Кто-то рассмеялся.
— Подумать только! Господин Су, коего так или иначе считают идеалом нашего Диду, вот так запросто, на глазах у всех... получил пощёчину! И как это понимать, нормально вообще?
Услышав это, Су Бай помрачнел ещё сильнее, а в его глазах залегла ледяная тьма.
Сюй Но сошёл со сцены сияющим и посвежевшим.
Су Бай чуть прищурился, внезапно вспомнив их первую встречу.
В тот раз они сидели в ресторане, одетый в синее худи Сюй Но казался наивным и абсолютно чистым.
Едва завидев вошедшего, он замер от удивления, а затем хлопнул по столу ладонью:
— Мам, я хочу этого мужчину!
Тогда это перепугало всех присутствующих.
А потом парень подошёл к нему, задрав по-мальчишески задорное лицо:
— Слышал, тебе двадцать девять, ты намного старше меня, так что буду звать тебя дядей. Я собираюсь тебя добиваться.
Уже тогда эта выходка повергла весь стол в полное замешательство.
И почему-то нынешняя ситуация до жути походила на ту.
Сюй Но сидел рядом с ним и улыбался так ярко, словно весенний цветок в марте, ни капли не заботясь о том, каково сейчас приходится чужому самолюбию.
Су Бай скосил на него взгляд, и его чарующий голос буквально сочился холодом:
— А ты смельчак, малец.
Сюй Но приподнял бровь, но прежде чем успел огрызнуться, зазвонил телефон. Взяв трубку, он увидел, что звонит его третий брат.
Он ответил.
Из динамика донёсся мягкий голос Гу Сюаня:
— Малыш, я на месте.
Сюй Но улыбнулся уголками губ:
— Жди меня, третий брат, я уже выхожу.
С этими словами он сбросил вызов и обратился к родителям:
— Пап, мам, я пойду. Третий брат приехал за мной.
Цинь Чжэнь и Гу Ютянь всё ещё не оправились от шока, а он поднялся на ноги и позвал Сяо Ли.
Перед уходом, поддавшись внезапному озорному порыву, он наклонился и шепнул Су Бай на ухо:
— Бывай! Больше я не буду докучать тебе, дядя. Совет да любовь!
Сказав это, он даже хлопнул Су Бая по плечу с такой интонацией, будто ободрял старого друга, после чего гордо зашагал прочь вместе с Сяо Ли — чертовски дерзко и элегантно!
Весь банкетный зал оцепенел от столь грандиозного представления: этот молодой господин из Семьи Гу и правда умеет уходить с шиком!
Разве это не крышесносно?!
Стоило ему уйти, как Су Бай оказался в эпицентре всеобщего внимания. И пусть открыто никто ничего не обсуждал, слух у Су Бая был отменным — со всех сторон доносились обрывки сплетен.
Все были потрясены: ведь когда-то Гу Цзэ преследовал Су Бая с невероятным, оглушительным размахом, а теперь разлюбил его — и этот финал оказался столь же громким. Столь непринуждённая лёгкость вызывала неподдельную зависть!
Ли Фан помрачнела пуще тучи: если бы не куча народа вокруг, она бы точно отчитала Су Бая!
Линь Син всё ещё стоял на сцене в растерянности. Он-то рассчитывал выставить на показ всю капризную и вздорную натуру Гу Цзэ, но никак не ожидал, что тот выдаст настолько непринуждённый и потрясающий уход, оставив всех зрителей в полном оцепенении!
Су Бай отставил бокал и лишь холодно бросил:
— Я наелся.
Сразу после этого он поднялся и удалился в сопровождении Мэй Ин.
Толпа снова замерла, а затем разразилась бурными обсуждениями.
— Господин Су тоже ушёл! Интересно, он обрадовался или разозлился?
— Наверное, обрадовался? В конце концов, все же знали, как сильно он терпеть не мог Гу Цзэ!
— Но почему мне кажется, что он жутко зол?
— Из-за того, что потерял лицо?
— Скорее всего!
— А у меня такое чувство, будто между ними только что вспыхнуло что-то необъяснимое. Такая странная, двусмысленная атмосфера!
— Когда вот так публично мажут пощёчинами человека вроде господина Су, жить Гу Цзэ теперь явно станет непросто, верно?
— И то верно, боже мой, это же кошмар! Навлечь на себя гнев господина Су — ничего хорошего не сулит!
Сюй Но уже не мог слышать этих разговоров — он вместе с Сяо Ли поднялся на палубу.
Вертолёт Гу Сюаня как раз завис в воздухе.
— Молодой господин! — Сяо Ли бросился вслед за Сюй Но, пытаясь что-то сказать, но шум лопастей заглушал любые слова.
Лишь оказавшись внутри вертолёта, Сяо Ли перевёл дыхание и выпалил:
— Боже мой, молодой господин, то, что вы сказали только что... это правда? Вы и впрямь больше не любите господина Су?
Сюй Но лениво откинулся на спинку кресла:
— Разумеется, правда. Больше не люблю.
Гу Сюань шагнул вперёд, слегка приподняв бровь, и в его мягком голосе тоже сквозило сомнение:
— Больше не любишь?
Разве такое возможно?!
— Я уже столько раз об этом говорил и повторять больше не намерен. — Сюй Но слегка надул губы и капризно протянул: — Третий брат, больше не спрашивай и не сомневайся. Я устал, хочу немного поспать.
Гу Сюань кивнул, мягко улыбнувшись:
— Хорошо, раз наш младший так говорит, пусть будет по-егому.
Сюй Но прищурился с улыбкой, обнял диванную подушку и закрыл глаза.
Сяо Ли накинул на него плед.
В душе Гу Сюаня всё ещё оставались вопросы, поэтому он сделал знак Сяо Ли.
Тот тут же подбежал.
— В чём дело? — спросил Гу Сюань.
Сяо Ли задумчиво нахмурился и подробно пересказал всё, что произошло на судне.
Сюй Но немного подремал, а потом сквозь сон открыл глаза и увидел, что Сяо Ли о чём-то беседует с Гу Сюанем.
Они сидели довольно близко: Сяо Ли рассказывал увлечённо, а Гу Сюань слушал со всем вниманием.
Губы Сюй Но тронула улыбка. Теперь, помимо того чтобы порвать все связи с Су Баем, его главной задачей было окружить заботой тех, кто лелеял его и относился к нему по-доброму.
Особенно трёх старших братьев.
Старший — Гу Хань, второй — Гу Лан, третий — Гу Сюань.
В оригинальном романе он потратил уйму сил и времени, описывая избалованность и капризы этого второстепенного персонажа — Гу Цзэ.
Все три брата, что так баловали его, отличались завидной внешностью, выдающимися способностями и пользовались бешеной популярностью у противоположного пола.
Однако сам он страдал ужасной одержимостью братьями: позволял баловать себя только им и панически боялся, что кто-то другой отнимет у него их внимание.
Из-за своего деспотичного и вздорного характера он категорически запрещал братьям заводить романтические отношения, а к их поклонникам относился люто — отваживал каждого, да так, что живого места не оставалось.
В итоге он насолил не только Су Баю, но вообще всем на свете!
Досталось и поклонникам братьев, и его собственным поклонникам. Он также использовал Ли Мана и Ли Чэня для совершения всяких гадостей, а в конце концов ещё и обвинил их в полной бездарности.
Ли Фан тоже не избежала его цепких лап.
Короче говоря, в книге первоначальный владелец тела был выписан законченным злодеем, который глубоко ранил каждого, кто любил Гу Цзэ и относился к нему искренне.
Теперь же, раз уж он попал в этот роман, первое, что нужно сделать — это отблагодарить этих людей добром!
А заодно подобрать его братьям достойную пару!
К тому же Сяо Ли был гермафродитом и мог иметь детей.
В оригинале, хотя Сяо Ли и родился в бедной семье, он обладал добрым сердцем, преданностью, а характером отличался мягким и застенчивым.
Автор книги наградил Гу Цзэ ужасной участью — от него отвернулись все до единого, оставив в полном одиночестве и нищете, — но при этом показал, как Сяо Ли до самого конца продолжал отчаянно хлопотать и бороться за него.
К тому же Сяо Ли втайне был влюблен в Гу Сюаня.
Сюй Но помнил, что между Сяо Ли и Гу Сюанем однажды кое-что произошло. Как-то раз он подсыпал снотворное в напиток Су Бая, но Су Бай вовремя всё понял.
Он тут же предъявил претензии, и тогда Гу Сюань выпил тот бокал сам, чтобы защитить его.
Прекрасно зная, что после выпитого с Сюанем что-то случится, Сюй Но просто бросил его на попечение Сяо Ли.
Разумеется, между ними всё случилось, но уже посреди ночи он забрал Гу Сюаня и пригрозил Сяо Ли держать язык за зубами — так что Гу Сюань узнал обо всём лишь гораздо позже!
Ещё хуже было то, что в тот раз Сяо Ли забеременел!
Но он под давлением заставил Сяо Ли выпить лекарство для аборта!
И несмотря на это, Сяо Ли до самого конца ни в чём его не упрекнул: из-за глубокой любви к Гу Сюаню он продолжал униженно считать себя недостойным такого человека.
При этой мысли Сюй Но аж передёрнуло от холода: мамочки, он же прописал прежнего владельца тела сущим психопатом!
Неудивительно, что теперь, стоило ему заявить о нелюбви к Су Баю, никто этому не поверил — а те, кто якобы поверил, лишь делали вид!
Вспомнив всё это, Сюй Но открыл глаза и лучезарно улыбнулся:
— Третий брат, ты ведь уже не мальчик, пора бы завести роман и жениться. По мне, так Сяо Ли просто чудесен: красивый, добрый, работящий, из него выйдет прекрасный хозяин в доме. У тебя в больнице вечно полно забот,
а Сяо Ли сможет окружить тебя идеальной заботой. Давай я выступлю свахой и познакомлю вас, попробуйте сойтись.
— Сяо Ли парень видный и с характером отличным, пусть и из бедной семьи, но мой третий брат ведь не станет на это смотреть, верно?
Его третий брат был человеком выдающимся — красавец, из знатной семьи, блестящий специалист, известный на всю страну светила кардиохирургии, к тому же интеллигентный и мягкий, с великолепным воспитанием и манерами, — он точно не стал бы смотреть свысока на простое происхождение Сяо Ли.
Родителей не выбирают, и раз уж кроме бедного происхождения у Сяо Ли всё было прекрасно...
Слова Сюй Но звучали здраво, но и Гу Сюань, и Сяо Ли замерли от неожиданности.
Спустя долгое время лицо Сяо Ли залилось ярко-красным румянцем, и он заикаясь произнёс:
— М-молодой господин, в-вы... пожалуйста, не шутите так! У меня и в мыслях не было претендовать на третьего господина!
Ему бы просто выпала возможность молча сопровождать его и охранять — и то счастье!
Куда уж ему, рождённому в низах, тянуться к такому принцу, как Гу Сюань, об этом он даже помыслить не смел!
Сюй Но улыбнулся:
— А ты попробуй посметь!
Тут подал голос Гу Сюань, тоже с улыбкой заметив:
— Всё за меня переживаешь? Лучше бы со своими делами сначала разобрался.
— А что не так с моими делами? — Сюй Но приподнял бровь. Сейчас он чувствовал себя легким на подъём и абсолютно свободным: стоило избавиться от такой головной боли, как Су Бай, и он не знал, куда девать своё вольное веселье!
Больше всего на свете ему сейчас хотелось побыть свахой!
— Думаешь, Су Бай так просто всё оставит? — Гу Сюань слегка умерил улыбку, но голос его остался мягким. — Если ты и впрямь к нему охладел, то со временем всё утихнет само собой, забудется. Но заявить на глазах у всего света, что он тебе не нужен... Куда ему теперь девать лицо?
Сюй Но широко распахнул глаза:
— Разлюбил — и уже нельзя?
Что за мафиозная логика, чёрт побери?!
— Нелюбовь — это одно, а потеря лица — совсем другое, — ответил Гу Сюань. — К тому же Су Бай — человек непростой, он из тех, кто стоит на вершине. Некоторые вещи лучше не пытаться предугадать, но кое в чём просчитывать ходы просто необходимо.
Сюй Но передёрнуло от холода, и его красивое лицо мгновенно скисло:
— Да ладно тебе, третий брат! Ты говоришь так, будто завтра мой последний день настал.
Младенец вовсе не хочет умирать, младенец ещё мечтает пожить беспечным мажором!
— До этого не дойдёт, — успокоил его Гу Сюань. — Разве мы не рядом? Просто предупреждаем, чтобы ты был осторожнее, держал ухо вострую и больше к нему не лез.
http://bllate.org/book/29500/3586538
Готово:
