сюй Юем и остальными:
— Я пошел, веселитесь тут как следует.
Сюй Юй махнул рукой, однако в его голосе прозвучал недвусмысленный подтекск:
— Иди, иди, ты тоже давай не скучай.
Синь Ай бросил на него косой взгляд, но в итоге ничего не ответил, лишь быстрым шагом догнал Фу Сицзэ, скрывшись за поворотом.
Чжоу Яньшэнь ошеломленно смотрел в ту сторону, где исчез Синь Ай, и тихо пробормотал:
— Выходит, наш кронпринц заглянул в бар только ради того, чтобы положить глаз на Фу Сицзэ.
Сюй Юй пожал плечами, раскинув руки:
— Да неважно, лишь бы Синь Ай был счастлив.
Сюй Вэнь тоже вставил слово:
— Во всяком случае, это лучше, чем связываться с Ци Чу. По крайней мере, они выросли вместе и знают друг друга как облупленные. А этого паренька Ци Чу я пару раз видел — вечно от него веет какой-то мрачностью, до той мягкой и благородной показухи ему далеко.
Длинные ресцы Чжоу Яньшэня дрогнули, на лице промелькнуло разочарование:
— Как думаете, он всерьез? Или просто балуется?
Сюй Юй бросил на Чжоу Яньшэня косой взгляд, и его тон внезапно стал серьезным и строгим:
— За что бы ни брался Синь Ай, он все делает всерьез. Уж таков его нрав.
Чжоу Яньшэнь вздохнул и залпом осушил свой бокал.
Сюй Вэнь похлопал его по плечу, утешая:
— Тебе тоже не стоит так уж падать духом. Они ведь только познакомились, о каких романтических отношениях вообще речь? Вот когда действительно начнут встречаться, тогда и поговорим.Синь Ай, разумеется, не знал о различных догадках, которые эти друзья строили насчёт него и Фу Сицзэ. Он последовал за Фу Сицзэ в комнату отдыха для персонала бара. Фу Сицзэ вставил ключ в скважину, открыл шкафчик и принялся раздеваться.
Клуб Мусэ только что открылся, и Сюй Эр стремился добиться успеха, поэтому всё здесь соответствовало самым высоким стандартам. Костюм на Фу Сицзэ был сшит на заказ у портного точно по фигуре; жилет оказался немного тесноват, чтобы подчёркивать красивые линии тела Фу Сицзэ. Во время смены носить его было ещё куда ни шло, но после окончания работы Фу Сицзэ чувствовал, что эта одежда слишком сильно стягивает и доставляет неудобства, поэтому он сразу же принялся её снимать.
Синь Ай скрестил руки на груди и прислонился плечом к дверному косяку. В полумраке он наблюдал, как Фу Сицзэ одной рукой расстёгивает пуговицы, и находил это зрелище до странности притягательным.
За восемь лет совместной жизни — не говоря уже о расстёгивании пуговиц одной рукой — Синь Ай бесчисленное количество раз видел, как тот одной рукой расстёгивает ремень. Просто тогда из-за депрессии и бредовых расстройств Синь Ай оставался абсолютно равнодушен к подобным картинам.
В те времена близость с Фу Сицзэ казалась Синь Ай выполнением некоего обязательного плана показателей: он его парень, у парня есть желания, и Синь Ай должен был за это отвечать, так что хотя бы раз в неделю приходилось это делать.
Фу Сицзэ обычно сначала приводил себя в порядок, затем относил Синь Ай на руках в умывальник для предварительной подготовки, а после тщательного очищения уносил обратно в постель. Затем он начинал целовать его — сначала легко касался губ, а потом опускался всё ниже, целуя правую щеку и скользя губами вдоль всего правого бока...Окрашенное румянцем волевое лицо, молодое, пышущее жаром тело, тяжелое дыхание, страстные поцелуи, переполняющая любовь…
Синь Ай отчетливо осознавал: мужчина, что сейчас был над ним, очень сексуален и притягателен. Однако сам Синь Ай никак не мог погрузиться в происходящее. Ему приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы сохранять контроль и в такой момент не поддаться приступу паранойи, внушавшему, что его сжигает огонь. Его душа словно отделялась от тела, парила где-то под потолком и с холодным равнодушием наблюдала за всем со стороны. Он не мог дать Фу Сицзэ никакого отклика.
Ужасно, правда?
Даже в таком первобытном акте, как близость, он был ни на что не годен.
К счастью, теперь все было иначе. Фу Сицзэ, просто стоявший рядом, для Синь Ая был подобен сильнейшему афродизиаку. Синь Аю приходилось проявлять невероятное терпение и сдержанность, чтобы не переступить черту и не испугать Фу Сицзэ своим поведением.
Синь Ай лишь смотрел на него издалека, погрузив взгляд в мрачную глубину.
Фу Сицзэ снова почувствовал на себе взгляд Синь Ая. Подавляя внутри себя бесчисленные эмоции, он обернулся, и в его глазах читались лишь двусмысленность и живой интерес. В его взгляде не было ничего благопристойного, казалось, он приказывал ему легким, дразнящим тоном: Продолжай раздеваться.
Фу Сицзэ машинально повернул голову и встретился с ним взглядом.
http://bllate.org/book/29687/3612043
Готово:
