Сюй Но: «...»
Черт! Возьми! Его!
Да сколько можно, бесстыжий старик!
Сюй Но прекрасно понимал, что тот всё делает намеренно, и тут же парировал:
— Мал еще и глуп, не стоит воспринимать мои слова всерьез!
Су Бай промолчал, сохраняя на лице глубокомысленное и холодное выражение.
Остальные присутствующие не знали, что сказать в сложившейся ситуации, поэтому решили просто уткнуться в свои тарелки. У них было смутное ощущение, что между этими двумя идет некая борьба, в которую невозможно вклиниться, и от этого становилось как-то не по себе.
Так что лучше уж сосредоточиться на еде!
Сюй Но, больше не в силах сдерживаться, подался вперед и, понизив голос, прошипел:
— У тебя вообще есть хоть капля стыда? Я же сказал, что больше не люблю тебя, почему ты не веришь?! Что еще нужно? Мне вырвать себе сердце и показать тебе?
Су Бай промолчал. Тонкий, почти неуловимый аромат, исходящий от юноши, на несколько мгновений заставил его отвлечься.
— Так что прекрати постоянно лезть мне на глаза, ясно?! — снова пригрозил Сюй Но.
Услышав это, глаза Су Бая вмиг стали ледяными. Сюй Но уже отстранился, и вместе с ним исчез и тот самый аромат.
Су Бай сжал длинные пальцы, тоже наклонился к самому уху юноши и холодно прошептал:
— Малыш, хочешь поиграть со мной? Такая мелюзга, как ты, думает, что сможет перехитрить меня?
Горячее дыхание, вырывающееся из его уст, опалило ушную раковину, вызывая неприятную, но дразнящую щекотку.
Вместе с приближением Су Бая его холодный аромат яростно ворвался в ноздри Сюй Но. Черт, а от этого старика приятно пахнет!
Сюй Но не смог сдержать предательский румянец, заливший щеки, а по телу пробежали мурашки.
Он отпрянул. Су Бай, разъярив юношу до скрежета зубов, тут же подался вперед и в свою очередь прижался к его уху.
Внезапно Су Бай с грохотом опустил палочки на стол и ледяным тоном произнес:
— Что ты сказал?
Аура Су Бая была такой, что мало кто мог с ней сравниться. Сюй Но испуганно втянул голову в плечи и тут же отстранился.
В его глазах мгновенно заблестели слезы, и он, решив вовремя отступить, обиженно пробормотал:
— Ничего... я ничего не сказал.
Су Бай нахмурился.
Юноша был совсем юн, его лицо, изящное и белоснежное, дышало молодостью и свежестью. Когда в его глазах застыли слезы, это выглядело настолько жалко и трогательно, что любой на месте Су Бая почувствовал бы укол в сердце.
Ли Фан возмущенно воскликнула:
— Су Бай, Гу Цзэ еще совсем ребенок, ты не можешь разговаривать с ним по-человечески?
Брови Су Бая сдвинулись еще сильнее.
В этот момент Сюй Но действительно почувствовал себя оскорбленным. Он просто хотел спокойно жить, но Су Бай, как назло, не желал оставлять его в покое.
В глазах стало еще больше влаги, но Сюй Но молча уткнулся в тарелку, решив заесть свое горе!
Только нос покраснел, а глаза продолжали блестеть от подступивших слез.
Су Бай потер переносицу, но слова его остались пугающе холодными:
— Еще раз скажешь что-то подобное, пеняй на себя — выпорю.
Хотя тон его был холоднее льда, в этих словах слышался странный, двусмысленный подтекст. Все за столом замерли и невольно уставились на него.
Сам же он, невозмутимый, словно венценосная особа, продолжил есть.
Сюй Но был в ярости. Этот старый развратник не только не хотел отстать, так еще и пытался пользоваться своим положением!
Боже, о чем он только думал, когда прописал главному герою такой несносный характер?!
Вспоминая прошлое, Сюй Но гордился тем, что его книжный Су Бай был таким обожаемым, но теперь понимал — он был глуп, бесконечно глуп!
В этот момент ведущий на сцене пригласил господина Ли выступить с речью. Старик поспешно поднялся на подмостки — он чувствовал, как за обеденным столом сгущаются грозовые тучи, и это его пугало.
Выступление специально запланировали на середину банкета, чтобы проявить вежливость к гостям: лучше сначала накормить людей, чем заставлять их слушать долгие речи с порога.
Когда господин Ли поднялся на сцену, все зааплодировали. Несмотря на восемьдесят лет, старик был полон сил и говорил весьма воодушевленно.
— Сегодня мой восьмидесятилетний юбилей. Я искренне благодарен всем друзьям и гостям за то, что пришли, для меня это большая честь...
Сюй Но уже почти наелся. Как только он закончит, должен подойти его третий брат.
Он заранее решил, что уйдет сразу после ужина, поэтому позвонил брату, чтобы тот забрал его.
Он планировал лишь показаться, спокойно поесть и уйти, но...
Ха, главный герой решил показать свой «темный» характер и устроил целое представление.
Старик тоже не успокаивается. Ох, жизнь превращается в сплошную череду препятствий.
Пока Сюй Но размышлял об этом, он вдруг услышал голос господина Ли:
— Вчера на корабле двое наших юных гостей повздорили, и, как хозяин торжества...
Сюй Но нахмурился. Черт, он что, о нем говорит?
Действительно, вскоре смысл слов стал ясен: речь шла о нем и Линь Сине. Не успел он опомниться, как Линь Синя уже пригласили на сцену.
Сюй Но потерял дар речи. Из такой мелочи раздуть скандал — это просто поразительно.
Его вспыльчивый характер требовал просто встать и уйти.
Он не хотел слушать Линь Синя и, не в силах сдержать раздражение, бросил свирепый взгляд на Су Бая.
Тот оставался абсолютно невозмутимым, лишь слегка пригубил вино, а в его глазах мерцал холодный свет.
В этот момент Сюй Но услышал слова Линь Синя:
— Здесь, в присутствии всех наших друзей, я хочу искренне извиниться перед молодым господином Гу Цзэ. Гу Цзэ, прости меня! Я надеюсь, ты примешь мои извинения!
Линь Син посмотрел на него.
Казалось, он ждал ответа, ведь он сказал «надеюсь, ты примешь».
Значит ли это, что он обязан принять?
А если не примет, то прослывет мелочным?
Это что, моральное давление?
Как жаль, что Сюй Но терпеть не может, когда на него давят моралью!
Тем временем все взоры устремились на него. Стало очевидно, что все ждут ответа.
Извинения Линь Синя были не важны, важна была реакция Сюй Но.
Что ж... Сюй Но бросил взгляд на Су Бая и изогнул губы в усмешке. Отлично!
Все решили, что могут его обижать?
Ну что ж, тогда пусть посмотрят, на что способен этот папочка!
Сюй Но встал, приковав к себе внимание всего зала!
Под пристальными взглядами он направился к сцене. С легкой улыбкой на губах, с прекрасной осанкой и благородным видом, он буквально сиял.
Как только он поднялся на сцену и встал рядом с Линь Синем, тот мгновенно померк на его фоне. Иногда возраст — это действительно помеха!
Сюй Но подошел к микрофону и усмехнулся:
— Господин Линь так искренен, что было бы невежливо с моей стороны не выйти. На самом деле, я не держу на вас зла, так что и вам не стоит переживать. Я первым применил силу, а вы лишь дали отпор, так что мы квиты. Никто никому ничего не должен, так что извинения здесь излишни.
Сказав это, Сюй Но посмотрел на Линь Синя. Тот продолжал улыбаться, но в глубине глаз этой улыбки не было.
Внизу по залу поползли шепотки:
— Молодой господин Гу так изменился!
— И правда! Раньше он был совсем не таким сговорчивым.
— Точно! Раньше он мог запросто наброситься и дать пару пощечин, не разбираясь!
— Странно, как он вдруг стал таким благородным и великодушным? Он так здорово смотрится в этом образе!
Сюй Но окинул взглядом шепчущуюся толпу и продолжил:
— Знаю, всех интересует, почему я так изменился.
Эти слова привлекли всеобщее внимание.
— На самом деле всё просто. У нас с господином Линем нет причин для вражды. Все знают, что я был влюблен в Су Бая и наделал много глупостей, в том числе и конфликтовал с господином Линем. В этот раз я тоже первым напал на него — конечно, из-за Су Бая.
— Но теперь я всё понял, — Сюй Но снова улыбнулся. — Я больше не люблю Су Бая. Так что господину Линю не нужно себя корить. Я желаю господину Линю и господину Су долгих лет счастья, любви и состариться вместе!
После этих слов в зале воцарилась тишина, а затем поднялся шум.
— Да ладно? Разве Гу Цзэ не был влюблен в Су Бая до беспамятства?
— Я думал, это какой-то новый ход, а он просто взял и сказал, что больше не любит его!
Пальцы Су Бая, сжимавшие бокал, побелели. Он молча осушил его до дна и перевел взгляд на Сюй Но.
Сюй Но продолжал улыбаться и добавил:
— Ну что ж, хватит сплетничать обо мне, давайте на этом закончим. Наслаждайтесь ужином, и еще раз поздравляю дедушку Ли с восьмидесятилетием, желаю долгих лет жизни, подобно вечной сосне!
Господин Ли, ошеломленный услышанным, пришел в себя лишь через несколько секунд и заулыбался:
— Спасибо, Сяо Цзэ.
Внизу, среди гостей, Ли Ман и Ли Чэнь были в полном восторге, сидя рядом с Гу Жанем.
Ли Ман:
— Сяо Цзэ больше не любит господина Су?
Гу Цзэ:
— Мой брат говорил это еще утром, я тоже говорил, а вы не верили!
Ли Чэнь:
— Он, должно быть, очень расстроен!
Ли Ман возбужденно воскликнул:
— Да какая разница! Главное, чтобы мой милый был счастлив! Пусть делает что хочет, лишь бы ему было хорошо!
— Угу! — Ли Чэнь решительно кивнул.
Ли Ман снова засмеялся:
— Значит, у нас появился шанс!
Ли Чэнь тоже улыбнулся и ответил одним коротким словом:
— Угу.
Хотя слов было немного, было видно, что он действительно счастлив!
Кто-то обсуждал эту новость, кто-то не мог в нее поверить, кто-то радовался, а кто-то был в недоумении.
Су Бай сидел неподвижно, внешне не выказывая ни радости, ни гнева, но давление вокруг него упало на несколько градусов.
Ли Фан посмотрела на него с явным недовольством:
— Ты доволен?
Су Бай слегка нахмурился. Доволен?
Отнюдь.
Этот сорванец раньше был готов на всё ради него, мечтал выйти за него замуж, а теперь вдруг заявил, что чувства прошли.
Он в это не верил.
Су Бай сделал глоток вина, не проронив ни слова, лишь бросил на Сюй Но взгляд, полный холода.
Рядом перешептывались аристократы и молодые наследники:
— Обалдеть! Гу Цзэ просто красавчик! Когда он добивался господина Су, шел напролом, а теперь сказал, что не любит — и как отрезало, вот это легкость!
— Ха-ха, а ведь верно, этот его настрой очень даже привлекателен!
— Да-да, но разве он подумал о господине Су, заявив об этом на весь зал? Где же теперь лицо господина Су?
http://bllate.org/book/29500/3586537
Готово:
