— Да! — последовал за ними толстый бродяга с добрым голосом, подобострастно добавив: — Молодой господин, мы с Се Дуном раздобыли для вас еще двадцать прекрасных дев. Посмотрите, когда их лучше принять?
Се Лина от этого шума разболелась голова. Он терпеть не мог болтливых подчиненных, но каждый раз в начале нового мира всё повторялось точь-в-точь.
Подавив желание снова помассировать переносицу, он по очереди обвел взглядом невысокого худого смуглого парня и полного белого толстяка:
— Се Дун? Се Си?
Оба, черный и белый, радостно отозвались:
— Ай, слуги здесь!
Се Лина передернуло.
Их и правда звали Западач и Восток?
Безразличным голосом Се Лин бросил:
— Не принимать.
Се Дун и Се Си замерли секунды на две, прежде чем сообразили, что он говорит о тех красавицах. Они разом разинули рты и растерянно уставились на него.
Каким бы тупым и никчемным ни задумывался образ этого первоначального тела, у Се Лина не было ни малейшего терпения его отыгрывать.
Шагнув в парадные ворота поместья, Се Лин бросил небрежные слова:
— Отправьте их обратно. И поищите пару мальчишек — тот же Шэнь Чжихой из клана старейшины Шэня вполне сойдет, приведите и его.
Лица Се Дуна и Се Си пошли трещинами:
— …А?!
—
Будучи единственным сыном Владыки Секты Тянье Се Го, первоначальный хозяин этого тела был настолько омерзительно бестолков, что вызывал лишь смех, но никто не смел насмехаться над ним в открытую.
По крайней мере, так было во всей Восточной Области Цяньинь.
В нынешних Призрачных Землях Цяньинь существовало четыре основные силы. Хозяин горы Уляншань в Северной Области, Чжоу Е, занимал пост Владыки Области и одновременно контролировал центр Царства Призраков — Город Цяньинь и саму гору Уляншань.
А три старейшины во главе с Се Го — Се Го из Секты Тянье, Шэнь Седу из Дворца Южного Моря и Мо Сюй из Мочжоу — управляли соответственно Восточной, Южной и Западной Областями Цяньинь.
Шэнь Чжихой, о котором Се Лин упомянул сегодня, приходился будущим главой Дворца Южного Моря.
Этот будущий глава дворца пока что оставался ничтожным внебрачным сыном. К счастью, у нынешнего молодого господина Дворца Южного Моря сводных братьев было больше, чем собак во дворе, так что на Шэнь Чжихоя никто никогда не обращал внимания. В общем и целом положение Шэнь Чжихоя выглядело несколько лучше, чем судьба того бедолаги из Секты Гуаньлань.
— Молодой господин, — висящая на поясе передающая духовная бабочка завибрировала, и голос Се Си смешался с какими-то шумными звуками, словно кто-то отчаянно сопротивлялся: — Шэнь Чжихой упорствует и ни за что не соглашается!
Се Лин усмехнулся, уголки его губ изогнулись в искренней улыбке:
— Неважно, тащите сюда.
На другом конце провода Се Си утер пот со лба:
— А как же глава дома...
Се Лин повторил:
— Сначала приведите.
Се Си: — …Ладно уж, похоже, наш молодой господин всерьез решил заполучить эту строптивую красотку.
Он скосил глаза на прижавшегося к стене Шэнь Чжихоя, который сверлил его яростным взглядом, и подал знак Се Дуну. Тот сразу всё понял, стремительно подскочил и крепко-накрепко скрутил Шэнь Чжихоя веревкой, подавляющей демоническую энергию.
Спустя четверть часа Шэнь Чжихоя втащили в покои молодого господина в поместье Се, где он предстал перед Се Лином, восседавшим на высоком троне.
Се Лин приоткрыл рот, надкусывая поданные служанкой засахаренные фрукты, и, обращаясь то ли к кому-то конкретно, то ли в пустоту, произнес:
— Свободны.
Се Дун и Се Си машинально покосились на перепачканную пылью со стен спину Шэнь Чжихоя и нерешительно замялись:
— Разве его не нужно сначала вымыть?
Сдерживаемый всю дорогу гнев Шэнь Чжихоя вспыхнул от этих слов с новой силой. Он в упор уставился на Се Лина:
— Что ты задумал?!
Се Лин не ответил ему, бесстрастным тоном повторив:
— Уходите.
Какими бы глупцами ни были Се Дун и Се Си, они поняли, что Се Лин раздражен их надоедливостью, и, поспешно захлопнув рты, ретировались.
В покоях тут же остались лишь двое, и воцарилась мертвая тишина.
По мере того как тянулось молчание, ярость на лице Шэнь Чжихоя стала угасать, сменяясь растерянной тревогой.
Спустя долгое время он стиснул зубы и заговорил первым:
— Се Лин, как бы то ни было, я из Дворца...
— Подойди.
Се Лин опустил бокал с виноградным вином, перебив его, и поманил пальцем.
Лицо Шэнь Чжихоя то бледнело, то зеленело. В его голове вереницей пронеслись «славные подвиги» этого ублюдочного мажора, и у него по спине побежали мурашки.
Среди обитателей Призрачных Землей Цяньинь не было никого с безупречной репутацией; а если у кого-то она и водилась, то приходилось нарочно выдумывать парочку злодеяний вроде «купания в крови такого-то клана» или «истребления такой-то сектантской ветви», чтобы создать себе авторитет и запугать остальных. Но с Се Лином всё обстояло совершенно иначе.
Ублюдком он был настоящим, развратником — тоже, да и «славные подвиги» оказались неподдельными. Этот тип осмелился домогаться даже наложницы Владыки Цяньинь Чжоу Е, чего он еще мог побояться?!
Шэнь Чжихои до крови стиснул ладони, чувствуя резкую боль, и его лицо помрачнело еще сильнее.
Се Лин потерял терпение и, наконец нахмурившись, бросил на него взгляд:
— Шэнь Чжихой, подойди.
В этих словах слышался приказ, но Шэнь Чжихой не успел глубоко задуматься.
Опустив взгляд и прикрыв глаза, он шаг за шагом двинулся к Се Лину, лихорадочно соображая, что хуже: подчиниться или попытаться воспользоваться моментом и вырубить этого ублюдка.
Если он сдастся, после сегодняшнего дня он станет посмешищем для всех Призрачных Землей Цяньинь. Если же окажет сопротивление, то неизбежно навлечет на себя ненависть Се Лина, и тогда Дворец Южного Моря уж точно не станет ради него ссориться с Сектой Тянье.
— О чем ты думаешь?
Он тянул время, преодолевая каких-то несколько десятков шагов чуть ли не дольше, чем заваривается полчашки чая.
Черные полы одеяний с золотым шитьем хаотично сбились на ковре и лишь после того, как он приблизился, опали вниз вслед за движением хозяина.
Холодные кончики пальцев Се Лина приподняли его за подбородок, и тот подлил масла в огонь ехидным комментарием:
— А ведь и вправду хорош.
Лицо, поддерживаемое его рукой, на мгновение окаменело — судя по всему, Шэнь Чжихой стиснул зубы до боли.
Чжихой через силу выдавил из себя усмешку и поднял взгляд, встретившись глазами с Се Лином, но прежде чем он успел раскрыть рот, что-то неожиданно ввинтилось ему меж бровей.
Из изначальной души хлынула обжигающая боль, словно от объятого пламенем костра. Не выдержав, он рухнул на пол, обхватив голову руками и свернувшись калачиком, точно брошенный в кипяток рак.
Се Лин молча наблюдал за происходящим, пока лежавший на полу человек не перевел дыхание и не успокоился.
Слегка наклонившись, он протянул руку к Шэнь Чжихою:
— Чжихой, давно не виделись.
Незнакомые бледные пальцы попали в поле зрения. Потухший взгляд Шэнь Чжихоя постепенно обрел фокус, и он ошеломленно поднял голову, глядя на Се Лина.
Се Лин мягко улыбнулся ему.
Губы Шэнь Чжихоя задрожали, грудь долго вздымалась и опускалась, пока он наконец не подполз на коленях к ногам Се Лина и не склонился в глубоком поклоне:
— Твой подчиненный Шэнь Чжихой приветствует Почтенного владыку.
Се Лин уверенно поднял его на ноги и дружелюбно произнес:
— Садись.
Шэнь Чжихой, разумеется, не посмел сесть.
В глубине его глаз промелькнуло странное выражение, и он с ошеломленным изумлением посмотрел на нынешнее лицо Се Лина:
— Почтенный владыка, как же вы...
Шэнь Чжихой всё еще помнил ту масштабную облаву из прошлой жизни: запертый среди гор трупов и кровавых рек, он воочии видел, как этот человек в одиночку бросился в бой, после чего пришла весть о его полном уничтожении.
В день, когда он решил присягнуть на верность этому человеку, между ними завязался контракт душ. Контракт связывал их жизни и судьбы, а также саму их духовную субстанцию: стоило погибнуть одному, как другой тут же рассыпался прахом и исчезал.
Нет, не обязательно исчезал.
Иначе у них с Почтенным владыкой не было бы сегодняшней встречи.
Глядя на стоящего перед ним юношу, Шэнь Чжихой все еще не мог в это поверить — сам Владыка Цяньинь, Повелитель Царства Демонов Инь Хуэйчжи, неожиданно превратился в хилого пьяницу с ничтожным уровнем культивации.
— Впредь зови меня господином — хоть при людях, хоть без них. Можно и молодым господином, но только не Почтенным владыкой, — спокойно поправил его Се Лин... нет, точнее было бы сказать Инь Хуэйчжи.
Шэнь Чжихой провел с ним бок о бок несколько десятилетий в прошлой жизни, слишком хорошо знал его и понимал, что тот вовсе не из тех, кто цепляется за пустые титулы. В его сердце закралось странное чувство:
— Почему?
Инь Хуэйчжи откинулся на резную кушетку, указал пальцем себе на голову и безмятежно пояснил:
— К ней пристала одна скверная дрянь.
Шэнь Чжихой обладал выдающимся умом и в одно мгновение постиг смысл сказанного. Его сердце затрепетало от смятения, но он с трудом подавил это чувство и, не моргая, уставился на лицо Инь Хуэйчжи.
— Можешь не всматриваться, всё равно ничего не увидишь, — лениво обронил Инь Хуэйчжи. — Я её уже спровадил, так что не паникуй.
Струна, натянутая в душе Шэнь Чжихоя, немного ослабла, но он тут же снова стиснул зубы.
Что же в конце концов произошло после его гибели в прошлой жизни?
Теперь, при встрече после стольких лет, Инь Хуэйчжи казался ему неуловимо странным.
По сравнению с прежними временами прежняя упрямая одержимость и безумие Инь Хуэйчжи будто бы заметно поблекли, однако Шэнь Чжихой прекрасно понимал, что этого просто не могло быть. Они не исчезли по-настоящему, а лишь ушли вглубь, укрывшись на самом дне, так что теперь даже ему было трудно разглядеть хотя бы треть.
— К чему такое выражение лица? — полушутя-полусерьезно спросил Инь Хуэйчжи. — Неужели досадуешь, что контракт душ всё еще действует?
Шэнь Чжихой опешил, а затем с беспомощным вздохом произнес:
— Как такое возможно, Чжихой об этом только и мечтал.
Он говорил и о контракте душ, и об их отношениях господина и слуги.
Инь Хуэйчжи приподнял брови:
— Продать свою жизнь за одну бумажку контракта на две жизни — не кажется, что продешевил?
Хоть он и понимал, что Инь Хуэйчжи дразнит его нарочно, Шэнь Чжихой все равно почувствовал укол легкой тревоги:
— Нисколько!
— Ладно, шутки в сторону, — Инь Хуэйчжи убрал с лица улыбку и спросил: — Ты знаешь, какой сейчас год?
Шэнь Чжихой окинул взглядом роскошные покои, отделанные золотом и нефритом, скользнул глазами по эмблеме клана Се на предметах обстановки и неуверенно произнес:
— Сорок пятый год Тяньдин?
— Нет, двадцать седьмой год Тяньдин, — поправил его Инь Хуэйчжи, а затем разжал ладонь, на которой лежала темно-красная пилюля. — Мне пока еще нужно оставаться в поместье Се, так что вернешься — разберись со всем сам, только не действуй слишком шумно.
Двадцать седьмой год Тяньдин. Шэнь Чжихой в то время вел себя во Дворце Южного Моря тише воды ниже травы, в Призрачных Землях Цяньинь всем заправлял Чжоу Е, а до того момента, как Инь Хуэйчжи приблизил его к себе, оставалось еще целых тринадцать лет.
— Слушаюсь.
Шэнь Чжихоя от боли в висках прошибло из-за ошеломляющей информации о годе, но он инстинктивно подчинился и протянул руку, принимая пилюлю.
Узнав, что это за вещь, он слегка помрачнел, но всё же проглотил её в один присест.
Сделав легкий глоток, Шэнь Чжихой помолчал немного, а затем тихо произнес то, чего никогда бы не сказал в прошлой жизни:
— Даже без этого я бы не предал вас.
Инь Хуэйчжи прекрасно знал силу контракта душ и не сомневался в искренности этих слов:
— Ты-то нет, а вот насчет остальных поручиться нельзя.
Шэнь Чжихой слегка растерялся:
— Остальных?
Инь Хуэйчжи пристально посмотрел на него и мягко промолвил:
— Чжихой, у этого мира есть свой собственный Инь Хуэйчжи, а я — всего лишь пришелец.
Шэнь Чжихой догадался о чем-то, его сердце тяжело ухнуло вниз, и он недоверчиво распахнул глаза.
— …И ты тоже, — глядя на него, подтвердил Инь Хуэйчжи его догадку. — Я доверяю тебе, но не ему.
http://bllate.org/book/29329/3562255
Готово:
