— Ну. — Гу Сяофань знал историю Ши Фэйжань и Сунь Найцяня лучше кого бы то ни было. Ши Фэйжань училась с ними на одном курсе, на специальности медицинская визуализация. В своё время она положила глаз на Сунь Найцяня из баскетбольной команды, добивалась его целых полгода, и только после этого Сунь Найцянь согласился быть с ней.
Но после окончания учебы Ши Фэйжань должна была вернуться на работу в родные края, а Сунь Найцянь уже подписал контракт с больницей при медицинском университете. Каждый пошел своей дорогой к свету, и никто из них не был виноват. Наверное, из-за того, что оба работали врачами и отличались рациональностью, в момент расставания они вели себя совершенно спокойно. Зато потом Сунь Найцянь молча похудел на добрый десяток с лишним килограммов. Гу Сяофань и остальные соседи по общежитию по очереди звонили ему каждый день, боясь, что в один прекрасный день он сломается и натворит глупостей. Только три месяца спустя они осмелились вернуться к нормальной жизни.
— Тогда я возьму отгул и составлю тебе компанию. Поедешь? — спросил Гу Сяофань.
Сунь Найцянь поднял на него взгляд и слегка вздохнул:
— Не поеду, уже поздно. Я попросил общего знакомого передать от меня денежный подарок.
— Как быстро летит время, Ши Фэйжань уже вышла замуж, — вздохнул Гу Сяофань.
— Не так уж и быстро, ей ведь уже тридцать два. По меркам её родных мест это считается очень поздним браком.
Гу Сяофань кивнул. Никто не знал, действительно ли Ши Фэйжань только сейчас нашла подходящего человека или же наконец оставила надежду вернуть Сунь Найцяня. Впрочем, теперь всё это уже не имело никакого значения.
— А что ты сам сейчас чувствуешь?
— Что я могу чувствовать? Мы расстались четыре-пять лет назад, давно уже ничего не осталось. Просто как бывшему парню мне неловко появляться на свадьбе, вот и не хочется идти, — Сунь Найцянь всегда говорил мало, но прямо.
— Сам-то ты разве не в таком же положении? Лянь Сунцзе уже открыто называет свою половинку любимым человеком, а ты всё один кукуешь.
— Я… — Гу Сяофань беспомощно улыбнулся. — Это я ни на что не гожусь. Но всё уже прошло. Главное, чтобы у него… всё было хорошо.
— У тебя что, склонность к мазохизму? Ты ведь смог стерпеть, когда он поначалу скрывал ваши отношения — до чего же ты бесхребетный!
Гу Сяофань плотно сжал губы. Он, конечно, понимал: тогда он сам навязывался и вёл себя как дурак, а теперь, получив по лбу, наконец-то поумнел.
— Я… я к тому, что, оставаясь с ним, ты явно себя недооценивал. Тебе тем более стоило смотреть вперед, а ты день за днем ходишь зачахший. С тех пор как ты вернулся из Камерун, я и улыбку-то твою толком не видел. Ты случайно не страдаешь от тревожности? Хочешь, я запишу тебя к нам в больницу на приём в отделение психотерапии? — Сунь Найцянь, видимо, говорил на эмоциях, так что речь его ускорилась, а слова полились гораздо плотнее.
Гу Сяофань покорно слушал, а его взгляд скользнул за спину Сунь Найцяня, на ночной пейзаж за дверью.
— Сяофань! И правда ты.
Из-за спины Сунь Найцяня послышался голос молодого мужчины.
Гу Сяофань поднялся со стула:
— Здравствуйте, господин Тан.
— Тоже пришли поесть лапши?
— Угу, — Гу Сяофань бросил взгляд на стол и ответил сидевшему напротив Тан Иньнаню: — Мы уже поели, сидим разговариваем.
— Я только что закончил работу, зашел перехватить миску лапши. — Взгляд Тан Иньнаня внезапно упал на комочек сизо-серого цвета пуха, устроившийся на коленях у Сунь Найцяня.
— Ой? Это случайно не тот самый британский короткошерстный кот твоего друга, про которого ты говорил в прошлый раз?
Услышав голоса, Сунь Найцянь повернулся вбок. Пан Лань сидел у него на коленях и тоже вытянул свою пухлую мордочку, разглядывая гостя.
— Как его зовут? Это мальчик или девочка? — Тан Иньнань присел на корточки и, глядя на кота, спросил.
— Его зовут Пан Лань, — ответил Гу Сяофань. — Я помню, это…
Тан Иньнань внезапно протянул руку к морде Пан Ланя.
Гу Сяофань еще не успел договорить, как, увидев эту руку, машинально попытался перехватить её, но было уже поздно.
Сунь Найцянь рявкнул:
— Не трогай его!
Эхо его окрика еще не затихло, как Пан Лань внезапно взметнулся вверх и полоснул когтями по руке Тан Иньнаня.
На пальцах Тан Иньнаня тут же отчетливо проступили три кровавые царапины.
Глядя на присевшего от боли на землю Тан Иньнаня, на недовольное лицо Сунь Найцяня, а также на грозно ощетинившегося, но не издавшего ни звука Пан Ланя, который продолжал в упор пялиться на Тан Иньнаня, Гу Сяофань почувствовал, что эта ситуация сложнее любого трудного медицинского случая в больнице.
— Я же говорил не лезть, чего ты такой шустрый! — Сунь Найцянь сориентировался быстрее всех и запихнул Пан Ланя обратно в его рюкзак.
Тан Иньнань с неловкой улыбкой отдернул руку и поднялся на ноги:
— Простите, это моя вина. Кот показался таким милым, не удержался.
— Пойдемте, я провожу вас сделать прививку, — сказал Гу Сяофань.
— Куда ты лезешь. Лучше маршируй домой, я сам отведу его на укол. — Сунь Найцянь накинул рюкзак на плечо, подхватил Тан Иньнаня за запястье и потащил в сторону кухни.
Хозяйка заведения, заметив руку Тан Иньнаня, торопливо уступила им место у крана в подсобке.
Сунь Найцянь намылил ему руки мылом и под струей проточной воды принялся непрерывно массировать рану, промывая её. Лишь спустя долгое время он взял бумажную салфетку и тщательно вытер пострадавшему руку.
В течение всего этого времени Тан Иньнань хранил молчание — Гу Сяофань подозревал, что тот просто не смел подать голос. Сунь Найцянь и без того с самого утра выглядел мрачно, а теперь, разгневанный и с чернее тучи лицом, казался еще более недоступным для окружающих.
Гу Сяофань подошел и похлопал Сунь Найцяня по плечу:
— Отдай мне ключи от машины, я поведу. Поедем вместе на прививку.
— Эм… Я лучше сам доберусь, всё в порядке, я ведь и сам держу кошек… — с улыбкой попытался сгладить неловкость Тан Иньнань.
Сунь Найцянь повернулся к нему, и тот мгновенно захлопнул рот.
— Садитесь с Сяофанем в машину, вина моя, кот мой, так что везти вас буду я, — бросил Сунь Найцянь и отправился к хозяйке расплачиваться.
— Пойдемте, — Гу Сяофань кивнул Тан Иньнаню, и они направились к машине.
За руль сел Гу Сяофань, а Тан Иньнань, немного поколебавшись, занял место на пассажирском сиденье спереди.
— Вы уж не сердитесь, мой друг сегодня из-за кое-каких дел не в духе, я приношу вам извинения за него. Он вообще человек немногословный, но обычно так себя не ведета, вы уж извините. Его кота подобрали прошлой осенью на улице, так что у него осталась некоторая неуверенность в безопасности. Совсем не как ваш питомец, тот к людям ластится, а этот чужаков на дух не выносит — даже я, хоть и постоянно с ними вожусь, могу погладить его лишь изредка, — терпеливо объяснял Гу Сяофань.
— Вот оно что, тогда я сам виноват… А — не успел Тан Иньнань договорить, как дверь рядом с ним внезапно распахнулась.
Сунь Найцянь тоже испугался, столкнувшись взглядами с человеком на переднем сиденье. Смущенно захлопнув дверцу, он обошел машину и забрался назад.
— Ну… т-трогаемся, да? — Гу Сяофань завел мотор, и в салоне воцарилась странная тишина.
Тан Иньнань неловко протянул:
— Эм… угу.
……
В пункте профилактики бешенства Гу Сяофань сопровождал Тан Иньнаня во время укола. Расплатившись за процедуру, Сунь Найцянь подошел к ним и сказал:
— Через некоторое время понадобится еще одна прививка, я за тобой заеду.
— Не нужно, не нужно, я и сам справлюсь, — замахал руками Тан Иньнань. — Это ведь и вправду пустяк. Я сам держу кота, тоже британца, царапины и укусы — дело привычное, вы прямо чересчур любезны.
Пан Лань, словно чувствуя свою вину, тихонько свернулся калачиком внутри кошачьей сумки и то и дело боязливо выглядывал наружу. Гу Сяофань посмотрел на него — до чего же жалким тот выглядел — и протянул руку, чтобы успокаивающе похлопать по переноске.
Сунь Найцянь глянул на невозмутимого Тан Иньнаня:
— Давайте обменяемся контактами, в конце концов, вы пострадали из-за моего кота. Я… погорячился тогда, извините.
Тан Иньнань тут же перевел взгляд на Гу Сяофаня, широко распахнув глаза — точь-в-точь ребенок, который собрался наябедничать.
Гу Сяофань с улыбкой забрал у Сунь Найцяня кошачью сумку и вышел в коридор. Пусть разбираются вдвоем.
Смотря на сидевшего в переноске Пан Ланя, он сквозь прозрачную защитную сетку потрогал кота за нос:
— Эх ты, Пан Лань, тот старший брат вовсе не собирался тебя обижать. Теперь твой папа защищает тебя так хорошо, что тебя больше никто не выбросит и никто не сможет забрать…
На обратном пути за рулем сидел Сунь Найцянь. Гу Сяофань с Пан Ланем и Тан Иньнань ехали на заднем сиденье.
— Сяофань, я так и не спросил, кем вы работаете? Если не секрет, поделитесь? — поинтересовался Тан Иньнань.
Гу Сяофань ответил:
— Я хирург, и Найцянь тоже.
— Ого, неудивительно, что он так решительно и профессионально обработал рану от кошачьих когтей.
Вспомнив, как он только что втащил Тан Иньнаня в подсобку лапшичной и принялся промывать ему рану, Сунь Найцянь действительно почувствовал, что поступил несколько грубовато, и смущенно кашлянул. Он никак не мог взять в толк, то ли Тан Иньнань и впрямь восхищается им, то ли не упускает случая отпустить шпильку.
Гу Сяофань поинтересовался в ответ:
— А по какой специальности работает господин Тан?
— Зовите меня просто Иньнань, к чему такие формальности. Я видеоблогер, снимаю контент о стиле жизни. Ну… если точнее, у меня рубрика об одиночных трапезах: собираюсь на работу и с работы, готовлю и ем один, но лица я не показываю — снимаю только сам процесс приготовления еды и трапезы, — пояснил Тан Иньнань. — Беру рекламные интеграции на видеоплатформах.
Каждая профессия — как другой мир, и было очевидно, что их сферы деятельности абсолютно не пересекаются.
— Звучит здорово, — вежливо поддержал разговор Гу Сяофань.
— Я очень вкусно готовлю. Если у вас с Найцянем выдастся свободное время, заглядывайте ко мне в гости. В прошлый раз Сяофань выручил моего Дахуа, а я его еще даже не отблагодарил. Давайте договоримся поужинать у меня дома?
Сунь Найцянь хранил молчание, а Гу Сяофань, не найдя что ответить, был вынужден отказаться:
— Это… излишне, не стоит беспокоиться.
— Нет-нет, обязательно нужно! Договорились, если на выходных будет свободное время, я всё организую.
Тан Иньнань действительно приглашал их от всего сердца.
Гу Сяофань глянул в зеркало заднего вида на Сунь Найцяня. Тот встретился с ним взглядом, но ничего не сказал.
Гу Сяофань понял: Сунь Найцянь оставляет право принять решение за ним.
Отказать в столь искреннем приглашении было неудобно, и Гу Сяофань пока согласился. Впрочем, их с Сунь Найцянем выходные почти никогда не совпадали, так что это согласие было лишь данью вежливости.
……
Больше всего Гу Сяофань радовался тому, что история с жалобой никак не отразилась на его работе. Если бы его отстранили от приема пациентов, это сорвало бы множество операций и повторных осмотров тяжелобольных людей. В их числе оказался и другой участник того инцидента: Чэн Хани Ци.
Примерно неделю спустя, в среду, Гу Сяофань вел прием. Когда электронная очередь вызвала первого пациента, он, сидя за рабочим столом, как раз застегивал пуговицы на белом халате. Посетитель как раз переступил порог, а Гу Сяофань в этот момент хлопал себя ладонями по щекам — после плотного завтрака его слегка клонило в сон.
— Проходите, садитесь. Один пациент — один кабинет, сопровождающим просьба ждать снаружи. Карту пациента положите на считыватель, — машинально повторял Гу Сяофань заученные за время работы в поликлинике фразы, одновременно вводя на клавиатуре логин и пароль от медицинской информационной системы.
— Доктор Гу, здравствуйте.
От этого «Доктор Гу» у Гу Сяофаня по спине пробежали мурашки, и остатки сонливости мгновенно улетучились. Подняв голову, он увидел стоявшего перед ним Чэн Хани Ци, который смотрел на него с полуулыбкой:
— Я пришел на повторный осмотр.
http://bllate.org/book/29384/3569834
Готово:
