В это время Юй Шэн, стоявшая с коробкой вина, повернулась спиной к Лян Нань:
— Я нашла её, больше искать не нужно.
Услышав голос Юй Шэн, Лян Нань поспешно сунула блокнот в какой-то угол. Повернув голову, она ответила:
— Хорошо. — И, поднявшись, вышла из склада.
Юй Шэн последовала за ней, шутливо заметив:
— Сегодня угощу тебя вином в честь моего окончания университета. — А затем с усмешкой добавила: — Столько лет прошло, а я только сейчас допиваю своё выпускное вино.
Лян Нань, не поднимая головы, шла впереди:
— Отлично, тогда сегодня выпьем и за то вино, которое ты задолжала мне, когда закончила магистратуру.
Юй Шэн внимательно разглядывала бутылку в руках:
— Тогда придётся выпить на пару бокалов больше.
Они обе смотрели на полную луну, и, поддавшись её сиянию, Лян Нань пригубила лишнего. Спустя несколько кругов она прислонилась к плечу Юй Шэн, осторожно погладила её по щеке и медленно перевела руку к затылку, дрожащим голосом спросив:
— Больно?
Юй Шэн замерла.
Лян Нань, опираясь на остатки трезвости, пробормотала:
— В тот день во сне ты бредила: «Боюсь окурков, боюсь бабочек». Ты трогала шрам за ухом и говорила, что больно, а слёзы мочили подушку.
Она была рада, что не выложила всё то, что увидела сегодня днём.
Юй Шэн посмотрела на Лян Нань перед собой, попыталась выдавить улыбку, но та тут же угасла. Голос её звучал хрипло:
— Я не помню.
Лян Нань крепко обняла Юй Шэн, уткнувшись лицом в её объятия. Вскоре её дыхание стало тяжёлым, а объятия — всё сильнее; это была невыносимая тоска и желание подарить те самые объятия маленькой Юй Шэн, которых той так не хватало. Она до смерти боялась, что её слёзы упадут на Юй Шэн и та догадается, как она слаба.
Юй Шэн обхватила Лян Нань руками и похлопала по спине, не проронив ни слова.
Лян Нань изо всех сил старалась подавить рыдания:
— Юй Шэн, я скучала по тебе. — Но всё же не сдержалась, и в её голосе зазвучала пронзительная печаль.
Юй Шэн утешила её:
— Я здесь.
Услышав эти слова, Лян Нань вдруг разрыдалась, захлебываясь слезами:
— Я знаю, я знаю, что ты здесь. Просто я скучала по тебе, очень-очень сильно скучала.
Юй Шэн погладила её по голове:
— Я знаю.
Но Юй Шэн не знала, что Лян Нань хотелось перешагнуть через тридцатилетнюю Юй Шэн и обнять ту шестилетнюю девочку. Она хотела, чтобы Юй Шэн знала: в любом возрасте она достойна любви.
Юй Шэн отстранила Лян Нань и вытерла ей слёзы.
Лян Нань подняла голову, натянуто улыбнулась Юй Шэн и сказала:
— В Праздник середины осени обязательно нужно пить вино. — С этими словами она взяла со стола бокал и осушила его залпом.
Глубокой ночью Лян Нань ворочалась рядом с Юй Шэн, не в силах заснуть: в памяти всплывали яркие, резкие строки из дневника, прочитанного днём. Услышав, что дыхание лежащей рядом Юй Шэн стало глубже, она взяла телефон и ушла на склад. Открыв вторую историю...
Глава 8. Путь домой
Когда она дочитала записи, была уже глубокая ночь. Она закрыла тетрадь и положила её на место.
Лян Нань долго стояла во дворе, глядя на луну, а потом, опустив взгляд, увидела на земле опавшие листья. Она вернулась в спальню и легла рядом, но сон не шёл — всё виденное словно проигрывалось перед глазами, вызывая беспомощность и гнетущую тоску. Она повернулась к Юй Шэн, обняла её за талию и прижалась, впитывая её тепло.
Раньше Юй Шэн всегда обнимала её перед сном; Юй Шэн была на голову выше, и в её объятиях Лян Нань всегда чувствовала себя в безопасности. Она привыкла зарываться лицом в её грудь, сворачиваясь калачиком, окутывая себя запахом Юй Шэн — только так она чувствовала, что принадлежит ей, что она не одинокая странница.
Рано утром Лян Нань возилась на кухне с завтраком. Увидев, что Юй Шэн встала и вышла во двор, она спросила:
— Голодна? Сегодня на завтрак жареное тесто.
Юй Шэн зашла на кухню, глядя на суетящуюся Лян Нань, и похвалила:
— Ты впервые встала так рано, чтобы приготовить мне завтрак, нужно съесть побольше. — Она потрогала кусочек теста: — Ещё горячее? Ты ходила на рынок?
Лян Нань не осмеливалась посмотреть ей в глаза, уставившись в кастрюлю с кукурузной кашей:
— Да, проснулась пораньше, захотелось жареного теста, вот и сходила на рынок. Если не выспалась, иди ещё поспи, я позову, когда всё будет готово.
Юй Шэн подошла ближе:
— Нет уж, сейчас умоюсь и буду завтракать тем, что приготовила наша Лян Нань. — В её голосе слышалась искренняя радость.
За столом Лян Нань спросила:
— Как завтрак? Вкусно? — Её тон звучал немного неестественно.
Юй Шэн откусила большой кусок и, жуя, ответила:
— Хрустящее, а внутри мягкое, очень вкусно. — А потом невзначай добавила: — Где купила?
Лян Нань серьёзно ответила:
— На восточной стороне рынка, у того старичка, которого ты так любишь. К нему вечно выстраивается длинная очередь.
Юй Шэн удивилась:
— Он всё ещё работает? У него самое лучшее тесто. — В её глазах читалось удивление и восторг. Она откусила ещё кусочек: — Раньше дедушка всегда водил меня туда стоять в очереди. Сколько ты простояла?
Лян Нань ответила:
— Около получаса, как раз подоспела свежая партия.
Юй Шэн снова спросила:
— А откуда ты узнала, что я его люблю?
Лян Нань запаниковала и, заикаясь, ответила:
— Раньше... я видела, как Тетушка Ван покупала его, и она сказала... да, она сказала, что ты его любишь.
Она не могла сказать, что прочла это в дневнике, и тем более не могла признаться, что это была одна из немногих счастливых вещей, упомянутых там.
— Не думала, что Тетушка Ван до сих пор помнит, — Юй Шэн начала вспоминать, не видя в этом ничего странного.
— Наверное, все его любят, вот она и решила, что ты тоже. Случайное совпадение, чистая случайность! — Лян Нань стала путано оправдываться, не веря даже собственным словам.
Юй Шэн на самом деле не видела ничего странного в ответе, её смущало состояние Лян Нань в этот день, поэтому она снова спросила:
— Почему ты сегодня такая странная?
Лян Нань попыталась это скрыть:
— Наверное, из-за того, что слишком рано встала, не проснулась ещё. — И почесала шею.
Юй Шэн, глядя на её лишние слова и движения, не стала допытываться и лишь ответила:
— Хорошо. У него ещё очень вкусные жареные пирожки с начинкой. В следующий раз сходим на рынок вместе, я тебя ими угощу.
http://bllate.org/book/29445/3578819
Готово:
