Вэй Си забронировал столик в японском ресторане с укромной и глубокой атмосферой. Когда они вошли, официантка в сандауновом кимоно велела Сюэ Мяню смотреть под ноги, и тот, опустив взгляд, заметил искусственный ручей, вившийся вокруг всего главного зала.
Официантка проводила его в отдельную кабинку. Внутри царил приятный полумрак, а самым ярким источником света служил красный квадратный фонарь. Сидевший напротив мужчина снял пальто; верхние две пуговицы его чёрной рубашки были расстегнуты, обнажая белую и изящную шею. Заметив вошедшего Сюэ Мяня, Вэй Си мягко улыбнулся.
Сделав заказ, Вэй Си заговорил:
— Я давно хотел пригласить тебя куда-нибудь, но твой агент говорила, что ты только что попал на съёмочную площадку и у тебя совсем нет времени. Я никак не ожидал, что с Инь Чэнем случится такая беда.
— Я тоже не ожидал, — отозвался Сюэ Мянь.
Слова Вэй Си прозвучали сдержанно, но Сюэ Мянь уловил в них скрытый подтекст. Если собеседник «давно хотел пригласить его», то, кроме как из-за его крови, Сюэ Мянь и впрямь не мог придумать никакой другой причины. В голосе Сюэ Мяня не слышалось особого сожаления, и Вэй Си, заметив это, поинтересовался:
— Разве тебе не жаль Инь Чэня?
— Он мне не очень нравился.
Не дожидаясь ответа Вэй Си, Сюэ Мянь сам задал вопрос:
— Слушай, ты ведь раньше говорил, что Инь Чэнь погиб в Факере?..
— Мне рассказал один знакомый. Несколько дней назад они выпивали в Факере, как вдруг посреди ночи заявилась полиция и всё оцепила.
Сюэ Мянь протяжно выдохнул: «Ох». На стол стали подавать блюда, воздух наполнился тонким ароматом саке, и после пары выпитых рюмок Вэй Си произнёс:
— Я хотел спросить тебя об одном деле...
Про себя Сюэ Мянь ликовал: *Наконец-то! Наконец-то дождался!*
Вэй Си продолжил:
— Видишь ли, не согласишься ли ты со мной сфабриковать роман ради пиара?
— … — Черт побери, это совсем не то, о чем он думал.
Сюэ Мянь переспросил:
— Ась?
На лице Вэй Си промелькнуло лёгкое выражение досады. Позади него красовалась искусственная сакура с розовато-лиловой листвой, и с точки зрения Сюэ Мяня цветы лишь подчёркивали благородную и свободную красоту его черт. Вэй Си произнёс:
— Ты знаешь Цзи Чианя?
— Конечно знаю, его отец вроде бы генеральный директор вашей компании, — припомнил Сюэ Мянь. — Мы вместе ужинали во время Нового года, хотя близко не общались.
— Чиань — омега, а я альфа. Звучит, пожалуй, самонадеянно, но мне совсем не хочется отвечать на его чувства. — Увидев растерянное лицо Сюэ Мяня, Вэй Си пояснил: — В последнее время он проходу мне не даёт. Несколько дней назад Чиань прижал к ногтю молодуго актёра, с которым я работал, только за то, что тот снялся со мной в паре интимных сцен, и из-за этого сорвал две трети его графиков на первую половину года. Так дальше продолжаться не может, и мы с агентом решили, что лучше всего заставить его самого отступить.
Так вот почему тебе понадобился роман со мной?!
Сюэ Мянь ткнул палочкой жареный тофу на маленькой тарелочке:
— Почему именно я?
— Тот, у кого обычные данные, легко станет его мишенью, а в тех, кто выглядит хуже, он просто не поверит. Кроме того, есть люди, которым я не доверяю или с которыми мне неприятно иметь дело. К тому же мы уже снимались вместе для обложки парного журнала, так что всё будет выглядеть вполне естественно.
Сюэ Мянь бессовестно ухмыльнулся:
— Ты случаем не нахваливаешь меня?
Вэй Си рассмеялся:
— Верно, хвалю за то, что ты хорош собой и обладаешь отличным характером.
Сюэ Мяню это польстило до глубины души:
— Я подумаю, но в таких делах решаю не только я. Если сестрица Ци будет против, я ничего не смогу поделать.
Вэй Си вздохнул:
— Я ведь собираюсь увести у неё артиста, вряд ли твой агент легко на это согласится.
Сюэ Мянь рассмеялся от его шутки:
— Всё зависит от того, о ком речь. Если ради пиара со мной, она наверняка согласится первой. Великий Вэй столько лет на сцене — и ни одного романа, а первый же оказывается со мной. Это же верная выигрышная сделка.
— Малыш Мянь, — позвал Вэй Си.
— М?
— Красноречив.
В конце фразы собеседника послышался лёгкий смешок. Голос Вэй Си и сам по себе звучал приятно, а после выпитого спиртного стал особенно чистым и опьяняющим. Сюэ Мяня аж в дрожь бросило от удовольствия. Глядя на сказочно прекрасное лицо Вэй Си, он подумал, что уже почти пьян.
Черт возьми, красота способна сбить с толку.
Вэй Си подлил ему вина и заговорил вновь:
— Я не стану заставлять тебя связываться со мной за просто так. Фильмы, в которых ты снимаешься сейчас, тяготеют к коммерческому кино: у них огромная рыцарная ценность, но одними блокбастерами наград не сорвёшь. Если есть желание, во второй половине года я могу отдать тебе роль второго плана в одной авторской картине, да и вообще у нас будет время обсудить актёрское мастерство.
Вэй Си говорил очень уважительно, хотя сам был обладателем множества наград престижных кинофестивалей, а об актёрской игре Сюэ Мяня и вовсе лучше было помалкивать. Называя это общим обменом опытом, Вэй Си на самом деле собирался давать ему односторонние наставления.
Услышав это, Сюэ Мянь действительно загорелся и, немного помедлив, спросил:
— А ты можешь научить меня плакать в кадре?
— ? — удивился Вэй Си.
— У меня вечно не получается выдавить слезу, в прошлый раз режиссёр едва ли не в истерике бился от злости на меня.
Вэй Си то ли расплакался, то ли рассмеялся:
— Наверное, смогу научить.
Не успело замолкнуть его эхо, как в кабинку вошла официантка в сандауновом кимоно с резным деревянным подносом в руках, на котором стояли две фарфоровые чашечки с узором из зелёной сливы. Девушка поставила перед каждым из них по чашке, поклонилась и бесшумно удалилась.
— Это их фирменный напиток, сливовое вино собственного приготовления, — произнёс Вэй Си. — Крепость небольшая, но догоняет сильно. Хочешь попробовать?
Сюэ Мянь сделал глоток; сладковатая и чистая жидкость скользнула по горлу. Винный дух не бил в нос, напротив — за свежестью скрывалась терпковатая кислинка сливы, оставляющая бесконечное послевкусие. Он отпил еще немного:
— Очень вкусно.
Вэй Си мягко сказал:
— Не спеши. Вернёшься — спокойно обдумай всё и посоветуйся с агентом. Если примем решение, обещаю, что не стану использовать пиар ради собственной выгоды.
— Выгоды? — переспросил Сюэ Мянь.
— Целоваться или переходить черту я не стану. Разве что иногда в присутствии прессы придётся взять за руку или приобнять за плечи.
Сюэ Мянь улыбнулся глазами:
— А я могу извлечь выгоду из тебя?
Вэй Си замер, но прежде чем он успел ответить, Сюэ Мяня вдруг охватила странная усталость. Он потёр виски, подумав про себя, что у этого вина и правда тяжёлое похмелье. Вэй Си то ли произнёс «можно», то ли «нельзя» — звуки вокруг начали смазываться, и вскоре он уже ничего не слышал…
Убедившись, что Сюэ Мянь погрузился в глубокий сон, Вэй Си поднялся на ноги. Та самая официантка в кимоно вновь бесшумно внесла в кабинку поднос, но на этот раз на нём лежали шприц, стеклянная пробирка и набор для дезинфекции. Оставив всё необходимое, женщина молча удалилась.
Вэй Си помог Сюэ Мяню снять верхнюю одежду. Тот спал беспробудно, веки были плотно сомкнуты, а длинные густые ресницы напоминали вороньи перья. Протерев кожу дезинфицирующим средством, Вэй Си аккуратно ввёл иглу шприца в область чуть ниже железы Сюэ Мяня.
Он набрал пробирку крови.
Ранка от укола оказалась крошечной, кровь быстро остановилась, а боль была почти незаметной. Даже проснувшись, Сюэ Мянь не смог бы обнаружить след на собственной шее. Убрав всё, чего здесь быть не должно, Вэй Си вернулся на своё место и принялся листать телефон.
Спустя полчаса Сюэ Мянь пришёл в себя.
У него болела голова. Заметив, что Вэй Си участливо смотрит на него, Сюэ Мянь пробормотал:
— Кажется, я вырубился на пару минут?
— Угу, ты слишком быстро пил, — ответил Вэй Си. — Посиди ещё немного. Отдохнёшь — и позвонишь своему водителю?
Сюэ Мянь не стал придавать этому значения. Лишь попрощавшись с Вэй Си и устроившись в машине, он вдруг вспомнил, что собеседник за весь вечер так и не обмолвился ни словом о том, были ли у него какие-то странности в последние два месяца.
Может, тогда Вэй Си просто не соприкасался с его кровью? А потому и никакой зависимости не возникло?
Сюэ Мянь тряхнул головой и набрал номер сестрицы Ци:
— Алло, сестрица Ци?.. Я сегодня ужинал с Вэй Си… Он сам меня пригласил… М-м, он предложил устроить фальшивый роман для пиара… Ты только не волнуйся, он сказал…
…
На другом конце города.
Вэй Си только что вышел из ванной в банном халате. Пояс был небрежно завязан на талии, а через распахнутый ворот виднелись рельефные линии сильных мышц. Стоило ему сделать пару шагов, как внизу живота ощутимо натянулось. С досадливой морщиной на лбу Вэй Си остановился и дёрнул за тесёмки халата. В отражении ростового зеркала напротив фигура мужчины, еще не успевшего высохнуть после душа, выглядела пугающе возбуждённой. Это происходило уже в третий раз.
С тех пор как он попробовал немного крови Сюэ Мяня, его тело пребывало в состоянии непрерывного возбуждения, ничем не отличаясь от состояния пышущего жаром юнца. Раньше он подозревал, что с кровью Сюэ Мяня что-то не так: у него отродясь не было вредных привычек, но за последние два месяца он стал донельзя раздражительным, и агент в шутку бросил, будто Вэй Си, судя по поведению и самоконтролю, подсел на запрещенные вещества. В его снах всё чаще стали являться видения Сюэ Мяня: маленький лик с влажными глазами, губы цветом весенней сакуры, шепчущие сладкие слова:
«Я просто хочу твоего внимания».
…Ах, как это надоело.
Чем больше Вэй Си думал об этом, тем сильнее разгорался жар. Скинув мешающий халат, он снова шагнул под прохладные струи душа.
Подставляя тело воде, Вэй Си тяжело дышал.
Возможно, не стоило брать кровь так близко к железе? В конце концов, именно там феромоны концентрируются сильнее всего, и впопыхах можно случайно задеть их. Он ещё никогда не встречал феромонов, которые подходили бы ему настолько идеально — сладких, чистых и до умопомрачения соблазнительных.
Хотя стоп, Сюэ Мянь ведь бета? Откуда у беты феромоны?
Вэй Си замер, хотя рука его двигалась всё быстрее.
Закончив дела, он схватил телефон и набрал номер.
— Крис? — произнёс Вэй Си. — Я завтра отправлю тебе образец крови. Проверь, кому она принадлежит — бете или омеге.
Несколько дней спустя на съёмочной площадке фильма «Упавшая в воду птица» проходили пробы на роль «Синего», которую прежде исполнял Инь Чэнь.
Все артисты, получившие приглашения на пробы, были популярными молодыми актёрами последних лет. Сама роль Синего выдалась на редкость яркой, а «Упавшая в воду птица» оставалась самым крупнобюджетным блокбастером за последнее время; пусть это и было коммерческое кино, антиутопический подтекст поднимал картину на совершенно иной уровень. В своё время Инь Чэнь приложил немало усилий, чтобы обойти толкучку соискателей и урватить этот лакомый кусочек, но теперь из-за его внезапной гибели некоторые артисты опасались связываться с проектом, и народу на прослушивание пришло куда меньше, чем ожидали.
Сюэ Мянь от нечего делать слонялся поблизости. Режиссёр сегодня съёмки отменил, и вид неизменно глуповатого Сюэ Мяня после нескольких дней разлуки даже начал его умилять:
— Малыш Сюэ тоже пришёл посмотреть на пробы?
— Ага, режиссёр, гляньте, как вальяжно вы тут сидите в роли жюри. Не уступите и мне местечко временного судьи?
— Тебе судить? Ещё испортишь молодёжь.
— Посмотрите сами, вы же выбираете Синего, а Синий — это мой будущий партнёр. Некрасиво с вашей стороны лишать меня возможности взглянуть на него.
Режиссёр махнул рукой, сдавшись:
— Ладно-ладно, выделю тебе полголоса права выбора.
— … — слов у Сюэ Мяня не нашлось.
Разобравшись с режиссёром, он послонялся по коридору, разглядывая пришедших на пробы артистов. Все лица были знакомыми по бесконечным сериалам, с некоторыми он даже пересекался на площадках. Приветствуя знакомых, Сюэ Мянь вдруг заметил фигуру, замыкающую очередь. Не веря своим глазам, он направился туда.
— Аян?
Лу Цзяян был одет в белую толстовку под тёмно-синей джинсовой курткой. Он оказался самым высоким среди всех присутствующих, так что Сюэ Мянь разглядел его без труда. Всё те же угольно-чёрные, как омуты, миндалевидные глаза и отстранённый, прохладный вид.
— И вправду ты, — Сюэ Мянь хлопнул его по плечу. — Тоже пришёл попробоваться?
Сюэ Мянь искренне обрадовался встрече с Лу Цзяяном. Тот столько раз спасал ему жизнь, да и в целом излучал какое-то неземное спокойствие, дарующее чувство безопасности. К тому же во второй половине фильма у Красного и Синего были довольно откровенные постельные сцены, и с Лу Цзяяном сниматься было бы гораздо проще: — Я тут в жюри, так что подсоблю тебе при случае.
Лу Цзяян отнёсся к этому скептически:
— Ты тоже в жюри?
— Ага, правда, режиссёр сказал, что у меня есть лишь полголоса.
— …
— Не бойся, мои полголоса уйдут целиком за тебя.
— Переживаешь, что я не пройду?
— Можно и так сказать.
— Тогда можешь не беспокоиться.
Сюэ Мянь: ??У?,?
Лу Цзяян чуть приподнял подбородок, указывая на стеклянную дверь, за которой расположилось режиссёрское жюри:
— Просто сиди там смирно и смотри, как я беру первое место.
— …
Сюэ Мянь заглянул в глаза Лу Цзяяну — взгляд того был чистым и не таил никакого скрытого подтекста. Но… неужели этот парнишка понятия не имеет, что ненавязчивое кокетство бьет больнее всего?
Нынешние беты что, все такие беспардонные мастера соблазнения?
http://bllate.org/book/29515/3588972
Готово:
